ИНФОРМАЦИЯ

Есть ли родственники романовых в наши дни


Как сейчас живут и чем занимаются потомки Романовых, Наполеона и другие монархи без тронов

В XXI веке осталось не так много стран, где существует монархия. Члены современных королевских династий в большинстве случаев не наделены реальной властью, а исполняют представительские и церемониальные функции. Но даже в тех европейских странах, где монархия давным-давно упразднена, существуют свои императорские и королевские дома и претенденты на несуществующий престол.

AdMe.ru заинтересовался, как сегодня живут потомки тех, кто когда-то вершил судьбы мира. Рассказываем о представителях самых знаменитых монарших фамилий, которые сегодня претендуют на виртуальные троны.

Потомки Романовых

Несмотря на расстрел Николая II и членов его семьи в 1918 году, а также гибель большинства других членов фамилии, у российской царской семьи немало потомков. И они даже умудряются спорить между собой в эмиграции из-за вопроса гипотетического наследования трона. Есть 2 наиболее заметных объединения потомков династии Романовых: Российский императорский дом и Объединение членов рода Романовых.

Российский императорский дом возглавляет Мария Владимировна Романова, праправнучка Александра II. Она родилась и живет в Испании, окончила Оксфордский университет. У нее есть сын Георгий Михайлович Романов от брака с принцем Францем Вильгельмом Прусским (в православии — Михаил Павлович). 38-летний Георгий Михайлович является наследником матери в Российском императорском доме. Монархисты его величают «государь наследник цесаревич и Великий князь Георгий Михайлович». Справедливости ради надо добавить, что рядом потомков Романовых династические права Георгия Михайловича оспариваются.

Мария Владимировна и Георгий Михайлович Романовы.

Великая княгиня Мария Владимировна и ее сын занимаются благотворительностью и общественной деятельностью на территории России и постсоветского пространства. В 2009 году директор канцелярии Марии Владимировны сообщил о желании Российского императорского дома Романовых вернуться в Россию, получив статус определенного института.

Другое течение, связывающее потомков российской царской династии, называется Объединение членов рода Романовых. Его главою является Ольга Андреевна Романова, правнучка Александра III. Организация не выдвигает никаких династических и материальных претензий к российскому правительству. Кроме того, ее участники создали благотворительный фонд, оказывающий помощь больницам, детским домам и домам престарелых в России и других странах бывшего Советского Союза.

Наследником несуществующего престола от Объединения членов рода Романовых мог бы быть брат Ольги Андреевны, Андрей Андреевич Романов. Он внучатый племянник последнего российского императора Николая II и генеалогически старший живой потомок Александра III — его правнук. Сейчас Андрею Андреевичу 96 лет. Родился он в Лондоне, в годы Второй мировой войны служил в ВМФ Великобритании простым матросом. После войны осел в США и сменил множество профессий: был агентом по продаже недвижимости, дизайнером, плотником и ювелиром. Выйдя на пенсию, занялся искусством — начал рисовать и увлекся художественной фотографией.

Ольга Андреевна Романова и Андрей Андреевич Романов.

Андрей Андреевич стал первым из Романовых, кто побывал в России после революции. Это случилось еще в декабре 1942 года, когда он несколько дней провел в Мурманске, будучи матросом. Начиная с 90-х годов он регулярно бывает в России в рамках различных мероприятий, связанных с домом Романовых.

По всему миру разбросано немало потомков российской царской семьи, которые не претендуют на виртуальный трон или какие-то статусы в объединениях членов рода Романовых, но с гордостью несут свою фамилию и владеют русским языком. Среди них можно назвать итальянскую актрису и фотомодель Николетту Романову. Николетта — потомок императора Николая I по линии матери. Дед Николетты, Николай Романович Романов, — праправнук Николая I по мужской линии. При рождении девушка получила фамилию отца — Консоло. Но позднее предпочла взять фамилию матери и не раз признавалась в интервью, что ощущает себя частью России и ее истории и гордится своими корнями.

Николетта Романова, прапраправнучка Николая I.

Потомки французских монархических династий

Во Франции есть по меньшей мере 3 монархических течения, потомки которых претендуют на виртуальный трон — легитимисты, бонапартисты и орлеанисты.

Легитимисты признают право на несуществующий престол за потомками короля Людовика XIV — старшей ветвью французских Бурбонов. Их последний представитель на троне, Карл X, был свергнут в 1830 году во время революции. Претендентом на виртуальный трон Франции от легитимистов сейчас является Луис Альфонсо Бурбонский, которого они именуют Людовиком XX.

Луис Альфонсо Бурбонский.

Луис Альфонсо родился в 1974 году в Мадриде и является членом испанской королевской семьи, правнуком короля Испании Альфонсо XIII. В 1989 году, после смерти своего отца, он стал главой дома Бурбонов. Женат на наследнице знатного венесуэльского рода. У пары четверо детей. Сейчас Луис Альфонсо, претендующий на статусы титулярного герцога Анжуйского, титулярного короля Франции и титулярного короля Наварры, работает в банковской сфере. В политической жизни Франции не участвует.

Следующее монархическое течение во Франции — это бонапартисты, то есть сторонники императорской власти, появившейся при Наполеоне Бонапарте. С 1926 по 1997 год императором Франции бонапартисты считали Луи Наполеона Бонапарта (правнука младшего брата Наполеона I Бонапарта), они называли его Наполеоном VI. Луи жил во Франции с 1950 года — после того, как был отменен закон об изгнании из страны членов монархических семей. Он умер в 1997 году и в своем завещании передал главенство в императорском доме внуку Жану-Кристофу Наполеону, а не сыну Шарлю Наполеону Бонапарту.

Шарль Наполеон Бонапарт и Жан-Кристоф Наполеон.

68-летний Шарль Наполеон, активно участвующий в политике, и его 32-летний сын Жан-Кристоф оспаривают право на несуществующий престол. К счастью, до вражды или судебных разбирательств дело не доходит.

Сторонники третьего монархического течения во Франции, орлеанисты, наследниками престола считают потомков короля Луи-Филиппа Орлеанского, который был свергнут в ходе революции 1848 года. С января 2019 года главой Орлеанского дома стал Жан Шарль Пьер Мари Орлеанский. Орлеанисты его называют Иоанном IV. Жану 53 года, он занимается бизнесом, женат, воспитывают с супругой 5 детей.

Жан Шарль Пьер Мари Орлеанский, граф Парижский.

Потомки итальянской королевской династии

Виктор Эммануил Савойский (в центре) с супругой и сыном.

Итальянская королевская семья (Савойская династия) была одной из долгоправящих семей в истории. Жители Италии проголосовали за отмену монархии после окончания Второй мировой войны. Это произошло, потому что королевская семья поддерживала фашистского диктатора Бенито Муссолини. Все члены Савойской династии были высланы в Швейцарию, и только в 2002 году их потомки смогли вернуться на родину.

Сейчас главой Савойской династии является Виктор Эммануил Савойский, сын последнего короля Италии Умберто II. Ему 92 года, и он первый претендент на виртуальный трон Италии под именем Виктор Эммануил IV. Виктор Эммануил — предприниматель, он женат, и у него есть сын — Эммануил Филиберт Савойский.

Потомки династии Габсбургов, управлявших Австро-Венгерской империей

Фердинанд Звонимир Габсбург-Лотарингский.

Габсбург-Лотарингский дом — императорская династия Европы, ее члены являются потомками Франца I и Марии Терезии. Династия занимала престол Священной Римской империи с 1765 по 1806 год, престол Австрии (впоследствии ставшей Австро-Венгрией) с 1780 по 1918-й. В результате революции 1918 года Габсбурги потеряли все титулы и земли. После революции члены императорской семьи должны были признать республиканскую форму правления, официально и публично отказаться от притязаний на трон, заявив, что они не считают себя членами династии Габсбургов. На добровольное отречение никто не пошел, предпочтя эмиграцию.

Только в 1996-м парламент Австрии отменил запрет на въезд не отрекшихся наследников династии. Вплоть до этого времени, почти 80 лет, на австрийскую землю не ступала нога наследников династии Габсбургов. В 2011 году был также снят запрет для наследников династии быть избранными на пост главы государства. Нынешним главой дома Габсбургов является Карл Габсбург-Лотарингский — внук последнего австрийского императора Карла I. Ему 58 лет, он живет в Зальцбурге, занимается политикой. Ну а его сын (на фото) и обладатель наследственного титула эрцгерцог Австрийский, королевский принц Венгерский, Хорватский и Богемский — известный австрийский автогонщик.

Претендент на трон Португалии

Дуарте Пиу, герцог Браганса.

Мануэл II, последний король Португалии, был свергнут в 1910 году. Он умер в изгнании в 1932 году. Потомки правившего Португалией королевского дома Браганса получили право вернуться в страну в 1950-е годы. Дуарте Пиу, герцог Браганса, — нынешний глава королевского дома Португалии, родился в мае 1945 года в Швейцарии.

Сейчас ему 74 года, он ведет активную политическую и общественную жизнь. В частности, возглавляет Общество португальско-российской дружбы.

Константин II, бывший король Греции

Константин II с супругой Анной-Марией.

Константин II — последний король Греции с 1964 по 1974 год из династии Глюксбургов. Сейчас ему 78 лет, и он последний царствовавший православный монарх. В 1967 году Константин II выступил против хунты «черных полковников», однако потерпел поражение и был вынужден покинуть страну. В 1973 году был проведен референдум, по итогам которого монархия в Греции была упразднена и провозглашена республика. Референдум повторили после падения хунты, но результат остался неизменным — народ предпочел республику.

Принятый в 1994 году закон лишил Константина греческого гражданства и собственности. У бывшего монарха нет паспорта. Для этого по закону необходимо иметь фамилию, а у Константина ее нет — в его династии фамилий никогда не было. В Грецию он приезжает по датскому дипломатическому паспорту, в этом документе его имя звучит как Constantino de Grecia. Константин II является правнуком великой княгини Ольги Константиновны Романовой и праправнуком великого князя Константина Николаевича Романова, что позволяет части русских монархистов говорить о нем как о претенденте на виртуальный престол Российской империи.

Потомки немецких и прусских королей

В Германии насчитывают около 80 тыс. потомков знатных фамилий, члены которых были курфюрстами, королями и герцогами. Сегодня их титулы стали просто частью фамилии и не гарантируют каких-либо привилегий. Монархия в Германии перестала существовать в 1918 году. Тогда в результате ноябрьской революции последний кайзер Германской империи и король Пруссии Вильгельм II отрекся от обоих престолов и эмигрировал из страны.

Если бы сегодня в Германии кому-то в голову пришла идея восстановить монархию, то на место кайзера претендовали бы представители 2 знатных родов — прусского и баварского. Прусским претендентом на виртуальный немецкий трон является 42-летний бизнесмен Георг Фридрих Принц Прусский из рода Гогенцоллернов — праправнук Вильгельма II, последнего императора Германской империи. Его бракосочетание с принцессой Софией фон Изенбург в 2011 году по размаху сравнивали со свадьбой британского принца Уильяма и Кейт Миддлтон и показывали в прямом эфире немецкие СМИ.

Георг Фридрих Фердинанд Принц Прусский с супругой принцессой Софией Изенбургской.

Герцог Баварский Франц, глава дома Виттельсбахов, — второй кандидат на роль немецкого монарха. Его предки до 1918 года были баварскими королями. Сам он, будучи еще маленьким ребенком, попал в концлагерь вместе с семьей из-за того, что его отец, герцог Альбрехт, критиковал нацистскую идеологию. Герцог Баварский живет в родовом замке Нимфенбург, расположенном в Мюнхене, где он когда-то родился. Свою всю жизнь он посвятил искусству — занимался развитием музеев Мюнхена и престижных университетов.

Франц Баварский, рядом с ним королева Швеции Сильвия.

Помимо прусского и баварского королевств вплоть до возникновения Веймарской республики существовали еще два: Саксонское и Вюртембергское. У потомков глав этих королевств тоже есть претенденты на несуществующие троны.

Бывшая немецкая аристократия остается закрытой кастой. Практически все из десятков тысяч потомков знатных фамилий Германии являются родственниками в той или иной степени, многие породнились с аристократическими родами из других стран.

Как вы считаете, должны ли быть у потомков монархов отдельные привилегии?

Романовы в Ливадии. История. Ливадийский дворец-музей

Ливадийское имение более 50 лет являлось летней резиденцией трех семей российских царей: Александра ΙΙ, Александра ΙΙΙ и Николая ΙΙ.

В 1861 году южнобережное имение, расположенное в местечке Ливадия, было приобретено Удельным ведомством у наследниц графа Льва Севериновича Потоцкого для семьи императора Александра ΙΙ, который Высочайшим своим Указом вскоре передал ее в дар «...любезнейшей супруге... Государыне императрице Марии Александровне».

Впервые в новое имение Августейшие владельцы приехали в августе 1861 года. Впечатление от Ливадии осталось очень хорошим, однако стало ясно, что дом Потоцкого не подходит для нужд большой императорской семьи, и имение необходимо обустроить по-новому.

Составление плана застройки было поручено известному петербургскому архитектору Ипполиту Антоновичу Монигетти, состоявшему на службе в Министерстве Императорского Двора и знакомому со вкусами Их Императорских Величеств. Ему предстояло перестроить бывший дом Потоцкого во дворец, построить церковь, дома для великих князей, свиты и садовника, новую кухню и различные хозяйственные сооружения.

Строительные работы продолжались с 1862 по 1866 год. Монигетти перестроил и возвел заново около 70-ти различных построек, создав уникальный ансамбль, выдержанный в традициях южной архитектуры и восхищавший современников прекрасными дворцами со множеством небольших деревянных домиков, увитых вьющимися растениями.

В центральной части имения располагались Большой царский дворец и Малый дворец для наследника, ставший настоящим украшением Ливадии. Имение утопало в зелени парка, обустроенного садовым мастером Климентием Геккелем. Живописные беседки, фонтаны, вазы и скульптуры, расположенные среди экзотических деревьев и цветов, придавали парку неповторимое очарование. Единый гармоничный архитектурно-парковый ансамбль великолепно вписался в картину окружающих гор и моря, став одним из самых замечательных мест на Южном берегу Крыма, а постройки Ливадийского имения в дальнейшем послужили образцом для градостроительства в Ялте.

Семья Александра II почти ежегодно посещала Ливадию. Царские приезды имели важное значение для развития всего Южного берега Крыма: совершенствовалась инфраструктура, благоустраивались улицы и дома, открывались рестораны и магазины, развивалась индустрия развлечений.

Августейших гостей встречали на празднично украшенной пристани воинские караулы, играли оркестры, звучали хоры. Все это привлекало отдыхающую публику, вслед за которой прибывали многочисленные заезжие артисты: акробаты, жонглеры, бродячие певцы... Но особенно замечательными были колоритные праздники, которые устраивались по случаю дней тезоименитства членов Высочайшего семейства. Днем на склоне горы Могаби проходили веселые соревнования с джигитовкой татар, бегом в мешках «пеших мальчиков» и различными играми. Вечером в Ливадийском парке устраивалась необыкновенная по красоте праздничная иллюминация. Посещать эти праздники могли все желающие, жители и гости города.

Помимо отдыхающей публики в Ялту приезжали туристы, которые только начинали открывать для себя красоту южнобережной природы. Примечательно, что в Ливадии в 1867 году Государь принимал первых американских туристов, совершавших на пароходе «Quaker City» кругосветное путешествие. Среди них был писатель Марк Твен. О посещении царской Ливадии он рассказал в путевых заметках «Простаки за границей», где отметил, что американцы были очарованы любезностью императора, который лично показал им Ливадийский парк.

При Александре ΙΙ Ялта стала постепенно приобретать статус «летней столицы». Императору и на отдыхе приходилось порой решать вопросы государственной важности, на аудиенцию к царю приезжали высокие сановники, министры, послы, военные и политические деятели. Особенно напряженным был 1876 год, накануне русско-турецкой войны. Императору в Ливадии приходилось принимать важные военно-политические решения.

Последний раз Александр ΙΙ посетил Ливадийское имение в 1880 году, незадолго до своей трагической гибели.

В 1881 году Ливадия перешла по наследству императору Александру III. Став царем, он продолжал останавливаться в своем любимом Малом дворце, в котором проживал еще, будучи наследником.

Через 10 лет Ливадийское имение стало местом проведения праздничных торжеств по случаю 25-летнего юбилея совместной жизни императора Александра III и императрицы Марии Федоровны. В Ливадию тогда приехали представители многих королевских семей из Дании, Англии, других стран Европы. Со всех сторон шли поздравительные письма и телеграммы, и еще никто не знал, что спустя 3 года Ливадия вновь станет местом, к которому будет приковано внимание всего мира, но уже в связи с печальными событиями. В Малом дворце 20 октября 1894 года в кресле своей спальни закончил жизненный путь Государь огромной Российской империи, царь-миротворец Александр ΙΙΙ.

Принятие присяги на верность Российскому престолу Николая ΙΙ происходило в Ливадийской Крестовоздвиженской церкви. На следующий день после кончины Александра ΙΙΙ под сводами храма приняла православную веру невеста Николая ΙΙ – принцесса Алиса Гессен-Дармштадская, нареченная при таинстве миропомазания православным именем Александра Федоровна.

Владельцем Ливадийского имения становится последний Российский император Николай II.

К началу XX в. Большой дворец уже не соответствовал запросам царской семьи. Кроме того, после проведенного обследования выяснилось, что вследствие сырости в деревянных конструкциях дворца появился грибок, который не только разрушал здание, но и пагубно воздействовал на здоровье. В связи с этим, в 1909 году было принято решение о сносе старого дворца и возведении на его месте нового, большего по размерам и более комфортабельного.

Проектирование и строительство дворца были поручены ялтинскому городскому архитектору Николаю Петровичу Краснову. Под его руководством за 17 месяцев был построен великолепный дворец из белого инкерманского камня в стиле Итальянского Возрождения. Одновременно возводились свитский дом, новая кухня, технические и хозяйственные постройки, прокладывались дороги, расширялась площадь виноградников и садов.

Под руководством талантливого садового мастера Э. Ренгера благоустраивался парк, в котором высаживались хвойные и лиственные деревья, огромное количество цветов, сменявших друг друга в зависимости от времени года, создавались живописные уголки, украшенные водоемами и архитектурой малых форм.

Члены царской семьи много времени проводили, гуляя по тенистым аллеям парка, любуясь красотой природы и вдыхая целебный морской воздух. По живописным дорожкам спускались к морю: весной наслаждались созерцанием прибоя, а осенью принимали морские и солнечные ванны.

Жизнь в Ливадии протекала размеренно и безмятежно. Утро обычно начиналось с чашки кофе, затем прогулка по парку, завтрак, во второй половине дня продолжительная прогулка верхом или на автомобилях, по вечерам – чтение книг, занятия по интересам, после позднего обеда – игра в карты, биллиард, просмотр синематографа.

Находясь в летней резиденции, Николай II не оставлял и государственных дел: принимал министров с докладами, послов и посланников, должностных лиц Таврической губернии, просматривал деловые бумаги, вел переписку.

Но прежде всего в Ливадию приезжали на отдых. Огромное удовольствие доставляли поездки на охоту. Царь был страстным охотником, и добытые им охотничьи трофеи доставлялись в Ливадийский дворец для украшения стен одного из коридоров.

Находились царские охотничьи угодья в районе Бешуйской дачи и Косьмо-Демьяновского монастыря. С 1913 года к ним добирались на автомобилях по только что построенной живописной Романовской шоссейной дороге, протянувшейся от Массандры по горным склонам через яйлу к небольшому охотничьему домику.

Автомобили из ливадийского гаража могли преодолевать довольно крутые горные подъемы, что давало возможность много путешествовать по Южному берегу, посещать достопримечательности, имения местной знати, родственников.

Нередко и в Ливадию приезжали гости. Некоторые из них приглашались к игре в лаун-теннис на специально оборудованной в парке теннисной площадке. Партнерами по игре часто были офицеры свиты и любимой императорской яхты «Штандарт».

На яхте царская семья проводила много свободного времени, путешествуя по Балтийскому и Черному морям. Когда это великолепное судно стояло у ялтинского мола, жизнь в небольшом провинциальном городе резко менялась. Приезды царской семьи сопровождались праздниками, наполненными весельем, морем огней, музыкой духовых оркестров, праздничными шествиями. Особенно Ялта преображалась в дни рождения и тезоименитства членов Августейшего семейства. Начинались праздничные мероприятия с молебна и военных построений. Государь, будучи «первым профессиональным военным своей империи», любил смотры войск, полковые праздники, военные парады, которые часто проходили на плацу перед дворцом.

В городских церквях в это время проходили молебны, после окончания которых жители и гости города выходили на празднично украшенную цветами, гирляндами, вензелями именинника Набережную. Вечером город был ярко иллюминирован.

Праздничными днями для города становились и ежегодные благотворительные базары, в которых принимали участие члены императорской семьи. Весной в Ливадийском имении, как и в Ялте, проходил «Праздник Белого цветка», вырученные от продажи белых бумажных ромашек средства направлялись на нужды больных туберкулезом.

Таким образом, в периоды пребывания царской семьи в Ливадии, Ялта становилась своеобразным центром светской жизни России. Это несомненно способствовало быстрому развитию города и превращению его к концу ХΙХ века в один из лучших курортов России.

Последний раз семья Николая II отдыхала в Ливадии весной 1914 года. Осенью собирались приехать вновь, но летом началась Первая мировая война, затем развернулись революционные события, уничтожавшие все на своем пути. В новый период истории вступила и Ливадия...

 

«Может сложиться так, что Россию спасет только утверждение Путина монархом»

СПРАВКА "МК"

Аксючиц Виктор Владимирович. Философ, богослов, публицист, политик. Родился в 1949 году в селе Вардомичи Молодечненской области Белорусской ССР. Учился в Рижском мореходном училище, служил в ВМФ СССР. В 1978 году окончил философский факультет МГУ.

В 1990–1993 гг. — народный депутат России. Создал и возглавлял депутатскую группу «Российское единство». В 1990–1997 гг. — лидер Российского христианского демократического движения.

В 1997–1998 гг. — руководитель группы советников заместителя председателя правительства России Бориса Немцова. Государственный советник РФ I класса.

— Виктор Владимирович, часть российских монархистов с большим воодушевлением восприняла «первую более чем за 100 лет свадьбу Дома Романовых на родной земле» — цитирую интернет-канал «Царьград ТВ». Но, как справедливо сообщает тот же источник, у некоторых монархистов это событие вызвало совершенно иную, резко негативную реакцию. В чем причина этого конфликта и на какой стороне баррикад находитесь вы?

— Я являюсь убежденным монархистом и, конечно же, надеюсь, что рано или поздно в России возродится монархия. Но я считаю, что Кирилловичи, Мария Владимировна и ее сын, не имеют никаких прав называть себя Российским императорским домом.

Фото: Из личного архива

— Почему? Вы тоже считаете, что эта династическая линия загрязнена морганатическими браками?

— Да, если строго следовать законам Российской империи, то члены так называемого Российского императорского дома не могут претендовать на трон. Но дело не только в этом.

После совершенно уникального, беспрецедентного в мировой истории террора, предпринятого против Дома Романовых — были физически истреблены все родственники царя, до которых смогли дотянуться большевики, — требовать полной юридической чистоты в этом вопросе бессмысленно.

Понятно, что если мы хотим обрести в качестве монарха кого-то из Романовых, нам придется перешагнуть через многие положения Акта о престолонаследии. В том числе закрыть глаза на какие-то морганатические браки. Невиданный террор оправдывает это.

Но тут встает другой вопрос: что собой представляют претенденты в человеческом, нравственном, духовном, государственном смысле? Насколько они достойны быть наследниками трона Российской империи?

Я много лет наблюдаю за деятельностью этого семейства и давно пришел к убеждению, что они не обладают должными моральными качествами. Поражают их безудержные амбиции, отсутствие всякого чувства меры.

Приведу такой пример: в 1998 году, когда шла подготовка к захоронению останков царской семьи, Мария Владимировна прислала в правительство письмо с требованием, чтобы во время церемонии им был предоставлен особый статус — как Российскому императорскому дому.

То есть их должны были встречать какие-то знаковые лица, они должны стоять рядом с президентом, общаться с ним... Ну и так далее в том же духе. Естественно, правительство ответило, что законных оснований для этого нет. После чего они отказались участвовать в церемонии. На которую, кстати, приехали почти все Романовы.

Я не могу себе представить, чтобы на троне могли оказаться лица, отказавшиеся присутствовать на похоронах своих родственников, семьи российского императора.

И эта амбициозность чувствуется во всем. Чего стоит раздача ими так называемых императорских орденов! Они объясняют свое поведение несением культурной традиции. Ни на что большее, мол, не претендуют. Но все их действия — в том числе помпезное до пошлости венчание — говорят о другом.

Обратите внимание: невеста идет в платье, на шлейфе которого находится российский герб. И этот герб стелется по полу, практически попирается ногами. Но особенно, конечно, возмутило участие в церемонии почетного караула, который может привлекаться только на государственные церемонии. Значит, что бы они ни говорили, они делают заявку на государственный статус.

Это венчание выводит Кирилловичей на новый уровень деятельности. С помощью приближенных фактически создана политическая партия, которая, складывается впечатление, намерена добиваться восстановления монархии, пусть даже ограниченной, символической, — во главе с Георгием Романовым-Гогенцоллерном.

— Ну, что касается размаха торжеств, тут не меньше вопросов к власти. Хотя должностные лица, принявшие решение о выделении почетного караула, привлечены, как сообщается, к дисциплинарной ответственности, осадочек остался. Есть ощущение, что у Российского императорского дома есть неслабое лобби в российских властных структурах. Согласны?

— Согласен. Ордена из рук Марии Владимировны получили, напомню, очень многие высшие государственные чины современной России — министры, депутаты, военачальники, губернаторы, судьи Верховного суда... Хотя я не стал бы все-таки преувеличивать значимость этого лобби. Смотрите: никого из представителей российской власти на этом венчании не было. Как и значимых представителей российского культурного слоя.

Подлинно известных, статусных людей мы не видели. Кстати, из Романовых тоже никто не приехал. Позиция Объединения членов рода Романовых, как мне сообщил Алексей Андреевич Романов — правнук Ксении Александровны, родной сестры Николая II, — остается неизменной: «Организация «Российский Императорский Дом» не действует от имени царствовавшего дома Романовых».

То есть мероприятие при всей его помпезности никак нельзя считать удавшимся. Неслучайно это венчание имело такой негативный резонанс в российском обществе. По сути, оно явилось провокацией, направленной против возрождения монархии в России. Странно, что сами Кирилловичи этого не почувствовали.

— Но зато церковь присутствовала, что называется, по полной программе. Церемонию почтили присутствием не менее десятка архиереев, а чин венчания совершил сам митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Варсонофий.

— Участие церковных иерархов в этом шоу не делает им чести, говорит о том, что патриархия тоже втянута в политическую игру. Но началось это далеко не вчера. Уже в начале 1990-х церковное руководство стало величать Марию Владимировну в своих официальных обращениях «Ваше Императорское Величество».

Эту практику начал патриарх Алексий II и продолжил патриарх Кирилл — притом что никаких оснований для этого не было и нет. Церковь не является источником власти, не может назначать императоров. Кроме того, решения о поддержке царских амбиций Кирилловичей принимались патриархами единолично, без согласования и консультаций с мирянами и духовенством.

Мария Владимировна и патриарх Кирилл. Фото: patriarchia.ru

— Парадокс, кстати: внучку и правнука двоюродного брата Николая II они практически моментально, без долгих раздумий, признали наследниками престола, а останки самого Николая II до сих пор не признают.

— Ну, сейчас-то вынуждены будут признать. Но это, безусловно, была позорная глава в истории патриархии. Подчеркиваю — не всей церкви, а отдельных ее иерархов. Когда эти иерархи заявляли, что Русская православная церковь не признает подлинность останков, они подменяли понятия. Не церковь не признавала — не признавали именно они, патриарх Кирилл и его окружение, имея на руках все доказательства подлинности. Точно так же неадекватно и их отношение к императорскому дому.

— Вам самому приходилось общаться с Марией Владимировной или с Георгием?

— Я общался только с Леонидой Георгиевной (Леонида Георгиевна Багратион-Мухранская, мать Марии Владимировны, скончалась в 2010 году. — А.К.). Это было в 1997 году. Я тогда был руководителем группы советников первого вице-премьера Бориса Немцова. Леонида Георгиевна попросила Немцова о встрече — он согласился.

В ходе этой встречи она подняла вопрос о статусе Российского императорского дома. Стала рассказывать, что во многих европейских странах, отказавшихся от монархии, королевские дома тем не менее имеют официальный статус. Что это не претензия на престол, а исторический, культурный феномен.

Она попросила Немцова ходатайствовать перед президентом о том, чтобы такой же статус был придан Российскому императорскому дому. Мол, это облегчило бы их приезд, пребывание здесь и деятельность на благо России. Немцов там же мне сказал: «Виктор, готовь указ президента». Леонида, кстати, тут же пообещала мне дворянство.

— Президент уже был в курсе этих планов?

— Не знаю. Я сам впервые услышал об этом от Леониды Георгиевны. Но я ведь был белой вороной в структурах власти. Немцов сам мне говорил, что все — и Ельцин, и Татьяна Дьяченко, и Юмашев, и Чубайс — выразили недовольство относительно моего назначения. Поэтому я особенно не погружался в эти интриги. Меня просто не ставили о них в известность. Я занимался только поручениями Немцова. Больше всего, конечно же, тем, что было связано с огромной работой по идентификации и захоронению останков императорской семьи.

— Просто тот факт, что Немцов отреагировал так быстро, наводит на мысль, что почва была подготовлена.

— Это как раз ни о чем не говорит. Это было в стиле Немцова: он всегда быстро принимал решения.

— Однако указ, насколько я понимаю, так и не появился. Почему?

— Ну теперь-то уж я могу сказать: это произошло по моей вине. Я стал изучать вопрос и увидел, что ни правовых, ни моральных оснований называть себя Российским императорским домом у этого семейства нет. Да и монахи Оптиной пустыни, куда я периодически ездил, тоже просветили меня в этом отношении.

Словом, я решил, что допустить появления указа нельзя. И устроил провокацию: рассказал об этом проекте на собрании православной общественности, прекрасно понимая, каковы будут последствия.

У большинства российских монархистов уже тогда было резко отрицательное отношение к Российскому императорскому дому, к Марии Владимировне и ее сыну, который, строго говоря, не Романов, а Гогенцоллерн. Поднялся жуткий скандал, и вопрос, как говорится, замяли.

— Что подразумевал статус, о котором хлопотала Леонида Георгиевна?

— Прежде всего официальную регистрацию этой организации, признание ее государством как культурно-исторической институции. Это открывало бы возможности для взаимодействия с различными государственными инстанциями и с общественными организациями, для выхода с различными инициативами.

Кроме того, Леонида Георгиевна прямо сказала, что они рассчитывают получить какое-то здание в качестве официальной резиденции. Кстати, встреча проходила на госдаче, предоставленной им в пользование на время их визитов в Россию. В первом приближении все это выглядело довольно безобидно. Но кто знает, как бы потом повернулось дело.

— По слухам, в тот период всерьез рассматривалась и возможность полномасштабного восстановления монархии. Якобы был план сохранения Ельцина у власти в качестве регента при малолетнем наследнике Георгии. Это всего лишь слухи?

— Мне тоже приписывали участие в этом кремлевском проекте, приходилось встречать подобные публикации. Заявляю: я не имел к этому никакого отношения.

— Но проект все-таки существовал?

— Точной информации у меня нет. Но судя по тому, что нам известно, такой проект существовал. Наряду с другими проектами. После президентских выборов 1996 года Ельцин и его окружение, находясь в состоянии паники — они же понимали, что не выиграли эти выборы, знали истинное отношение к президенту в народе, — рассматривали различные варианты передачи власти в подконтрольные им руки.

— То есть это был один из запасных планов?

— Скорее всего, да.

— Как вам кажется, за прошедшие годы Россия отдалилась или приблизилась к восстановлению монархии?

— Сложно сказать. Идут процессы и pro, и contra. С одной стороны, число сторонников монархии постепенно растет — и в правящем слое, и в народе в целом. А с другой — деятельность Марии Владимировны и ее семейства, дискредитирующая саму идею монархии. «Это и есть наши будущие цари? — спрашивают себя люди. — Нет уж!»

Но в целом, думаю, мы, хоть и медленнее, чем хотелось бы, все-таки движемся вперед. Чем больше в правящей элите и в обществе возрождается то, что я называю национальным самосознанием, тем быстрее растет понимание того, что наиболее органичной для России формой государственности является монархия.

— Трудно рассматривать идею монархии абстрактно, отдельно от личности монарха. Если не Кирилловичи, не Мария Владимировна с Георгием, то кто? Какие еще есть варианты?

— Кроме Кирилловичей есть и другие Романовы. Всего около ста человек, разбросанных по всему миру. Потомки Николая I, Александра II, Александра III... Поскольку, повторяю, в результате большевистского террора Российский императорский дом был в значительной мере истреблен, при поиске кандидата на престол следует учитывать не только наследственные, но и моральные, духовные моменты.

Абсолютное большинство Романовых даже не говорят по-русски, практически полностью ассимилированы. Степень их незнания России, отчуждения от страны совершенно запредельная. Одна из представительниц рода, присутствовавшая в 1998 году на захоронении останков царской семьи, впоследствии рассказывала, что когда их попросили встать у стен Петропавловского собора, чтобы сфотографировать, она испугалась: не будут ли их сейчас расстреливать? Это факт. Но в этой массе могут быть свои исключения.

— Вам известны эти исключения?

— Я не буду называть имена, чтобы не давать повода для мифологии. Но знаю, что такие есть. Это достойные молодые люди, которых вполне можно рассматривать как кандидатов на престол. Но только, подчеркиваю, как кандидатов, а не как готовых претендентов. Процедура тут должна быть такой же, как в 1613 году, когда учреждалась династия: выборам царя на Земском соборе предшествовали достаточно длительные поиски достойного кандидата.

Церемония венчания Георгия Романова и Ребекки Беттарини. Санкт-Петербург, Исаакиевский собор, 1 октября 2021 года. Фото: mitropolia.spb.ru

— Насколько я знаю, некоторые российские монархисты видят будущим монархом нынешнего Президента России. Как вам такой сценарий?

— Ну, если бы вопрос о выборе царя встал прямо сейчас, то я бы сказал, что президент Путин — наиболее оптимальная кандидатура.

— Насколько реален, на ваш взгляд, этот вариант?

— Отвечу так: он маловероятен, но реален. Дело в том, что мы, я имею в виду все человечество, переживаем в настоящий момент глобальный исторический слом. Мы совершенно не знаем, что будет завтра, тем более послезавтра. Все может быстро измениться — так же, как 30 лет назад, в 1989–1991 годах. Помните, как это было? Стремительно менялись обстоятельства, стремительно менялись люди, их сознание.

Сейчас мы приближаемся к периоду такой же турбулентности. Нельзя исключать, что ситуация сложится таким образом, что единственным вариантом спасения российской государственности будет учреждение монархии с утверждением в качестве монарха Владимира Путина.

— Трудно спорить с убежденным монархистом о пользе монархии, но все же попробую. В своей работе «Уроки прошедшего для будущего. О грядущей государственности России» вы выдвигаете такие аргументы в пользу возврата к монархической форме правления: «Местное и общественное самоуправление отсутствует... Суды, бюрократия и силовики коррумпированы... Президентский режим держится на харизме Владимира Путина...» Не свидетельствуют ли перечисленные вами неустройства как раз об обратном — о том, что нам не хватает демократии?

— Ну, мы с вами вот уже 30 лет, с 1991 года, прививаем западный образец демократии. И совершенно безуспешно. Вообще все западные «прививки» были гибельными для России, начиная с так называемого прорубания Петром «окна в Европу». Никакого «окна» на самом деле он не рубил. Оно было прорублено еще его отцом и дедом.

Но Петр сделал другое — упразднил традиционные русские формы народного самоуправления, установив абсолютную монархию западного образца. С Петра I императору принадлежала вся полнота государственной власти — законодательной, исполнительной, судебной, военной и религиозной. Вся элита, весь правящий слой с рождения говорили на иностранных языках и ориентировались на Европу.

Все это в итоге привело к катастрофе 1917 года. И результат нынешнего «прививания», если этот процесс вовремя не остановить, будет, боюсь, точно таким же.

— Но сейчас-то у нас далеко не демократия западного образца. Нет ни реального разделения властей, ни сменяемости власти. Как можно утверждать, что блюдо плохое, если мы его толком даже не попробовали?

— Настоящую демократию не попробовали пока по большому счету и западные страны. Давайте вспомним последние президентские выборы в Америке, то, что там творилось во время голосования и после него. Это демократия?! Демократией в этом ее оазисе называют бесконечную борьбу пауков в банке, перманентное противостояние двух олигархических партий: национальной, республиканской и транснациональной — демократической. Демократия на Западе — это фиговый листок на олигархическом режиме. Вы это предлагаете заимствовать?

— Как говорил Черчилль, демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных. В демократической системе если руководитель оказывается не на высоте положения, его меняют, система обновляется и остается более-менее стабильной. А государство с единовластным правителем, как бы он ни назывался — царь, генсек, президент или фюрер, — в этом случае просто рушится. Мы неоднократно проходили это в XX веке, и есть ощущение, что уроки на этом не закончились. Что мы, как у нас любят говорить, можем повторить?

— Ну, династия Романовых просуществовала все-таки 300 лет. И непосредственной причиной ее краха стала очередная западная «прививка» — попытка внедрить многопартийную парламентскую демократию. Еще раз говорю: европейская, североамериканская и подражающие им модели государственного устройства являются не демократическими, а олигархическими. Может быть, там действительно более жизнеспособны олигархические режимы. Но в России, как показывает история, более устойчивы авторитарные.

Да, в монархической системе действительно много зависит от личности монарха. Поэтому, я считаю, что нам нужна не просто монархия, а то, что Иван Солоневич называл народной монархией, — форма правления, сочетающая наследственную монархию и народное представительство, широчайшее местное и общественное самоуправление. Об этой модели государственного устройства я подробно рассказываю в своей процитированной вами работе.

Эта модель предохраняет как от опасностей, связанных с единоличным правлением, в том числе от роковых случайностей династического наследования, так и от произвола общественных стихий. Иными словами, защищает страну и от тирании, и от слабого монарха, и от охлократии.

— Вам не кажется, что эта идеальная, народная монархия — такая же утопия, как и идеальная, не замутненная олигархическими «разборками» демократия?

— Нет, конечно. Это нельзя назвать утопией хотя бы потому, что похожая модель существовала в нашей истории, в допетровской Руси. До Петра I цари согласовывали свои решения с высшей аристократией, Боярской думой, и народным представительством, Земским собором. Очень высок был и уровень развития местного самоуправления.

— То есть вы предлагаете, так сказать, вернуться к истокам?

— Я, разумеется, не предлагаю полностью воспроизвести эту историческую модель. Это было бы невозможно. Я предлагаю концепцию, основывающуюся на работах известных исследователей российской государственной традиции, которая учитывает опыт всех периодов нашей истории и отвечает вызовам и требованиям современной эпохи.

— Неужели вы действительно верите, что это осуществимо?

— Я уверен, что мы к этому придем. Лишь народная монархия, по моему глубокому убеждению, может обеспечить стабильное развитие России.

Бурбоны, Наполеоны и Романовы XXI века. Как сейчас живут монархи без тронов | Люди | Общество

В XXI веке монархия является отмирающим видом государственного устройства. Количество стран, где монархи имеют реальную власть, сократилось до минимума. Большинство современных королей и королев исполняют церемониальные и представительские функции.

Но даже в европейских странах, где монархия была окончательно упразднена более века назад, продолжают существовать свои королевские и императорские дома. Порой претенденты на виртуальный престол ведут между собой настолько непримиримую борьбу, что дело доходит до судебных разбирательств.

Луис Альфонсо Бурбонский нашел себя в банковской сфере

Во Франции существуют как минимум три монархических течения, имеющих своих претендентов на престол, которого нет. Это так называемые легитимисты, орлеанисты и бонапартисты.

Легитимисты признают право на престол только за старшей ветвью французских Бурбонов (потомки короля Людовика XIV), последний представитель которых  на троне, Карл X, был свергнут во время революции 1830 года.

Легитимистским претендентом на трон Франции в настоящее время является Луис Альфонсо Бурбонский, которого легитимисты также именуют Людовиком XX.

Луис Альфонсо родился в Мадриде в 1974 году в семье принца Альфонсо и доньи Марии дель Кармен Мартинес-Бордью и Франко, внучки испанского диктатора Франсиско Франко.

Луис Альфонсо является членом испанской королевской семьи, правнуком короля Испании Альфонса XIII.

Главой Дома Бурбонов он стал в 1989 году, после смерти своего отца. В 2004 году Луис Альфонсо женился на наследнице венесуэльского знатного рода Марии Маргарите Варгас Сантаэлла.

У семьи четверо детей. 44-летний Луис Бурбонский работает в банковской сфере и в политической жизни не участвует.

Луис Альфонсо Бурбонский с женой. Фото: www.globallookpress.com

Горе и радость в Орлеанском доме

Французские орлеанисты считают истинными наследниками престола потомков короля Луи-Филиппа Орлеанского, свергнутого в ходе революции 1848 года.

В январе 2019 года скончался глава Орлеанского королевского дома Aнри Филипп Пьер Мари Орлеанский, он же принц Генрих Орлеанский. Сторонники именовали его Генрихом VII.

Главой Орлеанского дома стал сын Генриха Жан Шарль Пьер Мари Орлеанский, которого орлеанисты именуют Иоанном IV.

В марте 2000 года Жан Орлеанский женился на Марии Магдалене Филомене Марии Юлиане Иоганне де Торнос и Штейнхарт. У пары пятеро детей.

53-летний Жан Орлеанский занимается бизнесом.

Представители орлеанистов и легитимистов в современной Франции периодически подают друг на друга в суды, оспаривая право на те или иные титулы и звания. Как правило, судебные органы оставляют иски без удовлетворения, указывая на их юридическую несостоятельность в современных условиях.

Жан Орлеанский с женой Филоменой и сыном Гастоном. Фото: Commons.wikimedia.org

Два Наполеона не могут разобраться между собой

Третья монархическая партия Франции — это бонапартисты, то есть сторонники императорской власти, появившейся в стране при Наполеоне Бонапарте.

С 1926 по 1997 годы титульным императором французов считался Луи Наполеон Бонапарт, он же Наполеон VI.

У Луи была героическая биография: во время Второй мировой войны он сражался в рядах Иностранного Легиона, затем участвовал в движении Сопротивления, чудом уцелел. В 1950 году, после отмены закона об изгнании из страны представителей монархических семей, Луи вернулся во Францию.  Он стал успешным бизнесменом, много работал в Африке.

В своем завещании Наполеон VI, умерший в 1997 году, передавал главенство в императорском доме не сыну Шарлю Наполеону Бонапарту, а внуку Жан-Кристофу Наполеону.

В итоге 68-летний Шарль и 32-летний Жан-Кристоф оспаривают права на титул, правда, по-доброму, без судебных разбирательств и ненависти.

Шарль Наполеон активно участвует в политике, был членом совета города Аяччо, а также заместителем мэра этого города.

Также Шарль Наполеон работал в качестве банкира, специалиста по финансовому планированию, девелопера по недвижимости и приглашенного профессора Американского института по вопросам внешней политики.

Что касается его сына Жан-Кристофа, то он закончил Университет Париж-Юг XI и Высшую коммерческую школу менеджмента в Париже. Постоянной спутницей жизни кандидат в императоры пока не обзавелся.

Жан-Кристоф Наполеон и Шарль Наполеон Бонапарт. Фото: www.globallookpress.com

Претендент на трон Португалии сражался за независимость бывших колоний и выступает за дружбу с Россией

Последний король Португалии Мануэл II был свергнут в 1910 году и умер в 1932 году в изгнании. Представители королевского дома Браганса, правившего Португалией, получили право вернуться в страну в пятидесятые годы. Нынешний его глава Дуарте Пиу, герцог Браганса, родился в Швейцарии в мае 1945 года. Его крёстным отцом стал римский папа Пий XII.  После возвращения семьи в Португалию Дуарте Пиу получил образование в колледже Нуно Алвариша в Санту-Тирсу, который окончил в 1959 году. В 1960 году он поступил в военную академию, после окончания которой продолжил обучение в Агрономической школе Технического университета Лиссабона и в Институте международных отношений и развития при Женевском университете.

С 1968 по 1971 годы Дуарте Пиу де Браганса проходил военную службу в Анголе в качестве пилота ВВС Португалии.

В 1995 году 50-летний Дуарте Пиу женился на Изабел де Эредии. Супруга подарила своему титулованному мужу троих детей.

Герцог Браганса ведет активную политическую и общественную жизнь, причем ее одобряют далеко не все португальские сторонники монархии. Еще в Анголе он участвовал в составлении списка независимых кандидатов в Национальную ассамблею страны, за что был отозван в Португалию по распоряжению военного начальства. Многие годы Дуарте Пиу был одним из лидеров кампании в поддержку независимости Восточного Тимора, завершившейся успехом. В 2012 году независимый Восточный Тимор предоставил герцогу Брагансе гражданство молодого государства.

Дуарте Пиу, которому в настоящее время 73 года, возглавляет Общество португальско-российской дружбы.

Дуарте Пиу, герцог Браганса. Фото: www.globallookpress.com

Константин Дегрециас: почему бывший повелитель Греции остался без паспорта?

78-летний бывший король Греции Константин II считается последним в мире царствовавшим православным монархом. Выпускник аристократического колледжа Анаврита и юридического факультета Афинского университета Константин начал выполнять монаршие обязанности еще при жизни отца Павла I, став регентом при нем из-за плохого здоровья короля. После смерти родителя в 1964 году Константин стал полноправным королем. В 1967 году король выступил против хунты «черных полковников», но потерпел поражение, после чего вынужден был покинуть страну. В 1973 году хунта провела референдум, упразднив монархию. После падения «черных полковников» референдум повторили, но результат оказался неутешительным для Константина: народ предпочел республику.

Удивительно, но факт: собственности бывшего короля в Греции лишили в девяностые, приняв соответствующий закон. Константин попытался оспорить его в европейских инстанциях, но потерпел неудачу.

У бывшего короля нет паспорта. Причина в том, что закон требует для этого иметь фамилию, а ее у монарха нет. Константин разводит руками: в его династии фамилий не было никогда. В страну он приезжает по датскому дипломатическому паспорту, поскольку одновременно носит титул принца Датского как потомок датского короля Кристиана IX.

В этом документе его имя звучит как «Constantino de Grecia». Ехидные греческие журналисты моментально окрестили короля Дегрециасом.

Женат Константин на дочери датского короля Фредерика IX, у них четверо детей.

Константин, помимо всего прочего, является олимпийским чемпионом по парусному спорту в классе «Дракон».

Последний греческий король является правнуком великой княгини Ольги Константиновны и праправнуком великого князя Константина Николаевича, поэтому часть русских монархистов считает его претендентом на виртуальный трон Российской империи.

Константин II и его жена Анна-Мария. 2016 г. Фото: www.globallookpress.com

«Господа, император! Его Величество император Всероссийский!»

Драка между претендентами на русский престол из фильма «Корона Российской империи» в известной степени отражает действительность. В том смысле, что, несмотря на гибель семьи Николая II, а также еще ряда членов фамилии, Романовых оказалось более чем достаточно для того, чтобы они в эмиграции вдрызг разругались из-за вопроса гипотетического престолонаследия.

Если не углубляться в дебри, то на сегодняшний день существуют два наиболее заметных объединения: это «Объединение членов рода Романовых» и «Российский императорский Дом».

Главой первого считается Андрей Андреевич Романов, генеалогически старший живой потомок Александра III, сын князя Андрея Александровича и княгини Елизаветы Фабрициевны.

Рожденный в Лондоне, во время Второй мировой войны он служил в ВМФ Великобритании и участвовал в легендарных северных конвоях, став первым из Романовых, кто побывал в СССР.

Андрей Андреевич много путешествовал, сменил огромное количество профессий, начиная от плотника и заканчивая ювелиром. Осев в США, князь на пенсии увлекся искусством: живописью и художественной фотографией.

«Объединение членов рода Романовых» не выдвигает никаких династических и материальных претензий к российскому правительству. Члены объединения приезжают в Россию, занимаются благотворительностью, встречаются с общественностью, со школьниками и студентами.

Ещё одна эксклюзивная фотография 1992 года: на снимке слева Андрей Андреевич Романов-внучатый племянник Императора Николая||. Спаси Господи! pic.twitter.com/gu2y0GYGft

— Мемориал Романовых (@PorosenkovLog) 7 января 2017 г.

 

«Российский Императорский Дом» берет начало от великого князя Кирилла Владимировича, второго сына великого князя Владимира Александровича, третьего сына императора Александра II. В 1924 году в эмиграции он провозгласил себя императором Кириллом I, однако общей поддержки Романовых не получил.

Нынешняя глава «Российского Императорского Дома» Мария Владимировна Романова родилась в Испании во время диктатуры Франко.

Выпускница Оксфорда, Мария Романова в 1976 году вступила в брак с принцем Францем Вильгельмом Прусским. В этом браке родился сын Георгий. В настоящее время 37-летний Георгий Михайлович Романов является наследником матери в «Российском Императорском Доме».

Великая княгиня Мария Романова и ее сын ведут активную общественную деятельность на всем постсоветском пространстве.

Мария Владимировна Романова и Георгий Михайлович Романов. 2016 г. Фото: РИА Новости/ Александр Полегенько

В 2009 году директор канцелярии великой княгини Александр Закатов сообщил о желании «Российского Императорского Дома» Романовых вернуться в Россию, получив в стране определенный институциональный статус.

В 2014 году «Российский Императорский Дом» поддержал присоединение Крыма к Российской Федерации. В 2018 году в ознаменование 235-летия вхождения Крымского полуострова в состав Российской империи Мария Владимировна и её сын Георгий Михайлович совершили поездку в Крым. 2 июня в ходе визита в Керчь императорская семья проехала на российском автомобиле LADA Largus по Крымскому мосту.

Гибель Романовых в Алапаевске

Сегодня мы оправляемся в монастырь Новомученников Российских, который был воздвигнут на месте гибели членов Дома Романовых в Алапаевске.

Весной 1917 года Николай Второй отрекся от престола. В ночь с 16 на 17 июля 1918 года Царская Семья была расстреляна в Екатеринбурге. А спустя сутки под Алапаевском были уничтожены другие члены Императорского Дома.

Прошло почти 100 лет, а в жилах до сих пор стынет кровь от мысли, как закончили свои последние дни Романовы и их приближенные. Жестокое, страшное убийство в Алапаевске пытались скрыть, но история расставила все по своим местам.

С приходом к власти, большевики начинают уничтожать все, что хоть как-то связано с царским режимом и Домом Романовых.

Весной 1918 года из Петрограда на Урал начинают постепенно друг за другом высылать членов царской семьи.
В Алапаевске оказываются:

  • Великая княгиня Елизавета Федоровна (53 года). Внучка английской королевы Виктории, родная сестра императрицы Александры Федоровны, вдова великого князя Сергея Александровича, брата российского императора Александра III.

  • Великий князь Сергей Михайлович (51 год). Пятый из шести сыновей великого князя Михаила Николаевича и Ольги Фёдоровны, внук Николая I.

  • Три брата, князья императорской крови: Иоанн (32 года), Константин (28 лет) и Игорь (24 года) Константиновичи. Сыновья великого князя Константина Константиновича и великой княгини Елизаветы Маврикиевны, правнуки императора Николая I.

  • Князь Владимир Павлович Палей (21 год). Сын Великого Князя Павла Александровича от его морганатического брака с Ольгой Валерьяновной Пистолькорс, внук Александра II

  • Фёдор Семёнович (Михайлович) Ремез (40 лет), управляющий делами великого князя Сергея Михайловича;
  • Сестра Марфо-Мариинской обители Варвара (Яковлева), келейница Елизаветы Фёдоровны.

Вначале у князей даже подозрения не было в том, что их конец близок. Им разрешалось гулять, посещать церковь. Поселили их в здании Напольной школы. Обращались с ними вежливо, кормили сытно.

До сих пор историки спорят о причинах молниеносной расправы над императорским домом. По одной из версий столь быстрое решение было принято из-за наступления белых на Урал. Необходимо было скорее избавиться от Романовых.

Само убийство высокопоставленных особ пытались скрыть. Даже был разыгран целый «спектакль». Около трех часов ночи возле места, где содержались Романовы, прозвучали взрывы. А утром было объявлено о похищении высокопоставленных особ белогвардейцами.

На самом деле представители Дома Романовых покинули Напольную школу не по своей воле. Их предупредили о том, что ночью состоится переезд на Верхне-Снячихинский завод. Ночью им связали руки, завязали глаза и вывезли из Алапаевска на станцию Межная.

Из воспоминаний В.А. Рябова, участника тех событий:

«Мы знали, что судьба царя с семьёй в Екатеринбурге, и всех других членов императорского дома, находящихся в Алапаевске, уже решена в Москве, и ждали только приказа привести приговор в исполнение.

Мы заранее приступили к поискам места для казни. Такое место, где не сразу могли бы обнаружить их трупы, мы быстро нашли в 12-ти верстах за городом. Это была заброшенная и полузатопленная шахта, на которой мы и остановились. Получив из Екатеринбурга сообщение о казни царя и всей его семьи, мы, не теряя времени, приступили к выполнению нашего плана.

Единственный, кто оказал нам сопротивление, был великий князь Сергей Михайлович. Физически он был сильнее всех остальных. И нам пришлось повозиться с ним. Он категорическим тоном заявил, что никуда отсюда не поедет, так как знает, что их убьют. Зайдя за шкаф, он забаррикадировался там, и наши усилия схватить его ни к чему не приводили. Мы теряли только драгоценное время. Я не утерпел и выстрелил в великого князя.

Причём стрелял с таким расчётом, чтобы только легко ранить и, напугав, заставить его подчиниться. Ранил я его в руку, и он больше не сопротивлялся. Перевязав ему рану и завязав глаза, мы усадили его на последнюю подводу и поехали. Очень торопились: заря уже предвещала наступление утра.

Дорогой великий князь Сергей Михайлович снова повторял: он знает, что их всех убьют.

— Скажите, за что? — обратился он ко мне. — Политикой я никогда не занимался. Я любил спорт. Играл в бильярд. Занимался нумизматикой.

Я успокаивал его, как мог, хотя и сам был в высшей степени взволнован всем, что пришлось пережить в эту ночь.

Несмотря на ранение руки, на боли великий князь не жаловался. Наконец мы подъехали к шахте. Шахта была не очень глубокой и, как оказалось, имела боковой выступ, не затопленный водой.

Первой подвели к шахте великую княгиню Елизавету Фёдоровну и, столкнув её в шахту, услышали, как она продолжительное время барахтается в воде. За ней столкнули её келейницу монашку Варвару. Тоже услышали всплеск воды и потом голоса двух женщин. Нам стало ясно, что великая княгиня, выбравшись из воды, вытащила и свою келейницу. Но другого выхода у нас не было, и мы одного за другим столкнули и всех мужчин. Никто из них, должно быть, не утонул и не захлебнулся в воде, так как немного времени спустя можно было услышать, чуть ли не все их голоса. Тогда я бросил гранату. Граната взорвалась и всё смолкло. Но ненадолго.

Мы решили немного подождать и проверить, погибли ли они или нет. Через некоторое время мы опять услышали разговор и чуть слышный стон. Я снова бросил гранату.

И что вы думаете — из-под земли мы услышали пение! Жуть охватила меня. Они пели молитву «Спаси, Господи, люди твоя!»

Гранат у нас больше не было, оставлять дело недовершённым было нельзя. Мы решили завалить шахту сухим хворостом, валежником и поджечь.

Сквозь густой дым ещё некоторое время пробивалось наверх их молитвенное пение. Когда исчезли последние признаки жизни под землёй, мы, оставив возле шахты часть своих людей, вернулись уже на рассвете в Алапаевск и сразу же на соборной колокольне ударили в набат. Чуть ли не весь гоород сбежался. Мы им всем говорили, что неизвестные люди увезли великих князей!" © (А. Мейлунас, С.В. Мироненко. «Николай и Александра. Любовь и жизнь». М. Издательство «Прогресс», 1998, стр. 622, 623.)

Самому младшему из убитых был 21 год.

Позже, когда 8 сентября 1918 года в Алапаевск вошли белые, началось расследование. Тела убитых обнаружили 19 октября. Палачи утверждали, что скидывали в шахту высокопоставленных особ живьем. Следствие показало, что каждый из них имел травму черепа височной или затылочной области.

«Ничего не подозревавшую жертву подводили к краю шахты, после чего Е.Л. Серёдкин наносил ей удар обухом топора в височную или затылочную область головы. А далее — умерщвлённая таким образом жертва сбрасывалась в шахту. Но так как это убийство совершалось столь жестоким способом, палачи придумали „версию“ о том, что Алапаевские Мученики были сброшены в шахту живыми. А они, убийцы, исключительно из гуманных соображений (чтобы жертвы долго не мучились), умертвили их угарным газом или парами серы». (с)

Некоторые сброшенные в шахту люди долгое время оставались живыми. По свидетельствам очевидцев из шахты долго время доносились молитвы и стоны. Но никто не оказал помощи, крестьяне обходили стороной шахту.
Дольше всех прожила Великая княгиня Елизавета Федоровна, она пыталась помочь князю Иоанну, перевязав ему раны своим платком. Князь Владимир Палей, которому еще не исполнилось 22 лет, также погиб не сразу, его тело обнаружили в сидячем положении.

Сейчас от шахты осталась лишь неглубокая яма, поросшая травой. Она обнесена чугунным забором, рядом стоит крест. Монастырь Новомученников Российских только обживается на месте гибели Романовых. На данный момент паломники и туристы здесь могут увидеть:

  • Поклонный крест, расположенный рядом с обвалившейся шахтой.
  • Елизаветинская часовня. Каменная часовня была построена в 1997 году.
  • Монастырь во имя новомучеников Российских. Действует с 1995 года.

Место гибели Романовых расположено вблизи дороги, соединяющей Верхнюю и Нижнюю Синячиху. Есть указатели. Вход свободный.

Как добраться

Следуйте по трассе на Реж и Алапаевск в направлении Верхней Синячихи. Проехав поворот на Нижнюю Синячиху, двигайтесь еще 1,5 километра. Слева от дороги будет забор и строения — это и есть монастырь. Вход в монастырь через ворота. Въезд запрещен.

Время в пути около 2,5 часов.

Редакция благодарит Фонд Памяти Новомученников Императорского Дома Романовых за предоставленные архивные фотографии и информацию. Особая благодарность историку и президенту фонда Жуку Юрию Александровичу.

Наталья Елизарова

9823 просмотра

Потомок Романовых — на троне Виндзоров – Огонек № 17 (5044) от 27.04.2008

Будущий король Великобритании — прямой потомок российского императора


Алексей ВЕНГЕРОВ, литературовед

Совсем недавно, минувшим мартом, на одном из московских антикварных аукционов была выставлена фотография увеличенного кабинетного размера великой княгини Александры Иосифовны, матери королевы Эллинской Ольги Константиновны. Снимок дивной красоты нигде прежде не всплывал и увлек экспертов к изысканиям высокородных корней и связей пришелицы из прошлого.

Результаты этих поисков, быть может, и известные давно узким специалистам в сфере генеалогии царствовавших в Европе семей, непросвещенную публику привели в восторженное состояние—ведь выяснилось, что родство Романовых и Виндзоров, установленное прежде через датский королевский дом (откуда была родом мать Николая II императрица Мария Федоровна, которой английский король Георг приходился племянником), вовсе не обрывается с гибелью замученной в Екатеринбурге семьи последнего российского царя, а продолжается поныне. Более того, со всей очевидностью выходит, что у следующего британского монарха, кто бы им ни стал—хоть принц Чарльз, хоть какой-то из сыновей его и Дианы, в жилах течет русская кровь, причем по основной—мужской линии!

Очевидность же следует из краткого экскурса в семейную историю венценосных особ. Итак, упомянутая Александра Иосифовна—в девичестве Фредерика-Генриетта-Паулина-Марианна-Елизавета, принцесса Саскен-Альтенбургская. В 1848 году приняла православие и вышла замуж за второго сына императора Николая I—великого князя Константина Николаевича, которому в пору женитьбы исполнился 21 год. Князь Константин служил по морскому ведомству, был наместником в Польше и даже пережил покушение в период польских волнений 1860—1863 годов. Более 20 лет занимал пост председателя Государственного совета, который оставил после злодейского убийства террористами старшего брата—императора Александра II. Уйдя в отставку, Константин окончил дни частным человеком в 1892 году. В браке с Александрой Иосифовной он оставил шесть детей. Ольга Константиновна, королева Эллинская,—из их числа, родная внучка Николая I по отцу. Судьба короля Греции Георга I, супругой которого она стала, была трагична—он погиб при покушении в 1913 году. Но память о нем осталась в детях—старший сын Константин взошел после гибели отца на греческий престол, а третий сын Георга и Ольги—Андрей—женился на принцессе Алисе Маунтбаттен. Именно в этом браке в 1921 году родился сын Филипп, прямой праправнук Николая I, женившийся в 1942 году на принцессе Елизавете Уэльской, известной ныне миру как королева Великобритании Елизавета II.

Собственно, вот что мы имеем в «сухом остатке»: все нынешние прямые наследники британской короны—принц Чарльз и его сыновья Уильям и Гарри—являются прямыми потомками русского царя Николая I по отцовской линии. Как откликнется русская кровь в Виндзорах, покажет время. Хочется верить—откликнется непременно.

генеалогическое древо с годами правления

Генеалогическое дерево семьи Романовых появилось в России примерно в начале XIV столетия.

Одни источники говорят, что они родом из Пруссии, другие, что корни идут из Новгорода. Первым известным предком является московский боярин времен Ивана Калиты – Андрей Кобыла. Его сыновья стали основоположниками многих боярских и дворянских фамилий. Среди них такие, как Шереметевы, Коновницыны, Колычевы, Ладыгины, Яковлевы, Боборыкины и многие другие. Род Романовых пошел от сына Кобылы – Федора Кошки. Его потомки сначала называли себя Кошкиными, потом Кошкиными-Захарьиными, а затем просто Захарьиными.

Первой женой Ивана VI «Грозного» стала Анна Романова-Захарьина. Отсюда и прослеживается «родство» с Рюриковичами и, следовательно, права на престол.
В этой статье рассказывается, как обычные бояре при удачном стечении обстоятельств и хорошей деловой хватке стали самым значимым родом на протяжении более чем трех столетий, вплоть до Великой Октябрьской революции 1917-ого года.

Генеалогическое древо царской династии Романовых полностью: с датами правления и фото

Михаил Федорович (1613 – 1645)

После смерти Ивана «Грозного» не осталось ни одного кровного наследника рода Рюриковичей, но на свет появилась новая династия – Романовы. Свои права на трон потребовал двоюродный племянник жены Иоанна IV, Анастасии Захарьиной, Михаил. С поддержкой простого московского народа и казачества он взял бразды правления в свои руки и начал новую эпоху в истории России.

Алексей Михайлович «Тишайший» (1645 – 1676)

Следом за Михаилом на трон сел его сын – Алексей. Он имел мягкий характер, за что и получил свое прозвище. Сильное влияние на него оказывал боярин Борис Морозов. Следствием этого стали Соляной бунт, восстание Степана Разина и другие крупные беспорядки.

Федор III Алексеевич (1676 – 1682)

Старший сын царя Алексея. После кончины отца по закону занял престол. Первым делом возвысил своих приближенных – постельничего Языкова и комнатного стольника Лихачева. Они не были родом из знати, но на протяжении всей жизни помогали становлению Федора III.

При нем была совершена попытка смягчения наказаний за уголовные преступления и отменено ампутирование конечностей как казнь.

Важным в правлении царя стал указ 1862 года об уничтожении местничества.

Иван V (1682 – 1696)

На момент смерти старшего брата – Федора III – Ивану V было 15 лет. Его приближенные посчитали, что он не обладает навыками присущими царю и престол должен унаследовать младший брат, 10-летний Петр I. В итоге правление отдали сразу обоим, а старшую сестру Софью сделали их регентшей. Иван V был слаб, почти слеп и слабоумен. Во время своего правления он не принимал никаких решений. Его именем подписывали указы, а самого его использовали как выходного церемониального царя. На самом деле страной руководила царевна Софья.

Петр I «Великий» (1682 – 1725)

Как и старший брат, Петр занял место царя в 1682 году, но по своему малолетству не мог принимать какие-либо решения. Много времени он посвятил изучению военного дела, пока страной управляла его старшая сестра Софья. Но в 1689 году после того, как царевна решила единолично возглавить Россию, Петр I жестоко расправился с её сторонниками, а её саму заключил в Новодевичий монастырь. В его стенах она провела остаток своих дней и умерла в 1704 году.

На троне остались два царя – Иван V и Петр I. Но Иван сам отдал брату все полномочия и остался правителем лишь формально.

Получив власть, Петр провел ряд реформ: создание Сената, подчинение церкви государству, а также построил новую столицу – Санкт-Петербург. При нем Россия завоевала статус великой державы и признание стран Западной Европы. Также государство было переименовано в Российскую Империю, а царь стал первым императором.

Екатерина I (1725 – 1727)

После смерти мужа – Петра I, заручившись поддержкой гвардии, она заняла трон. Новая правительница не обладала навыками ведения внешней и внутренней политики, сама этого не хотела, поэтому фактически страной управлял её фаворит – граф Меншиков.

Петр II (1727 – 1730)

После смерти Екатерины I права на престол были переданы внуку Петра «Великого» – Петру II. Мальчику на тот момент было всего 11 лет. А уже спустя 3 года он скоропостижно умер от оспы.

Петр II уделял внимание не стране, а лишь охоте и удовольствиям. Все решения за него принимал все тот же Меншиков. После свержения графа молодой император оказался под влиянием рода Долгоруковых.

Анна Иоанновна (1730 – 1740)

После смерти Петра II Верховный тайный совет пригласил на трон дочь Ивана V Анну. Условием её восхождения на трон стало принятие ряда ограничений – «Кондиций». В них было указано, что новоиспеченная императрица не имеет права по единоличному решению объявлять войны, заключать мир, выходить замуж и назначать престолонаследника, а также некоторые другие предписания.

После получения власти Анна нашла поддержку у дворянства, уничтожила подготовленные правила и распустила Верховный тайный совет.

Императрица не отличалась ни умом, ни успехами в образовании. Огромное влияние на нее и на страну имел ее фаворит Эрнст Бирон. После ее смерти именно его назначили в регенты младенцу Ивану VI.

Правление Анны Иоанновны является темной страницей в истории Российской империи. При ней господствовал политический террор и пренебрежение русскими традициями.

Иван VI Антонович (1740 – 1741)

Согласно завещанию императрицы Анны на престол взошел Иван VI. Он был младенцем, а потому первый год «правления» прошел под руководством Эрнста Бирона. После власть перешла к матери Ивана – Анне Леопольдовне. Но фактически правление было в руках Кабинета министров.

Сам же император всю жизнь провел в заключении. А в возрасте 23 лет был убит тюремной охраной.

Елизавета Петровна (1741 – 1761)

В результате дворцового переворота при поддержке Преображенского полка к власти пришла внебрачная дочь Петра «Великого» и Екатерины. Она продолжила внешнюю политику своего отца и положила начало эпохе Просвещения, открыла Государственный Университет имени Ломоносова.

Петр III Федорович(1761 – 1762)

Елизавета Петровна не оставила прямых наследников по мужской линии. Но еще в 1742 году позаботилась о том, чтобы линия правления Романовых не закончилась, и назначила своим наследником племянника, сына своей сестры Анны – Петра III.

Новоиспеченный император управлял страной всего полгода, после чего был убит в результате заговора, возглавляемого его женой – Екатериной.

Екатерина II «Великая» (1762 – 1796)

После гибели своего мужа Петра III стала единолично управлять империей. Из нее не получилось ни любящей жены, ни матери. Все свои силы она отдала укреплению позиции самодержавия. При ней были расширены границы России. Также ее правление повлияло на развитие науки и образования. Екатерина провела реформы и поделила территорию страны на губернии. При ней в Сенате было учреждено шесть департаментов, а Российская империя получила гордое звание одной из самых развитых держав.

Павел I (1796 – 1801)

Нелюбовь матери оказала на нового императора сильное влияние. Вся его политика была направлена на то, чтобы зачеркнуть все, что она сделала за годы своего правления. Он пытался сосредоточить всю власть в своих руках и свести к минимуму самоуправление.

Важным шагом в его политике является указ о запрете престолонаследования женщинами. Такой порядок продлился вплоть до 1917 года, когда правление рода Романовых подошло к концу.

Политика Павла I способствовала небольшому улучшению жизни крестьян, но позиции дворянства были сильно снижены. В результате уже в первые годы правления против него начал готовиться заговор. Недовольство императором возрастало в самых разных слоях общества. Итогом стала смерть в собственной комнате во время государственного переворота.

Александр I (1801 – 1825)

Занял престол после гибели отца, Павла I. Именно он участвовал в заговоре, однако ничего не знал о готовящемся убийстве и всю жизнь мучился от чувства вины.

При его правлении увидели свет несколько важных законов:

  • Указ о «вольных хлебопашцах», по которому крестьяне получили право выкупить себя с землей по договоренности с помещиком.
  • Постановление о проведении реформы образования, после которой пройти обучение могли представители всех сословий.

Император обещал народу принятие конституции, но проект так и остался незавершенным. Несмотря на либеральную политику, масштабных изменений в жизни страны так и не произошло.

В 1825 Александр подхватил простуду и умер. Ходят легенды, что император инсценировал свою смерть и стал отшельником.

Николай I (1825 – 1855)

В результате смерти Александра I бразды правления должны были перейти в руки его младшего брата Константина, но он добровольно отказался от титула императора. Так престол занял третий сын Павла I Николай I.

Сильнейшее влияние на него оказало воспитание, основанное на жестком подавлении личности. Рассчитывать на престол он не мог. Ребенок рос в угнетении, терпел физические наказания.

Учебные путешествия во многом повлияли на взгляды будущего императора – консервативные, с ярко выраженной антилиберальной направленностью. После смерти Александра I Николай проявил всю свою решительность и политические способности и, несмотря на массу несогласных, взошел на престол.

Важным этапом в становлении личности правителя стало восстание декабристов. Оно было жестоко подавлено, порядок восстановлен, а Россия присягнула на верность новому монарху.

На протяжении всей жизни император считал своей целью подавление революционного движения. Политика Николая I привела к крупнейшему внешнеполитическому поражению в ходе Крымской войны 1853 – 1856 годов. Неудача подорвала здоровье императора. В 1955 году случайная простуда лишила его жизни.

Александр II (1855 – 1881)

Рождение Александра II привлекло к себе огромное внимание со стороны общества. В это время его отец даже не представлял его на месте правителя, однако юному Саше уже была уготована участь наследника, поскольку ни у кого из старших братьев Николая I не было детей мужского пола.

Юноша получил хорошее образование. Он овладел пятью языками, в совершенстве знал историю, географию, статистику, математику, естествознание, логику и философию. Для него проводились специальные курсы под руководством влиятельных деятелей и министров.

За время своего правления Александр провел много реформ:

  • университетскую;
  • судебную;
  • военную и другие.

Но самой важной по праву считается отмена крепостного права. За этот ход его прозвали царем-освободителем.

Тем не менее, несмотря на нововведения, император оставался верен самодержавию. Такая политика не способствовала принятию конституции. Нежелание императора выбрать новый путь развития вызвало активизацию революционной деятельности. В итоге ряд покушений привел к смерти государя.

1 марта 1881 года Александр II был убит членами организации «Народная воля».

Александр III (1881 – 1894)

Александр III был вторым сыном Александра II. Так как изначально он не был наследником престола, он не считал нужным получать должное образование. Лишь в сознательном возрасте будущий правитель в ускоренном темпе приступил к подготовке для царствования.

В результате трагической гибели отца власть перешла к новому императору – более жесткому, но справедливому.

Отличительной чертой царствования Александра III стало отсутствие войн. За это он был прозван «царем-миротворцем».

Умер он в 1894 году. Причиной смерти стал нефрит – воспаление почек. Причиной заболевания считается как крушение императорского поезда на станции Борки, так и пристрастие императора к спиртному.

Вот практически и все семейное генеалогическое древо рода Романовых с годами правления и портретами. Отдельное внимание стоит уделить последнему монарху.

Николай II (1894 – 1917)

Сын Александра III. На престол взошел в результате скоропостижной кончины отца.
Он получил хорошее образование, направленное на военное воспитание, учился под руководством действующего царя, а его преподавателями были выдающиеся русские ученые.

Николай II быстро освоился на троне и стал продвигать самостоятельную политику, чем и было вызвано недовольство части его окружения. Основной целью правления он сделал утверждение внутреннего единства империи.
Мнения о сыне Александра весьма разрознены и противоречивы. Многие считают его чересчур мягким и слабохарактерным. Но также отмечается его сильная привязанность к семье. Он не расставался с женой и детьми до последних секунд жизни.

Николай II сыграл большую роль в церковной жизни России. Частые паломничества сблизили его с коренным населением. Число храмов за время его царствования увеличилось с 774 до 1005. Позже последнего императора и его семью причислили к лику святых Русской Зарубежной Церковью (РПЦЗ).

В ночь с 16 на 17 июля 1918 года после Октябрьской революции 1917 года царская семья была расстреляна в полуподвальном помещении дома Ипатьева в Екатеринбурге. Считается, что приказ отдали Свердлов и Ленин.

На этой трагичной ноте заканчивается правление царского рода, которое продолжалось на протяжении более чем трех веков (с 1613 по 1917 года). Эта династия оставила огромный след в становлении России. Именно ей мы обязаны тем, что имеем сейчас. Только благодаря правлению представителей этой фамилии в нашей стране было ликвидировано крепостное право, запущены образовательная, судебная, военная и многие другие реформы.

Схема полного генеалогического древа с годами правления первых и последних монархов из семьи Романовых наглядно показывают, как из обычной боярской семьи получился великий род правителей, прославивших царскую династию. Но и сейчас можно проследить за становлением продолжателей род. На данный момент живы и здравствуют потомки императорской семьи, которые могли бы претендовать на престол. «Чистой крови» уже не осталось, но факт остается фактом. Если Россия снова перейдет к такой форме правления, как монархия, то новым царем может стать продолжатель древнего рода.

Стоит отметить, что большинство русских правителей прожили сравнительно недолго. После пятидесяти скончались только Петр I, Елизавета I Петровна, Николай I и Николай II. А порог в 60 лет преодолели Екатерина II и Александр II. Все остальные погибли в довольно раннем возрасте по причине болезни или государственного переворота.

У вас есть интересное сообщение? Хотите поделиться новостью или задать вопрос? Пишите нам в Telegram, WhatsApp или Viber на номер +7 (952) 543-17-02 или на электронную почту: [email protected]

династия Романовых. Что случилось с теми, кто выжил

17 июля 1918 года, перед рассветом, чекисты убили царя Николая II и его семью. Представляем судьбы остальных членов династии Романовых.

Эта статья была опубликована в еженедельнике ПОЛИТИКА в ноябре 2007 года.

Большевики, захватившие Россию в октябре 1917 года, убили царя Николая II и его ближайших родственников (приказ должен был отдать лично Ленин). Но семья Романовых была многочисленной и разветвленной.Что случилось с другими его представителями?

С началом Первой мировой войны члены династии Романовых хлынули в страну из Западной Европы. Царская мать Мария приехала из Англии, где гостила у своей сестры Александры (королевы, матери Георга V). Точно так же ее младший сын Михал, который только что поселился в арендованном поместье в Сассексе, с Натальей Вульферт женился против воли царя, дважды разведенной. Перед лицом войны Николай II разрешил брату вернуться в страну и привезти жену.То же самое он сделал с дядей Полем, жившим в Париже, и со своей второй женой, также ранее разведенной, которую он назначил принцессой Палей. Царь также признал предсвадебных сыновей Михала (Ежи, 1910 г.р., получившего титул графа Брашова) и дядю Павла (Влодзимеж, 1897 г.р., которого должны были назвать князем Палеем) членами династии.

Почти все взрослые мужчины рода получили офицерские должности в армии, главнокомандующим которой первоначально был великий князь Николай Николаевич (Николай), двоюродный брат отца царя.Семейная традиция требовала, чтобы все члены династии мужского пола становились офицерами; даже царские дочери имели "свои" полки и появлялись в женских вариантах мундиров. Во время войны женщины дома Романовых работали в госпиталях сестрами милосердия; Царица-мать Мария Федоровна подала пример, когда работала с младшей дочерью Ольгой в госпитале в Киеве.

Из Киева в Крым

После отречения Николая II, а затем и его брата Михала (которого царь указал своим преемником при отречении, за исключением цесаревича Алексея, страдавшего гемофилией), оказалось, что ни популярность некоторых членов семьи, среди его солдат, ни работа женщин из семей на благо раненых не гарантировала их безопасность среди вчерашних подданных.Царская мать, до того очень известная своей благотворительностью, быстро дала понять в Киеве, что ей здесь не рады. Ольга стала испытывать неприязнь со стороны пациентов и персонала больницы. Тот факт, что она отказалась от своего статуса великой княгини, выйдя замуж за неаристократа, ничего не изменил. Столкнувшись с распадом старых порядков, Ольга решила бороться за свое счастье. Осенью 1916 года она добилась от царя расторжения так и не состоявшегося брака со своим дальним двоюродным братом Петром Ольденбургским и тут же вышла замуж за своего давнего возлюбленного, полковника Николая Куликовского.

В феврале 1917 года беременная Ольга с мужем и матерью уехала из Киева в Крым, где жили старшая из сестер царя Ксения с мужем Александром Михайловичем, шестеро сыновей и дочь Ирена с мужем (Феликс Юсупов), а Петр и Миколай Миколаевичи из семей. Им разрешили жить в Ай Тодоре, поместье мужа Ксении, и на соседней вилле Дюльберг. Там они стали объектом соперничества Ялтинского совета (в котором превалировал вариант казни Романовых) с Севастопольским советом, обращаясь с ними как с ценными заложниками.(Советы, или Советы, были системным экспериментом, зародившимся в 1905 году в кругу людей, стремившихся реформировать царскую монархию; после февральской революции 1917 года, отречения царя и рождения Российской республики, Советы, Образовавшись на некоторое время как рабочие и солдатские советы, они стали параллельным политическим элементом рядом с парламентом — Думой и Временным правительством.Ленинский лозунг «вся власть в руках советов» был признаком перемены в Стратегия большевиков: они решили захватить советы, также силой, чтобы создать базу для своего военного переворота.

Playboy под домашним арестом

Романовы в Ай Тодоре боролись с дефицитом и постоянным контролем. Больше всего их мучила неизвестность судьбы царя, его жены и дочерей, которых после первоначального срока домашнего ареста в одном из дворцов Царского Села увезли в Сибирь, сначала в Тобольск, затем в Екатеринбург. Не было у них и вестей от царского брата Михаила.

Михал — безответственный плейбой, единственный сын которого родился незаконнорожденным, — сразу отказался от царской короны и мирно жил во дворце в Гатчине под домашним арестом.С начала 1918 года большевики стали видеть в бывшем царе и его брате угрозу. Военные бедствия и углубляющийся кризис вызвали у многих россиян ностальгию по временам царизма. Немецкая армия все глубже и глубже проникала в Россию, и предполагалась возможность того, что германский император — двоюродный брат царя — попытается восстановить монархию. Советские власти начали перевозку Романовых в Сибирь. В марте 1918 года Михала депортировали в Пермь, где он некоторое время жил в гостинице со своим секретарем Брайаном Джонсоном.В ночь с 12 на 13 июня несколько вооруженных людей вывели их обоих из гостиницы, вывезли за город и расстреляли. Тело было сожжено. Официальная версия событий, опубликованная через несколько дней в столичных газетах, говорила о «побеге» или «похищении» Михала белогвардейцами. Это была первая подобная ложь Советов.

Смерть царя и его семьи

Через несколько дней было официально объявлено, что бывший Царь расстрелян. О судьбе его жены и детей, а также врача, фрейлины, дворецкого и кухарки, с которыми царь находился в заточении в высокой ограде дома купца Ипатьева в Екатеринбурге с апреля 1918 года, не упоминается.

17 июля, перед рассветом, чекисты во главе с комиссаром Юровским отвели всех в подвал дома. По ним был открыт огонь, а затем те, кто не погиб сразу под градом пуль, были убиты. Тело на грузовиках перевезли в лес у села Коптиаки, где разобрали, сожгли и захоронили. 18 июля мучители вернулись, чтобы откопать их, облить серной кислотой и закопать чуть подальше, в болотах.

Всего через восемь дней после резни в Екатеринбург прибыл чешский контингент во главе с белым адмиралом Колчаком.Обнаружив, что семьи нет в доме Ипатьева, свежеубранном, но еще со следами резни, Колчак поручил расследование адвокату Николаю Соколову. Он нашел место в лесу, где с тела сняли одежду. Он собрал обрывки одежды, потерянные палачами в траве драгоценности и отрезанный палец. Через несколько лет Соколов опубликовал свой отчет в Париже, но уцелевшая часть семьи отказалась ему верить, надеясь, что их родственники когда-нибудь найдут друг друга. Советские власти долгие годы не признавались в убийстве царских детей и жены.

Принцесса в монастыре

Советы также лгали о судьбе другой группы Романовых, задержанных с мая 1918 года в Алапаевске, под контролем Екатеринбургского Совета. Среди них была сестра царицы Елизаветы, считавшаяся совершенной красавицей, которая после смерти мужа (царского дяди Сергия, погибшего в 1905 году в результате теракта) присоединилась к основанному на ее средства монастырю. После отречения Николая II берлинские власти проявили некоторый интерес к судьбе Елизаветы - немецкой принцессы, в юности обожаемой нынешним императором.Но она и слышать не хотела об уходе из собрания. Одна из монахинь, Варвара, разделила ее судьбу до конца. Кроме них в здании школы в Алапаевске были заключены великий князь Сергей Михайлович, князь Владимир Палей и трое сыновей великого князя Константина: Иоанн, Константин и Игорь. В ночь с 17 на 18 июля их увезли в лес. Сергий, пытавшийся сопротивляться, был расстрелян, а труп и шесть человек живыми брошены в заброшенную шахтную шахту. Там их ждала медленная смерть, в агонии, от ран, жажды и голода.

Еще одна группа Романовых была расстреляна в Петропавловской крепости в январе 1919 года. Тогда были расстреляны дядя царя Павел, великие князья Дмитрий Константинович, Николай и Ежи Михайловичи. Третьего из заключенных в Михайловичской крепости, Гавриила (Гавриила), больного туберкулезом, спас тюремный врач Иван Манучин. Однажды он вылечил Горького, и писатель, признав долг благодарности, заступился за князя перед самим Лениным.

Вылет из Крыма

Между тем судьба группы Романовых в Крыму изменилась в ноябре 1918 года.когда вошли немецкие войска. Романовы покинули Крым в марте 1919 года на борту английского корабля «Мальборо», командир которого получил приказ короля Англии о депортации Царицы-матери из России. По ее просьбе были вывезены из Крыма все ее родственники, кроме мужа Ксении, уплывшей на другом английском судне в конце 1918 г., и Ольги с мужем и ребенком, уехавшей на Кавказ. Поняв, что ни аристократическая фамилия, ни белые их не защитят, они бежали в Данию, где жили у царицы-матери.

Царицу Марию принял ее племянник, король Дании Кристиан X. по сравнению со счетами за электроэнергию - царица не привыкла считаться с затратами. Ее племянник поначалу надеялся, что тетя захочет прикрыть их продажей своих замечательных драгоценностей, но ей не хотелось расставаться с сувенирами прошлого. В конце концов она переехала на небольшую виллу Хвидёре, которую она и ее сестра Александра купили перед войной. Там она провела остаток своей жизни, пытаясь до конца поверить, что ее сын и его дети найдут друг друга.Однако других самопровозглашенных людей она не встречала, чудом спасшихся царских родственников, особенно Анну Андерсон, выдававшую себя за Анастасию. Ольге поручено поговорить с Андерсоном.

Ольга заботилась о матери до конца, терпя капризы и капризы старухи, судьба которой преждевременно лишила обожествлявшего ее мужа (Александр III умер в возрасте 49 лет), положения императрицы, несметных богатств, а главное - четверо любимых сыновей (кроме Николая и Михаила у Марии Федоровны были еще сын Александр, умерший в детстве, и Ежи, туберкулезник, проживший всего 28 лет).К списку семейных несчастий царица добавила еще и то, что ее младшая дочь вышла замуж за человека из незнатной семьи и не дала забыть об этом ни Ольге, ни Куликовскому. Когда она умерла в 1928 году, семья Куликовских переехала на ферму недалеко от Копенгагена. После Второй мировой войны они эмигрировали в Канаду.

Ксения с сыновьями поселилась в доме, предоставленном ей Ежи В. Брак ее распался, и каждый из ее шести сыновей женился морганатически. Ее единственная дочь Ирэна жила долго и счастливо со своим мужем – князем Феликсом Юсуповым, вместе с которым она основала модный дом.В 1934 году Юсупов выиграл судебный процесс против кинокомпании MGM в связи с фильмом «Распутин и царица». Второй из убийц Распутина — Дмитрий, сын царского дяди Павла, убитый в Петропавловской крепости, — наказанный царем отправкой на фронт в Персию, выжил благодаря ссылке. Присоединившись к британским войскам в Персии, он не вернулся в Россию. Женившись на американке, он вел спокойную жизнь в Штатах.

Его сестра Мария бежала из России из-за того, что на границе не поняли, что фамилия Путятина, принадлежащая ее второму мужу, была княжеской фамилией.Вдове Павла и ее дочерям также удалось бежать. Жена Михала, носившая титул графини Брашовской, покинула Россию и жила с сыном сначала в Англии, а затем в Париже. Ежи погиб в автокатастрофе летом 1931 года в возрасте 20 лет.

Династия за пределами России

Последними членами династии, покинувшими Россию (в 1920 г.), были вдова Владимира, старшего дяди Николая II, и ее сыновья. Старший из них — Кирилл — был следующим в очереди на престол после Николая и Михаила.Возможно, они оттягивали свой отъезд, полагая, что после победы белых он будет на престоле. Кирилл в 1905 году женился на своей двоюродной сестре Виктории Мелите (дочери его тетки Марии Александровны), известной в семье Даки, вероятно, надеясь, что родство с внучкой королевы Виктории (по шпаге) и царя Александра II (по прялке) сделает он более серьезный кандидат в цари. Однако произошел большой скандал - во-первых, потому, что Русская православная церковь запретила браки между двоюродными братьями, а во-вторых, потому, что Даки развелся с братом царицы Александры Эрнестом-Луисом Гессенским (его двоюродным братом, поскольку они оба были внуками королевы Виктории).После отречения Николая II Кирилл первым из Романовых принес присягу на верность новой республиканской власти, но через несколько месяцев, после большевистского мятежа, решил бежать из России. Он поселился с женой и детьми во Франции, где в 1924 году провозгласил себя царем. Его претензии на российский престол унаследовал его единственный сын Влодзимеж (1917–1992).

Младший брат Кирилла, Анджей, известен в основном своей связью с польской прима-балериной Матильдой Кшесинской (1872–1971). Сделав головокружительную карьеру в Петербурге, она стала любовницей наследника престола Николая.Когда последний стал царем в 1894 году, его сменили великие князья Сергий Михайлович и Анджей Владимировичи вместе с Матильдой. Поселившись во Франции, она вышла замуж за последнего в 1921 году. Третий из Владимировичей, Борис, слывший до войны гулякой, женившись после революции в Париже, жил там мирно. Умер в 1943 году

В 1914 году все они были членами семьи, правившей одной шестой частью мира, присоединившейся почти ко всем правящим семьям Европы. Первая мировая война положила конец Европе, которую Романовы считали чуть ли не фамильным поместьем.Члены династии мало представляли жизнь своих подданных. Они не предвидели, что захотят дожить до старости на Западе, часто учась платить за электричество. Но какая династия предсказала его падение?

.

Предыстория династии Романовых. Генеалогическое древо династии Романовых: основные факты

На протяжении 10 веков внутреннюю и внешнюю политику Российского государства решали представители правящих династий... Как известно, наибольший расцвет государства пришелся на период правления династии Романовых, потомков старинного дворянская семья. Ее предком считается Андрей Иванович Кобыла, отец которого, Гланда-Камбила Дивонович, в крещении Ивана, прибыл на Русь в последней четверти XIII века из Литвы.

Младший из пяти сыновей Андрея Ивановича, Федор Кошка, оставил многочисленное потомство, в том числе такие имена, как Кошкиновы-Захарьины, Яковлевы, Лацки, Беззубцевы и Шереметевы. В шестом поколении от Андрея Кобылы в роду Кошкиных-Захариных был боярин Роман Юрьевич, от которого произошел боярский род, а позже и цари Романовы. Эта династия правила Россией триста лет.

Михаил Федорович Романов (1613 - 1645)

Началом правления династии Романовых можно считать 21 февраля 1613 года.когда состоялся Земский собор, на котором московское дворянство, поддержанное горожанами, предложило избрать государем всея Руси 16-летнего Михаила Федоровича Романова. Предложение было принято единогласно, и 11 июля 1613 года Михаил был коронован в соборе Успения Пресвятой Богородицы в Кремле.

Начало его правления было непростым, так как центральная власть еще не контролировала большую часть государства. В это время казаки-разбойники Заруцкого, Баловы и Лисовского кружили по России, опустошая страну, уже измученную войной со Швецией и Польшей.

Перед новоизбранным королем стояли две важные задачи: во-первых, прекратить военные действия с соседями, а во-вторых, умиротворить своих подданных. Разобрался с ним только через 2 года. 1615 г. - все вольные казачьи отряды были полностью уничтожены, а в 1617 г. война со Швецией закончилась Столбовским мирным договором. По этому соглашению Московское государство лишилось выхода к Балтийскому морю, но в России восстановились мир и покой. Удалось начать выводить страну из глубокого кризиса.И тогда правительству Михаила пришлось приложить немало усилий, чтобы восстановить разоренную страну.

Первоначально развитием промышленности занималось правительство, в которое на льготных условиях приглашались иностранные промышленники - горняки, оружейники, литейщики. Затем настала очередь армии - было очевидно, что для процветания и безопасности государства необходимо развивать военное дело, в связи с этим в 1642 г. начались реформы в вооруженных силах.

Иностранные офицеры обучали российских военных военному делу, в стране появились «иностранные полки», что стало первым шагом к созданию действующей армии... Эти перемены были последними при царствовании Михаила Федоровича - через 2 года царь скончался в возрасте 49 лет от "водной болезни" и был похоронен в Архангельском соборе Кремля.

Алексей Михайлович, прозванный Тихим (1645-1676)

На княжение вступил его старший сын Алексей, который по отзывам современников был одним из образованнейших людей своего времени. Он сам написал и отредактировал множество указов и первым из русских царей подписал их лично (другие подписывали указы за Михаила, например, его отец Филарет).Покладистый и набожный Алексей завоевал любовь народа и прозвище Тихий.

В первые годы своего царствования Алексей Михайлович принимал незначительное участие в государственных делах. У власти находились царский просветитель боярин Борис Морозов и царский тесть Илья Милославский. Политика Морозова, направленная на усиление налогового гнета, а также беззаконие и злоупотребления Милославского вызвали всеобщее возмущение.

1648, июнь - вспыхнуло восстание в столице, за ним последовали восстания в городах юга России и Сибири.Результатом этого восстания стало отстранение Морозова и Милославского от власти. 1649 г. - Алексею Михайловичу выпал шанс взять власть в стране. По его личному распоряжению был создан свод законов — Соборное уложение, которое исполняло основные пожелания горожан и знати.

Кроме того, правительство Алексея Михайловича способствовало развитию промышленности, поддерживало русских покупателей, ограждая их от конкуренции иностранных покупателей. Были приняты таможенные пошлины и новые торговые уставы, что способствовало развитию внутренней и внешней торговли.Также в царствование Алексея Михайловича Московское государство расширило свои границы не только на юго-запад, но и на юг и восток — русские землепроходцы исследовали Восточную Сибирь.

Федор III Алексеевич (1676 - 1682)

1675 - Алексей Михайлович провозгласил своего сына Федора наследником престола. 1676, 30 января — Алексей скончался в возрасте 47 лет и был похоронен в Архангельском соборе Кремля. Федор Алексеевич стал правителем всея Руси и 18 июня 1676 г.он был коронован в соборе Успения Пресвятой Богородицы. Царь Федор правил всего шесть лет, был крайне зависим, власть находилась в руках родственников его матери — бояр Милославских.

Важнейшим событием царствования Федора Алексеевича было уничтожение прихода в 1682 году, что позволило выдвинуть не очень знатных, но образованных и предприимчивых людей. Последние 5 дней В царствование Федора Алексеевича был создан проект создания в Москве Славяно-греко-латинской академии и духовного училища на 30 человек.Федор Алексеевич скончался 27 апреля 1682 года в возрасте 22 лет, без всякого порядка престолонаследия.

Иван V (1682-1696)

После смерти царя Федора десятилетний Петр Алексеевич, по наущению патриарха Иоакима и по настоянию семьи Нарышкиных (его мать происходила из этой семьи), был провозгласил царем, минуя старшего брата царевича Ивана. Но 23 мая того же года по ходатайству бояр Милославских он был утвержден Земским собором «вторым царем», а Иван — «первым».И только в 1696 году, после смерти Ивана Алексеевича, Петр стал самодержавным царем.

Петр I Алексеевич, прозванный Великим (1682 - 1725)

Оба императора обязались быть союзниками в ведении военных действий. Однако в 1810 г. отношения между Россией и Францией стали принимать откровенно враждебный характер. А летом 1812 года между великими державами вспыхнула война. Русская армия После изгнания интервентов из Москвы освобождение Европы завершилось триумфальным вступлением в Париж в 1814 году.Успешные войны с Турцией и Швецией усилились. международное положение страны. При Александре I в состав Российской империи вошли Грузия, Финляндия, Бессарабия, Азербайджан. 1825 - Во время поездки в Таганрог император Александр I простудился и 19 ноября скончался.

Император Николай I (1825-1855)

После смерти Александра Россия почти месяц жила без императора. 14 декабря 1825 года его младший брат Николай Павлович принял присягу. В этот же день была предпринята попытка государственного переворота, впоследствии названного восстанием декабристов.14 декабря произвело на Николая I незабываемое впечатление, что отразилось на характере всего его царствования, во время которого абсолютизм достиг наивысших высот, расходы на чиновников и армию поглотили почти все государственные средства. В разные годы был создан Судебник Российской Империи - свод всех законодательных актов, существовавших в 1835

1826 - была учреждена Тайная комиссия для урегулирования крестьянского дела, в 1830 году был разработан общий закон о поместьях, который предусматривал ряд улучшений для крестьян.Для начального обучения крестьянских детей было организовано около 9 тыс. сельских школ.

1854 г. - началась Крымская война, закончившаяся поражением России: по Парижскому договору 1856 г. Черное море было объявлено нейтральным, и Россия вернула себе право иметь там флот только в 1871 г. Именно поражение в этой войне решило судьбу Николая I. Не желая признать ошибочность своих взглядов и убеждений, эта страна привела не только к военному поражению, но и к краху всей системы.

Александр II Освободитель (1855-1881)

К власти пришел еще один представитель династии Романовых - Александр Николаевич, старший сын Николая I и Александры Федоровны.

Надо отметить, что мне удалось несколько стабилизировать ситуацию как внутри страны, так и на внешних границах. Во-первых, при Александре II Россия отменила крепостное право, за что императора прозвали Освободителем. 1874 г. - указ о всеобщей воинской повинности, отменявший рекрутский набор.В это время были созданы женские училища и три университета - Новороссийский, Варшавский и Томский.

Александр II смог окончательно завоевать Кавказ в 1864 году. По Аргунскому договору с Китаем к России была присоединена Амурская область, а в Пекине - Уссурийск. 1864 г. - русские войска предприняли поход в Среднюю Азию, в ходе которого были захвачены Туркестанский край и Ферганская область. Русское владычество достигло вершин Тянь-Шаня и предгорий Гималаев. Россия также имела владения в Соединенных Штатах.

Однако в 1867 году Россия продала Аляску и Алеутские острова Америке. Важнейшим событием российской внешней политики в царствование Александра II стала русско-турецкая война 1877–1878 гг., закончившаяся победой русской армии, в результате которой была провозглашена независимость Сербии, Румынии и Черногории.

Россия получила часть отторгнутой в 1856 г. Бессарабии (за исключением островов дельты Дуная) и денежный вклад в размере 302,5 млн руб. На Кавказе к России были присоединены Ардаган, Карс и Батум и их окрестности.Император мог бы многое сделать для России, но 1 марта 1881 года его жизнь трагически оборвалась в результате взрыва бомбы от рук национал-волских террористов, и на престол взошел другой представитель династии Романовых, его сын Александр III. Тяжелые времена были для русского народа.

Александр III Миротворец (1881-1894)

Административный произвол значительно возрос при Александре III. В целях освоения новых земель началось массовое переселение крестьян в Сибирь. Правительство позаботилось об улучшении жизни рабочих – работа несовершеннолетних и женщин была ограничена.

Внешняя политика того времени ухудшила русско-германские отношения и сблизила Россию с Францией, что привело к заключению франко-русского союза. Император Александр III скончался осенью 1894 года от болезни почек, усугубившейся ушибами, полученными во время крушения Харьковского поезда, и постоянным неумеренным употреблением алкоголя. И власть перешла к его старшему сыну Николаю, последнему российскому императору из династии Романовых.

Император Николай II (1894-1917)

Все царствование Николая II проходило в атмосфере нарастающего революционного движения.В начале 1905 г. в России вспыхнула революция, положившая начало реформам: 1905 г., 17 октября — издан Манифест, закладывающий основы гражданских свобод: личной неприкосновенности, свободы слова, собраний и объединений. Он учредил Государственную думу (1906), без одобрения которой ни один закон не мог вступить в силу.

По проекту П.А. Столшина была проведена земельная реформа. В области внешней политики Николай II предпринял некоторые шаги по стабилизации международных отношений...Несмотря на то, что Николай был более демократичен, чем его отец, всеобщее недовольство самодержцем быстро росло. В начале марта 1917 г. председатель Государственной думы М. В. Родзянко заявил Николаю II, что сохранение самодержавия возможно только в случае перехода престола к царевичу Алексею.

Но учитывая слабое здоровье сына Алексея, Николай отрекся от престола в пользу своего брата Михаила Александровича. Михаил Александрович, в свою очередь, отрекся от престола в пользу народа.Республиканская эпоха началась в России.

С 9 марта по 14 августа 1917 г. бывший император и члены его семьи содержались под стражей в Царском Селе, затем переведены в Тобольск. 30 апреля 1918 г. заключенные были переведены в Екатеринбург, где в ночь на 17 июля 1918 г. по указу нового революционного правительства бывший император, его жена, дети и оставшиеся при них врач и слуги были расстрелян чекистами. Так закончилось правление последней в русской истории династии.

Династии Романовых — русский боярский род, носивший имя Романовых с конца XVI века. 1613 г. - династия русских царей правит более трехсот лет. 1917, март — отречение.
Фон
Иван IV Грозный, убив своего старшего сына Иоанна, прервал мужскую линию династии Рюриковичей. Федор, его средний сын, был инвалидом. Таинственная смерть младшего сына Деметриуша в Угличе (его нашли зарезанным во дворе башни), а затем и смерть последнего из Рюриковичей, Теодора Иоанновича, прервали их династию.Борис Федорович Годунов, брат жены Феодора, прибыл на царство в составе Регентского совета из 5 бояр. На Земском соборе 1598 года царем был избран Борис Годунов.
1604 - Войско польское под командованием Фальшивого Дмитрия 1 (Григория Отрепьева) выступило из Львова к границам России.
1605 - Борис Годунов умирает и Престол переходит к его сыну Феодору и Вдовствующей Королеве. В Москве вспыхивает восстание, в результате которого Феодор и его мать были задушены. Новый царь Лжедмитрий I входит в столицу в сопровождении польской армии... Однако его царствование было недолгим: 1606 г. - восстание в Москве и Лжедмитрий убит. Василий Шуйский становится царем.
Надвигающийся кризис приблизил страну к состоянию анархии. После восстания Болотникова и двухмесячной осады Москвы Россией из Польши ушли войска Лжедмитрия 2. 1610 г. - войско Шуйского разбито, царь низложен и закален в монахи.
Управление государством перешло в руки Боярской думы: начался период «семибоярщины». После того как Дума подписала договор с Польшей, польская армия была тайно введена в Москву.Сын польского царя Зигмунта III Владислав стал русским царем. Лишь в 1612 г. ополченцам Минина и Пожарского удалось освободить столицу.
И именно в это время на арену Истории вышел Михаил Федорович Романов. Кроме него на престоле восседали польский князь Владислав, шведский князь Кароль Филип и сын Марины Мнишек и Лжедмитрия II Иван, представители боярских родов - Трубецких и Романовых. Однако был избран Михаил Романов. Почему?

Как Михаил Федорович вписался в царство?
Михаилу Романову было 16 лет, он был внуком первой жены Ивана Грозного Анастасии Романовой и сыном архиепископа Филарета.Кандидатура Михаила устраивала представителей всех классов и политических сил: аристократия была рада, что новый царь будет представлять древний род Романовых.
Сторонники законной монархии были довольны тем, что Михаил Романов имел родство с Иваном IV, а те, кто страдал от террора и хаоса «неразберихи», радовались тому, что Романов не участвовал в опричнине, казаки радовались тому, что их отцом стал новый царь митрополит Филарет.
Возраст юного Романова тоже сыграл ему на руку.Люди в 17 веке жили недолго, умирая от болезней. Юный возраст короля мог дать некоторые гарантии стабильности на долгое время. К тому же боярские отряды, глядя на возраст правителя, собирались сделать из него марионетку в своих руках, думая: «Михаил Романов молод, не он это выдумал, и нам будет беда».
В. Кобрин пишет по этому поводу: «Романовы ответили всем. Это свойство посредственности. На самом деле для консолидации государства и восстановления общественного порядка нужны были не выдающиеся личности, а люди, способные спокойно и настойчиво проводить консервативную политику.«…Нужно было все восстановить, построить государство почти с нуля — до того, как его механизм сломался», — писал В. Ключевский.
Вот таким был Михаил Романов. Его царствование было временем активной законотворческой деятельности правительства, которая касалась различных сторон жизни Российского государства.

Правление первого из династии Романовых
Михаил Федорович Романов женился 11 июля 1613 года. Принимая брак, он обещал не принимать решений без согласия Боярской думы и Земской управы.
Таков был начальный этап правления: Романов обращался к Земскому совету по каждому важному делу. Но постепенно стала укрепляться единоличная власть царя: на местах стали править подчиненные центру воеводы. Например, в 1642 г., когда паства подавляющим большинством проголосовала за окончательное присоединение Азова, завоеванного татарскими казаками, царь принял противоположное решение.
Важнейшей задачей в этот период было восстановление государственного единства русинских земель, часть которых после «.…время угнетения…» находилась под властью Польши и Швеции. 1632 г. - после смерти короля Сигизмунда III в Польше Россия начала войну с Польшей, в результате которой новый король Владислав отказался от своих претензий на московский престол и признал Михаила Федоровича царем московским.

Внешняя и внутренняя политика
Важнейшим промышленным нововведением той эпохи было появление мануфактур. Дальнейшее развитие ремесел, увеличение продукции сельского хозяйства и промышленности, углубление общественного разделения труда привели к созданию общероссийского рынка.Кроме того, между Россией и Западом были установлены дипломатические и торговые отношения. Основные центры российской металлоторговли: Москва, Нижний Новгород, Брянск. Морская торговля с Европой шла через единственный порт в Архангельске; большая часть грузов перевозилась по сухой дороге. Таким образом, Россия, ведя активную торговлю со странами Западной Европы, смогла вести самостоятельную внешнюю политику.
Начало расти и земледелие... На плодородных землях южнее Оки, а также в Сибири начало развиваться земледелие.Этому способствовало то, что сельское население России делилось на две категории: имущие крестьяне и черноволосые крестьяне. Последние составляли 89,6% сельского населения. По закону они сидят на государственной земле, он имел право распоряжаться ею: продажа, ипотека, наследство.
В результате разумной внутренней политики жизнь простых людей значительно улучшилась... Так, если в период "неразберихи" население в самой столице уменьшилось более чем в 3 раза - горожане бежали из ветхих домов, то после «восстановление» хозяйства, по выражению К.Валишевского, ".. Курица в России стоила две копейки, дюжина яиц - копейки. Приехав в Москву на Пасху, он был очевидцем благочестивых и милосердных дел царя, который до завтра посещал остроги и раздавал арестантам крашеные яйца и тулупы.

"В сфере культуры есть успехи. По словам С. Соловьева, «…Москва восхищала своим великолепием и красотой, особенно летом, когда зелень многочисленных садов и огородов сочеталась с прекрасным разнообразием церкви». В Чудовом монастыре была открыта первая в России греко-латинская школа.Отстроена единственная московская типография, разрушенная во время польской оккупации.
К сожалению, на развитие культуры той эпохи повлиял тот факт, что сам Михаил Федорович был человеком чисто религиозным. Поэтому величайшие ученые того времени считались корректорами и составителями священных книг, что, конечно, сильно тормозило прогресс.
Итоги
Главной причиной того, что Михаилу Федоровичу удалось создать «жизнеспособную» династию Романовых, была ее тщательно сбалансированная, с большим «запасом прочности» внутренняя и внешняя политика, в результате которой Россия – пусть и не полностью – смогла решить вопрос о воссоединении русских земель, разрешились внутренние противоречия, развивались промышленность и сельское хозяйство, укреплялась единоличная власть государя, налаживались связи с Европой и т. д.
Между тем царствование первого Романова нельзя причислить к блестящим эпохам в истории русского народа, и его личность не проявляется в нем с каким-то особенным великолепием. И все же это правление знаменует собой период возрождения.

400 лет назад в России княжил первый правитель из рода Романовых Михаил Федорович. Его восхождение на престол ознаменовало конец русской смуты, а его потомки будут править страной следующие три века, расширяя ее границы и укрепляя могущество страны, ставшей империей.Мы вспоминаем эту дату вместе с доцентом РГГУ, заведующей кафедрой вспомогательных исторических дисциплин, автором книг «Романовки. История династии», «Родословная Романовых. 1613-2001» и многие другие Евгения Пчелова.

- Евгений Владимирович, откуда взялась семья Романовых?

Романовы — старинный род московских бояр, истоки которого восходят к первой половине XIV века, когда жил и служил самый ранний предок Романовых Андрей Иванович Кобыла, старший сын Ивана Калиты Семен Горди.Таким образом, Романовы были связаны с семьей московских великих князей почти с самого начала существования этой династии, можно сказать, «корневой» семьи московской аристократии. Более ранние предки Романовых, до Андрея Кобылы, в летописных источниках не известны. Гораздо позже, в XVII-XVIII веках, когда Романовы были у власти, была создана легенда об их иностранном происхождении, и эта легенда создана не самими Романовыми, а их однородными лицами, т.е. потомками родов, т.е. одного корня с Романовыми - Колычевами, Шереметевыми и т.д.Согласно этой легенде, предок Романовых якобы уехал в Россию «из Пруссии», то есть с прусской земли, когда-то населенной пруссаками — одним из балтийских племен. Его якобы звали Гланда Камбила, а на Руси он стал Иваном Кобылой, отцом этого самого Андрея, известного при дворе Семена Думного. Понятно, что Гланда Камбила — имя совершенно искусственное, искаженное от Ивана Кобылы. Подобные легенды об уходе предков из других стран были распространены среди русской знати. Конечно, эта легенда не имеет под собой реальной основы.

- Как они стали Романовыми?

Потомки внука Федора Кошко, Захария Ивановича, назывались Захарьиными, его сын Юрий был отцом Романа Юрьевича Захарьина, а фамилия Романовы образована от имени Романа. На самом деле все они были общими прозвищами, производными от отчеств и преданности. Итак, фамилия Романовы имеет вполне традиционное для русских фамилий происхождение.

- Были ли Романовы в родстве с династией Рюриковичей?

Они связали себя с династиями тверских и серпуховских князей, а через ветвь серпуховских князей оказались в прямом родстве с московскими Рюриковичами.Иван III был праправнуком Федора Кошки по матери, т.е. начиная с него, московские Рюриковичи были потомками Андрея Кобылы, а потомки Кобылы, Романовы, не были потомками рода московских князей. В 1547 г... первый русский царь Иван Грозный женился на Анастасии Романовне Захарьиной-Юрьевой, дочери Романа Юрьевича Захарьина, которого часто и ошибочно называют бояриной, хотя он не имел этого чина. От брака с Анастасией Романовной у Ивана Грозного было несколько детей, в том числе Иван-царевич, погибший в ссоре с отцом в 1581 г., и Федор, ставший царем в 1584 грамм... Федор Иоаннович был последним из династии московских царей - Рюриковичей. Его дядя Никита Романович, брат Анастасии, пользовался большой известностью при дворе Ивана Грозного, сын Никиты, Федор, впоследствии стал московским патриархом Филаретом, а его внук Михаил, первый царь новой династии, избранный на престол в 1613

- Были ли другие претенденты на престол в 1613 году?

Известно, что в этом году на Земском соборе, который должен был избрать нового царя, были внесены имена нескольких кандидатов.Самым авторитетным мальчиком в то время был князь Федор Иванович Мстиславский, возглавлявший семерку бояр. Он был дальним потомком Ивана III по линии его дочери, т.е. был царским родственником. По сведениям источников, предводитель земского ополчения князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой (много потративший в период Земской думы) и князь Дмитрий Михайлович Пожарский. Были и другие известные представители русской аристократии.

- Почему был избран Михаил Федорович?

Конечно, Михаил Федорович был совсем молодым человеком, его можно было контролировать и стоять вне придворных группировок, борющихся за власть.Но самое главное — это родство Михаила Федоровича и Романовых с царем Федором Ивановичем, сыном Ивана Грозного. Федор Иванович воспринимался в тот момент как последний «законный» московский царь, последний представитель истинного царского «корня». Его личность и правление были идеализированы, как всегда после эпохи кровавых преступлений, а возвращение к нарушенной традиции как бы восстанавливало те времена мира и покоя. Недаром земское ополчение чеканило монеты с именем Федора Ивановича, умершего к тому времени уже 15 лет.Михаил Федорович приходился племянником царю Федору — его видели неким «реинкарнацией» Федора, продолжением его эпохи. И хотя Романовы не имели прямого отношения к Рюриковичам, очень важные у него были только врожденные и родственные связи через брак. Прямые потомки рода Рюриковичей, будь то князья Пожарские или князья Воротынские, не рассматривались как часть королевской семьи, а только как подданные королевской династии, по своему статусу возвышавшиеся над своими сверстниками.Поэтому Романовы оказались ближайшими родственниками последнего из московских Рюриковичей. Сам Михаил Федорович не участвовал в работе Земского совета и узнал о его решении, когда к нему явилось посольство с приглашением на престол. Надо сказать, что он, а особенно его мать, монахиня Марфа, упорно отказывались от такой чести. Но потом, поддавшись на уговоры, все же согласились. Так началось правление новой династии – Романовых.

- Кто сегодня самые известные представители Дома Романовых? Что они делают?

Теперь семья Романовых, скажем о роде, немногочисленном.До сих пор живут представители поколения 1920-х годов, первого поколения Романовых, родившихся в эмиграции. Самыми старшими на сегодняшний день являются Николай Романович, проживающий в Швейцарии, Андрей Андреевич, проживающий в США, и Дмитрий Романович, проживающий в Дании. Первым двоим недавно исполнилось 90 лет. Все они приезжали в Россию несколько раз. Вместе с младшими родственниками и некоторыми потомками Романовых по женской линии (такими как принц Майкл Кентский, например) они образуют общественную организацию «Ассоциация членов семьи Романовых».Существует также Романовский фонд помощи России, который возглавляет Дмитрий Романович. Однако деятельность «Ассоциации», по крайней мере, в России, не слишком ощущается. Среди членов объединения есть и совсем молодые люди, такие как Ростислав Ростиславич Романов. Заметной фигурой является потомок Александра II от его второго, морганатического брака, Его Светлейшее Высочество князь Ежи Александрович Юрьевский. Живет в Швейцарии и Санкт-Петербурге, куда часто бывает. Там находится семья покойного князя Владимира Кириловича — его дочь Мария Владимировна и ее сын от брака с прусским князем Георгием Михайловичем.Эта семья считает себя законными претендентами на престол, не признает всех остальных Романовых и ведет себя соответственно. Мария Владимировна наносит «официальные визиты», благоволит дворянству и орденам старой России и всячески представляет себя «Главой Российского Императорского Дома». Понятно, что эта деятельность имеет очень четкую идеологическую и политическую окраску. Семья Владимира Кириловича ищет в России какой-то особый правовой статус, права которого многими очень убедительно ставятся под сомнение.Есть и другие потомки Романовых, более или менее заметные, вроде поляка Эдуарда Ларсена, ныне называемого Павлом Эдуардовичем Куликовским - правнуком сестры Николая II, великой княгини Ольги Александровны. Он часто появляется в качестве гостя на многочисленных мероприятиях и презентациях. Но в этом плане почти никто из Романовых и их потомков не ведет значимой и полезной деятельности в России.

Пожалуй, единственным исключением является Ольга Николаевна Куликовская-Романова. По происхождению она не принадлежит к роду Романовых, а является вдовой родного племянника Николая II — Тихона Николаевича Куликовского-Романова, старшего сына уже упомянутой великой княгини Ольги Александровны.Надо сказать, что ее деятельность в России, в отличие от других ее родственников, чрезвычайно активна и продуктивна. Руководители благотворительного фонда Ольги Николаевны им. В.кн. Ольги Александровны, которую она основала вместе со своим покойным мужем Тихоном Николаевичем, проживавшим в Канаде. Сейчас Ольга Николаевна больше времени проводит в России, чем в Канаде. Фонд проделал огромную благотворительную работу, за годы своего существования оказал реальную помощь многим медицинским и социальным учреждениям России, Соловецкому монастырю и др.до некоторых людей, которые нуждаются в такой помощи. В последние пять лет Ольга Николаевна ведет большую культурную деятельность, мы регулярно организуем выставки произведений искусства великой княгини Ольги Александровны, много и плодотворно работавшей в живописи, в разных городах разных стран. Эта сторона истории царской семьи до недавнего времени была совершенно неизвестна. Теперь выставки произведений великой княгини проходили не только в Третьяковской галерее в Москве и Русском музее в Санкт-Петербурге, но и в таких отдаленных центрах, как Тюмень или Владивосток.Ольга Николаевна объездила почти всю Россию, ее хорошо знают во многих уголках нашей страны. Конечно, она совершенно особенный человек, буквально заряжающий энергией всех, кто имел с ней дело. Ее судьба очень интересна - ведь перед Великой Отечественной войной она училась в Донском Мариинском институте, созданном до революции в Новочеркасске по образцу знаменитого Смольного института благородных девиц, а в ссылке в сербском городе Белая Церковь.. Великолепное воспитание в русской семье первой волны переселенцев и воспитанность в связи с этим учебного заведения не могли не сказаться на самой личности Ольги Николаевны, она многое мне рассказала об этом периоде своей биографии.Она, конечно, знала Романовых старшего поколения, например, дочь великого князя Константина Константиновича, известного поэта К.Р. - княгиня Вера Константиновна, с которой у нее и Тихона Николаевича были дружеские отношения.

Каждая страница истории несет свои уроки для будущих поколений. Какой урок преподносит нам история правления Романовых?

Я считаю, что самое главное, что сделали Романовы для России, — это феномен Российской империи, великой европейской державы с великой культурой и наукой.Если знают Россию за границей (то есть Россию, а не Советский Союз), то имена людей, живших и работавших в этот период. Можно сказать, что под властью Романовых Россия стояла на равных с ведущими мировыми державами и абсолютно на равных. Это был один из самых высоких стартов нашей страны за всю историю ее многообразного существования. И Романовы сыграли в этом очень важную роль, за что мы можем их искренне поблагодарить.

Романовы — русский боярский род, возникший в 16 веке и давший начало великой династии русских царей и императоров, правившей до 1917 года.

Впервые фамилию «Романов» использовал Федор Никитич (Патриарх Филарет), назвавший себя в честь деда Романа Юрьевича и отца Никиты Романовича Захариева, считается первым Романовым

Первый царственный представитель династии — Михаил Федорович Романов, последний — Николай II Александрович Романов.

В 1856 году был утвержден герб рода Романовых с изображением грифа, держащего в руках золотую саблю и тарча, и восьми отрубленных львиных голов на берегу.

«Дом Романовых» — обозначение всех потомков различных ветвей Романовых.

С 1761 года Россией правили потомки Романовых женского пола, а со смертью Николая II и его семьи не осталось прямых наследников, претендовавших на престол. Тем не менее сегодня во всем мире существуют десятки потомков царской семьи, с разной степенью родства, и все они официально принадлежат к роду Романовых. Генеалогическое древо современных Романовых очень обширно и имеет множество ветвей.

Предыстория Романовых

Среди ученых нет единого мнения относительно происхождения рода Романовых. Сегодня распространены две версии: по одной, предки Романовых пришли на Русь из Пруссии, по другой – из Новгорода.

В XVI веке род Романовых сблизился с царем и мог претендовать на престол. Произошло это потому, что Иван Грозный женился на Анастасии Романовне Захарьиной, и вся ее семья теперь стала родней правителя. После подавления рода Рюриковичей главными претендентами на государственный престол стали Романовы (бывшие Захариевы).

В 1613 году на царство был избран один из представителей Романовых, Михаил Федорович, что положило начало долгому правлению династии Романовых в России.

Цари династии Романовых

  • Фёдор Алексеевич;
  • Иван 5;

В 1721 году Россия стала Империей и все ее правители стали императорами.

Императоры династии Романовых

Конец династии Романовых и последние Романовы

Несмотря на то, что на Руси были императрицы, Павел 1 принял указ, согласно которому русский престол мог быть передан только мальчику - прямому потомку рода.С этого момента и до конца династии в России правили только мужчины.

Последним императором был Николай 2. Во время его правления политическая ситуация в России очень накалилась. Японская война, как и Первая мировая война, значительно подорвала веру народа в государя. В результате в 1905 году, после революции, Николай подписал манифест, давший народу широкие гражданские права, но и это не помогло. В 1917 году вспыхнула новая революция, и царь был свергнут. В ночь с 16 на 17 июля 1917 г.вся королевская семья была расстреляна, в том числе пятеро детей Миколая. Были схвачены и убиты и другие родственники Николая, находившиеся в царской резиденции в Царском Селе и других местах. Выжили только те, кто был за границей.

Российский престол остался без прямого преемника и в стране сменился политический строй - свергнута монархия, разрушена империя.

Итоги царствования Романовых

При правлении династии Романовых Россия достигла своего истинного расцвета.Россия со временем перестала быть раздробленным государством, прекратились гражданские конфликты, и страна постепенно стала набирать военную и экономическую мощь, что позволяло ей отстоять собственную независимость и противостоять захватчикам.

Несмотря на трудности, которые периодически возникали в истории России, в девятнадцатом веке страна превратилась в мощную, могучую Империю с огромными территориями. В 1861 году крепостное право было полностью отменено, государство перешло к новому типу хозяйства и хозяйства.

Первым императором из династии Романовых был Петр Великий. Со смертью Петра II династия Романовых прервалась в ближайшем мужском поколении. Михаил Федорович (1596-1645), царь с 1613. Сын Федора (в монашестве Филарета) Никитича Романова. Так, по генеалогическим правилам императорская семья именуется Гольштейн-Готторп-Романовской, что отражено в фамильном гербе Романовых и гербе Российской империи.

Ее преемником стал правнук Ивана V - Иоанн VI Антонович, сын герцога Брауншвейгского, единственный представитель на российском престоле династии Мекленбург-Брауншвейг-Романов.

Таким образом, в этот период правили пять императоров, только трое из которых были Романовыми по крови. Со смертью Элизабет прервалась прямая мужская линия наследования. В 1942 году черногорский престол предложили двум представителям семьи Романовых. Существует объединение членов семьи Романовых. В годы правления Романовых российская монархия пережила бум, несколько периодов болезненных реформ и внезапный крах. Московское царство, где короновался Михаил Романов, в XVII веке присоединило к себе обширные территории Восточной Сибири и отошло к границе с Китаем.

Итоги правления Романовых

В 1917 году Николай II отрекся от престола и был арестован Временным правительством. Сегодня на право считаться местоблюстителями российского престола претендуют представители двух ветвей рода Романовых: Кирилловичи и Николаевичи.

Вступлению на престол великих Романовых предшествовало множество кровавых и ярких эпизодов. Первым известным предком Романовых был Андрей Иванович Кобыла. До начала XVI века Романовых называли Кошкиными, а затем Захарьиными-Кошкинами и Захарьинами-Юриевами.Алексей Михайлович и Федор Алексеевич правили из дома Романовых; в детстве царей Ивана V и Петра I правительницей была их сестра Софья Алексеевна.

Со смертью Елизаветы Петровны династия Романовых оборвалась по прямой женской линии. Однако фамилию Романовы носили Петр III и его жена Екатерина II, их сын Павел I и его потомки.

В 1918 году Николай Александрович Романов и члены его семьи были расстреляны в Екатеринбурге, другие Романовы погибли в 1918-1919 годах, некоторые эмигрировали

Фактически его правителем был Э.И. Бирон.Иван VI Антонович (1740-1764), император в 1740-1741 гг. Павел I Петрович (1754-1801), российский император с 1796 года. Сын Петра III и Екатерины II. Он ввел в стране военно-полицейский режим, в армии прусские порядки; ограниченные привилегии дворянства. Александр I Павлович (1777-1825), император с 1801 г. Старший сын Павла I. В начале своего царствования провел умеренные либеральные реформы, разработанные Тайным комитетом и М.М. Сперанский.

Чтобы понять, как первые Романовы завладели гордой Россией, нужно начать с самого Грозного

При Александре III в основном завершено присоединение к России Средней Азии (1885 г.) заключен русско-французский союз (1891-1893 гг.).Первым достоверным предком Романовых и многих других дворянских родов считается Андрей Кобыль, боярин московского князя Симеона Гордого. В результате дальнейших интриг наследственная линия детей Петра Великого была заморожена, а императорский престол достался дочери царя Ивана V (старшего брата Петра I) - Анне Иоанновне.

В 1920-х и 1930-х годах большая часть династии все еще рассчитывала на крах. Советская власть в России и восстановление монархии. Великая княгиня Ольга Константиновна в ноябре-декабре 1920 года была регентом Греции и участвовала в организации беженцев из России в страну.

Московское дворянство, поддержанное горожанами, предложило избрать 16-летнего Михаила Романова государем всея Руси

Все сошлось. В том числе генетическая мутация». В результате был сделан окончательный вывод: в обоих захоронениях действительно находятся останки всей царской семьи, расстрелянной в 1918 году. Например, Петр I стремился расширить территорию страны и сделать русские города более похожими на европейские, а Екатерина II всю душу вложила в продвижение идеи просвещения.

Монархия в России ликвидирована. Через полтора года последний император и вся его семья были расстреляны по решению советского правительства... Правильнее было бы разделить деятельность по внутренней и внешней политике. Хотелось бы видеть более полную информацию об Александре II и Екатерине Великой - наиболее выдающихся представителях династии. В 1605 году его тело было погребено, и ответственность за управление страной взяли на себя его сын Федор и его жена.

Во время правления династии Романовых Россия стала могущественной империей, которую уважали все страны.Иван В. Алексеевич (1666-1696), царь с 1682. Сын Алексея Михайловича от первого брака с М. И. Милославской. Каждый правитель династии Романовых уделял внимание тем вопросам, которые казались ему наиболее актуальными и важными.

.

After Siberia - Colin Thubron - электронная книга + книга

WYDAWNICTWO CZARNE SP. З О.О.

www.czarne.com.pl

СЕКРЕТАРИАТ: ул. Коллонтая 14, III этаж

38-300 Горлице, тел./факс +48 18 353 58 93

e-mail: [email protected], [email protected], [email protected], [email protected], [ email protected]

РЕДАКТОР: Wołowiec 11, 38-307 Sękowa

тел./факс +48 18 351 02 78, тел. email protected]

ОТДЕЛ ПРОДВИЖЕНИЯ: ул.Andersa 21/56, 00-159 Варшава

тел./факс +48 22 621 10 48

e-mail: [email protected], [email protected], [email protected], [email protected]

ОТДЕЛ МАРКЕТИНГА : [email protected]

ОТДЕЛ ПРОДАЖ: [email protected]

тел.: 504 564 092, 605 955 550

СОСТАВ: D2D.PL

ул. Morsztynowska 4/7, 31-029 Краков, тел.: +48 12 432 08 52

e-mail: [email protected]

Wołowiec 2012

1st edition

Название английского оригинала IN SIBERIA 9002KA

PASIERSKA / PAPIERÓWKA STUDIO

Фото на обложке © BERND SCHULER / SODAPIX / CORBIS / FOTOCHANNELS

Copyright © COLIN THUBRON, 1999.Все права защищены.

Copyright © Для польского издания от Wydawnictwo Czarne, 2011

Copyright © для польского перевода по Dorota Kozińska, 2011

Отредактировано Maria Konopka-wichroska

Коррекция Małgorzata Uzarowicz, Małgorzata

и D2D Project

Техническое редактирование Роберт Оле / D2D.PL

Composition MAGDALENA KĘDZIERSKA / D2D.PL

ISBN 978-83-7536-398-2

Преобразование в формат EPUB: Virtualo Sp.z o.o.virtualo.eu

Для Маргреты

Chapter_pierwszy_

Демоны прошлого

Человек в цепях всегда путешествовал по этим ледяным полям. Возможно, стадо северных оленей скользит дальше, или охотник отбрасывает тень на снег. Но не более того. Сибирь: занимает одну двенадцатую часть суши Земли, но не оставляет более твердого следа в сознании. Мрачная красота и неизгладимый страх.

Пустота начинает вас беспокоить. Всего несколько лет назад были открыты пять городов, рассредоточенных вдоль Транссибирской магистрали, — и то для иностранцев под наблюдением.Тем временем Сибирь спряталась в молве. Белые пространства и по сей день остаются источником фантазий и страхов. Есть место, где белые журавли танцуют на вечной мерзлоте, где великий город дрейфует, затерянный среди морских льдов, где под ледниками спят мамонты. Есть место (страшно подумать), где кошмар ГУЛАГа до сих пор тайком отстраивает ракетные шахты...

Колеса поезда жалко тянутся по Уралу - как запыхавшиеся старики. Горы кажутся слишком низкими, чтобы определить какую-либо границу, не говоря уже о разделении между Азией и Европой: небольшая груда потемневших от сосен склонов.

За моим окном частокол хвойных деревьев и берез сменяется сонными деревнями и городками над заросшими водоемами. Склоны по бокам дорожек сияют летними цветами. На заднем плане поляны скользят, как горки в волшебном фонаре: огороженные деревянные избушки и огороды, спящий на траве скот.

Сумерки наступают внезапно, как будто есть еще и разделение между светом и тьмой. Сибирь всего в нескольких километрах. Я чувствую волнение. Я выскальзываю из европейской части России прямо в то, что больше похоже на область в сознании людей, чем на землю на карте.Даже теперь, в последнюю минуту, все передо мной — все буйство времени и географии — как бы истончено, слишком холодно и слишком обширно, чтобы быть вполне правдой. Оно исходит из тьмы, как высшее, неземное Чужое. Место, из которого не вернешься.

Я выбрал их вопреки себе. Я попал под внезапный натиск бескрайних просторов запретного мира. Просторы Сибири затмили все мои путешествия по Азии. Привычные начала — то есть беглый взгляд в атлас — дразнили все больше и больше, пока эта глушь не стала казаться не столько пустой, сколько незамеченной или исчерченной невидимыми чернилами.Он начал вливать в меня свой предательский яд.

Азербайджанский торговец, который едет со мной в фургоне, ни разу не выглянул в окно. Он говорит, что Сибирь скучна и бедна. Он торгует одеждой между Москвой и Омском и продолжает постукивать пальцами по карманному калькулятору.

- Я бы там долго не задержался, - говорит он. - Все разваливается. На вашем месте я бы поехал в Китай. Китай более перспективен.

Торговец большой и лохматый, ему за тридцать, и начинается дождь.Проснувшись, он смотрит на себя в зеркало для бритья и тяжело вздыхает, словно ожидая увидеть кого-то еще.

Внезапно за окном возвышается призрачный обелиск, воздвигнутый почти двести лет назад царем Александром I. Он стоит на невысоком склоне, выбеленном огнями нашего поезда. Здесь географическое начало Сибири. На лицевой стороне пьедестала нанесена надпись «Европа», а на другой стороне - «Азия». Памятник качается позади, затем снова темнеет. И конечно же ничего не меняется.Потому что граница между Европой и Азией существует только в воображении. Между двумя континентами нет физического разделения. Возможно, древние географы на Западе (что тоже искусственное понятие) однажды решили, что здесь будет Европа, что известно, и будет Азия, которая где-то в другом месте.

Так что жду перемен, хотя знаю, что напрасно. В темноте железнодорожная траншея как будто уходит глубже, а ряд деревьев словно возвышается над ней смелее. Тут и там земля обрывается в долины, испещренные бледными огнями; в какой-то момент из вагона-ресторана я вижу горизонт, потускневший от зарева невидимого города.

Я проснулся. Азер сидит в метре от меня и храпит до урчания. Итак, я просматриваю карты, и меня захлестывают чередующиеся волны волнения и беспокойства; для утешения я продолжаю оглядываться туда, где я нахожусь. Отсюда — горы на западной стороне Екатеринбурга — Сибирь простирается почти на десять тысяч километров на восток, а мой маршрут простирается еще дальше, пересекая семь часовых поясов и треть Северного полушария. Машину трясет и урчит. Это последний раз, когда будущее кажется стройным и полным, потому что оно живет в простоте карт.Я знаю, что для того, чтобы это изменить, достаточно мелочи - поломка транспорта, вмешательство милиции, травля мафии. На мгновение, однако, взор прикасается к образу гор, связывающих юг цепью в пять тысяч километров, а затем она течет по трем крупнейшим рекам мира — Обу, Енисею и Лене, которые вытекают из границы Монголии до Северного Ледовитого океана. Каждая из них имеет бассейн больше, чем Западная Европа. Затем идет Байкал, самое глубокое и старейшее озеро в мире; река Амур, граничащая с Китаем; снежные поля на Колыме, где температура опускается до бессмысленной отметки в минус семьдесят градусов... Эти чудеса природы скользят соблазнительным и опасным маршем к Тихому океану - и вдруг расстояния становятся отчаянными и я думаю, где же мне придется остановиться .

Потому что везде русский. До того, как коммунизм поместил будущее в городской рай, Сибирь была сельской глубинкой, куда отправляли ростки преступников, сектантов, диссидентов. И все же, как это ни парадоксально, на протяжении веков он стал считаться оплотом первобытной невинности и спасения, и крестьяне искали там вход в Беловод, свою землю обетованную. Иногда поэтому критика сибирского варварства превращалась в восхваление местной свободы, а жители Сибири прославляли первопроходцев, наделенных сверхчеловеческой силой, незапятнанных гнилым упадком Европы.Сейчас, когда Москва переживает западную чуму, Сибирь превращается в полюс чистоты и чистейшей "русскости". До меня дошли слухи, что она может полностью отделиться от Западной России или распасться на несколько самостоятельных губерний. Мне было любопытно, что же заменило пошатнувшуюся коммунистическую веру.

Внизу моей карты Транссибирская магистраль висит гамаком - внутри качается что-то пресное и неважное. Возможно, меня беспокоит черепашьая скорость поезда, который движется со стабильной скоростью восемьдесят километров в час.Потому что статистика региона сейчас смотрит мне прямо в лицо, льется из-под ног. Все кажется неуловимо далеким. Даже если бы Сибирь отделилась от России, она все равно была бы самой большой страной в мире. Его площадь составляет почти тринадцать миллионов квадратных километров, что больше, чем Соединенные Штаты, Аляска и Западная Европа вместе взятые. Когда солнце восходит над Уралом, оно садится над Беринговым морем. Я боюсь, что мое путешествие исчезнет в нем.

Екатеринбург прекрасен и умиротворен, а потому извращенно эпатажен.Серьезность, хоть и скупая, но пронизывает город насквозь. Между тем Екатеринбург, основанный в 1723 году Петром Первым как горнодобывающий центр и названный в честь беспутной служанки, которую он сделал царицей, скрывает слишком бурные воспоминания, чтобы чувствовать себя беззаботно. В 1918 году последний царь и его семья были убиты в одном из местных подвалов. Во время Второй мировой войны, стремясь противостоять немцам, в городе были построены сотни заводов, которые были снесены в западной части России. Заводы по обороне и биологическому оружию процветали (и протекали) до истощения как раз перед распадом Советского Союза.

Я с опаской шел по городу. С моей поездки в Россию прошло семнадцать лет (в Сибири я еще не был), поэтому я оглядывался, как недальновидный человек, ожидая возвращения запомненных образов. Было очень тихо. Переулки открывались в мягком сиянии полного лета. Вдоль них стояли общественные здания, оштукатуренные коричневым и белым, как в Петербурге; Венгерские сочлененные лодки путешествовали от одного перекрестка к другому.

У меня закружилась голова. Я все еще ждал, что что-то произойдет.Я не мог избавиться от давнего беспокойства, даже от своей вины. Я знал, что это было из другой эпохи, времен Брежнева, когда КГБ преследовало меня по пятам в западной части Советского Союза. Мои шаги были легкими и беспомощными. Теперь же их ничего не тревожило, никто не пошел по моим стопам. Люди пошли гулять с собаками - было воскресенье. Пара мальчишеских солдат подметала листья перед казармами, экипажи, запряженные лошадьми, покрытыми опылителями, катились в обе стороны, как в девятнадцатом веке.Толпа на проспекте Ленина - главной улице города - производила сонное, анонимное впечатление: светлоглазые мужчины в спортивных штанах или джинсах, женщины в свободных платьях. Никто не смотрел на меня. Мне казалось, что я скрылся под пленкой города, одетый так же подло и небрежно, как и все — в черные штаны и серую рубашку — с остриженной головой, чтобы выглядеть как пролетарский ёжик, и с незаметным среди такого множества рюкзаком. военные сумки. Я плохо говорил по-русски и надеялся, что меня примут за эстонца.

В центре изменена половина названий улиц. Ушли из жизни бывшие любимцы большевиков - Луначарский, Куйбышев, Роза Люксембург; их место заняли поэты, писатели или вполне банальные понятия вроде Сибирской дороги. Однако всякий раз, когда я спрашивал дорогу, старые коммунистические имена застревали у прохожих на устах. На островке в центре проспекта Ленина сохранился памятник Якову Свердлову, организовавшему убийство Царя и в честь которого семьдесят лет город назывался Свердловском. Стройный и молодой, он стоит на искусственной скале.Он выглядит так, как будто он зол. Когда-то статуя прославляла силу страстной идеи; теперь, когда ее силы угасли, он казался лихорадочным студентом. Кто-то плеснул ему по ногам ведром алой краски, которая капала на скалу.

Время от времени меня пленяла внезапная вспышка цвета или вспышка роскоши. Цвет, выманенный из уличных киосков и торговых площадей, повсюду разносились некогда еретические названия: Lancôme, Levis, Procter & Gamble... Мимо меня проходили люди в американских армейских фуражках и бейсболках с надписью «Монтана» или «Чикаго Буллз».Кучки молодых женщин в мини-юбках с сонными широко расставленными глазами ступали на тонкие ивовые ножки, постукивая по тротуару туфлями на платформе. Интересно, где были их родители во времена Брежнева. Ничего подобного я не припоминаю. Баннеры партий уступили место рекламе страховых компаний («партнер, на которого можно положиться»). Трамваи украшали улицы лозунгами «Пепси» или «Всегда Кока-Кола». Потому что этот город, расположенный в богатом природными ресурсами регионе, старался не отставать от Новороссии.Его мэр был заядлым реформатором. Тела убитых местных мафиози вернулись на похороны только после дорогостоящей процедуры бальзамирования в Москве.

Я задался вопросом, был ли тот пустой коллективный взгляд двадцатилетней давности, когда прохожие не признавались в себе на улице, всего лишь плодом моего воображения. Воспоминания иллюзорны и мимолетны. Тем не менее, я был уверен, что пелена упала с лиц вокруг меня. Люди были спокойны, но больше не казались отсутствующими.Некоторые люди спорили или пели. Остальные сразу показали, что у них ничего нет. Они сидели, свесив голову на раскрытые руки, неподвижно, иногда с биркой на шее, объясняющей причины их беспризорности, начиная со слов: «Дамы и господа…». Внезапно я увидел человека, которого видел повсюду в старом Советском Союзе, — неухоженного, немолодого пьяницы. Я когда-то называл его Иваном. Его глаза были затуманены, а морщины пропитаны сомнением. Он выглядел разъяренным и более ненужным, чем я его помнил.Теперь он был безработным и время от времени приставал ко мне за деньги.

Однако моя прежняя тревога начала рассеиваться. Однажды я по привычке остановился между деревьями в парке, чтобы убедиться, что за мной никто не следит. Я заметил, что мое дыхание участилось в этой душной тишине. Через пять минут мимо меня прошла красивая женщина с толстым терьером. А потом больше никого. Я понял, что они меня больше не интересуют. Они занимались промышленным шпионажем или присоединялись к мафии. Или присоединились к Ивану.

Я снова в лабиринте улиц. Я знал, что ищу указатели. Я не мог представить Россию без судьбы. Я выслеживал проявления новой веры или идентичности, но делал это нетерпеливо, как люди, которые где-то впервые ищут талисманы, простейшие из смыслов. Сотни частных объявлений и плакатов развевались на стенах и деревьях; Я читаю их как руны. Рекламировались каникулы для похудения, курсы трансцендентальной медитации и уроки английского языка. Психологи пообещали решить проблемы с общением.Другие предложили работу. "Связаться с нами. Похудеть на тридцать килограммов. Познай свое будущее... Стань всемогущим...».

Ходил на выставку "Герои своего времени": двадцать восковых фигур, расставленных по кругу. Сократ и Леонардо да Винчи, потом Чингисхан в костюме китайского мандарина, рядом с ним липкий великан Петр Великий. Но не было ни Маркса, ни Ленина. Только балерина Плисецка, уставившаяся на свою лодыжку, рука Фредди Меркьюри с Элвисом Пресли и Арнольдом Шварценеггером, играющая мышцами рядом с Дракулой.

Теперь все казалось возможным. В моем пустом пансионе, который когда-то был пристанищем для членов партии, я спросил о знаменитой независимости края от Москвы: как будто расспрашивал об одном из постояльцев отеля.

Екатеринбург имеет свой флаг - трехцветный, желто-зелено-синий - и намерен (только что прочитал) ввести свою валюту под названием уральский франк. Но три лица за прилавком в приемной повернулись ко мне с одинаковым выражением удивления.

- Ну вот! У каждой цепи есть свой флаг, это ничего не значит! А кто видел этот уральский франк? Лица исказились в нервном смешке. - О, губернатор играет в независимость!

И они громко расхохотались.

Но одно место совершенно безлюдно. Старый район напротив кремово-бирюзовой башни Вознесенской церкви, крест которой наверняка был виден из окон царской тюрьмы. Там, где раньше был дом купца Ипатьева, только слой потрескавшегося асфальта и запущенная роща.Здание было разрушено бульдозерами в 1977 году при Брежневе — по приказу Бориса Ельцина, первого секретаря обкома, опасавшегося, что дом станет местом паломничества.

Сейчас здесь стоит остов купола будущего храма-памятника, а над купеческим подвалом, где были убиты Царь Николай 11, Государыня, их дети и последние слуги, висит белый крест. Бояться начали за две недели до расстрела, когда угрюмую охрану из штурмовой группы большевиков сменила служба безопасности.Белые войска приближались к Екатеринбургу, и в царскую семью контрабандой было доставлено письмо с обещанием помощи верным полководцам. Однако письмо оказалось поддельным. Вскоре после полуночи 17 июля задержанных разбудили, приказали одеться и спуститься в подвал. Миколай носил сына, больного гемофилией, и обнял его за шею. Анастасия держала на руках собаку.

Сегодня в обоих направлениях проходят парады паломников. Около двух человек — истеричных или одержимых — замерли под потолком.Пожилая пара раскрыла молитвенники и пела больше часа - она ​​стонущим голосом, он трагическим шепотом, крестясь дрожащими пальцами. Скорбящий армянин часто приходит сюда, вспоминая своего отца.

- Отца на Колыму отправили, маму тоже. Годы, проведенные в трудовом лагере, убили его. Сталин убил его.

Он осмотрел волнистую землю - гравий и сорняки, сложенные на запад к окну подвала, открытому прямо над землей.

- Это было преступление! Ужасно, что он страдал! – крикнул армянин.

Он связал судьбу своего отца с судьбой царя. Он признался, что приходит сюда, потому что у него в сердце сожаление.

- Меня здесь просто тошнит.

На шее у него был алый румянец. Я полагал, что этот человек хотел чувствовать себя больным. Чтобы поправиться, ему нужно было заболеть.

- Мои родители были аристократами, как и Романовы. Вот почему они их уничтожили. Теперь Россия сбросила иго коммунизма и снова будет такой, какой была раньше. Это будущее. Видишь ли, все возвращается.

Семья ждет, как будто они позируют для фотографии.Царица, страдающая ишиасом, сидит рядом со своим тринадцатилетним сыном. Остальные стоят — царь впереди, четыре царя в первом ряду, врач и три слуги сзади. Подвал чуть больше квадратного метра. Расстрельная команда, вооруженная тяжелыми револьверами, была набита в три ряда в дверном проеме — так близко, что порох обжигал запястья. Царь умирает сразу, царица и ее старшая дочь не успеют скреститься. Сферы рикошетят от бриллиантов, вшитых в корсеты трех младших царевен, что на мгновение создает впечатление, будто судьба наделила их каким-то жутким бессмертием.Охваченные паникой охранники опустошают целые магазины, а затем закалывают и забивают до смерти любого, кто еще подает признаки жизни. Когда опустится дым, обнаружится царевич, цепляющийся за рубашку отца; одна из цариц, вытащенная из подвала на простыне, вдруг проснется и завопит. Возможно, он думает, что она проснулась от кошмара. Ее убьют штыками.

Тишина этого пустого пространства — тишина принудительного забвения. Согласно коммунистической пропаганде, царь - из кровожадного тирана - без всяких правил был разжалован в чин простака.А потом оно исчезло из истории. Теперь, в вакууме снесенного дома Ипатьева, судьба царя потеряла свой политический контекст и превратилась в личную трагедию мягкого и упрямого человека, его неумолимой жены и детей, спрятанных под тенью.

Некоторое время я ходил в этой печали. Три грядки бархатцев и марцинас сливались в красочное пятно. Подъехал туристический автобус, но из него вышла только молодая женщина. Она на цыпочках прошла по гравию и протянула мне свою камеру.

- Сфотографируешь меня?

Я думал, она сейчас улыбнется, а она тем временем откинула свои длинные волосы назад на плечи и опустилась на колени на асфальт под белым крестом.Повернувшись ко мне в профиль, она помолилась и на несколько минут попрощалась. Мне было интересно, сколько раз нажимать кнопку спуска затвора.

- Спасибо, спасибо - Она взяла камеру и взяла меня за руку. - Ольга.

Так звали старшую дочь царя. Может быть, она молилась за нее?

- Я Колин.

- Колин, Санта! - Русские любят сопоставлять уменьшительные формы с исходной формой. Она рассеянно улыбнулась мне и огляделась. - Смотри, просто смотри.

- Снесен.

- И это по приказу нашего руководителя - она ​​не упомянула Ельцина из страха или отвращения.

- Но сейчас все изменилось - не знаю почему, я пытался ее подбодрить. - На этом месте будет построен православный храм, царская семья будет причислена к лику святых. - Я был убежден, что канонизация - лишь вопрос времени.

- Они уже святые! — объявила она с гневным пылом. - Они ведут святых Церкви Христовой! В ее певучем голосе звучала горячая уверенность.- Только здесь, в России, мы не хотим этого признавать. Зарубежная Православная Церковь их давно канонизировала. В чужой стране Богоматерь их уже забрала на небеса!

Я неуверенно кивнул. Откуда она это знает?

- Не только Николай и его Царица, но и вся его семья; она взяла на небо Алексея, Ольгу, Татьяну... и тех, и доктора Боткина, и слуг, которые погибли за то, что сочувствовали им!

- Ваш патриарх в Москве.

- Я ничего не знаю ни о каком патриархе.Я не знаю его. Я слышал, что кто-то даже опознал кости, но точно не знаю.

Она подняла глаза к небу. Ее не волновали бренные останки. Семья жила на небесах по ее желанию.

- В церкви, куда я хожу, Богоматерь сказала святому Иоанну Крестителю, что это ее любимые дети, что мы отдадим их на ее суд. Ольга тоже: она меня оберегает и молится за меня.

Я с сомнением подумал о робкой, капризной Ольге, но женщина поспешно продолжила свою речь, описывая небо до мельчайших подробностей.Иоанн Креститель, Царь, Ольга. Дева Мария. Небесные тронные залы и залы наполнились, как интерьеры Зимнего дворца: толпой любимцев и льстецов. Поющий голос был полон энергии. Она дважды назвала меня Сантой, что меня приятно пощекотало.

- Теперь все живут при дворе Богородицы и воздают ей свои молитвы.

На краю опустошенного участка воздвигнута крохотная часовня в честь благочестивой Елизаветы, любимой сестры царицы, которая приняла мученическую смерть, заживо брошенная в шахту.Много лет назад Елизавета очаровала французского посла красотой и невинным достоинством. После того, как ее муж, великий князь Сергий, был убит бомбой во время неудавшейся революции 1905 года, она основала общину, монахини которой ухаживали за умирающими и руководили приютом. Теперь она была святой.

Мы вошли в святилище под гонтовым куполом с парящим крестом; интерьер был освещен пламенем вотивных свечей. Ольга молилась перед иконой святой Елизаветы, парящей во славе над шахтным стволом.

- Сегодня мы пытаемся восстановить эту часть нашей истории, - сказала она. - Мы жили в темной долине много лет. Двадцать миллионов погибли в прошлой войне, еще сорок миллионов отнял у нас Сталин. И ничего не вернул! Только в 1991 году Богоматерь открыла нам правду, которую коммунисты скрывали восемьдесят лет.

Она смотрела сквозь меня сияющими невидящими глазами, словно заменяя советский миф своим собственным. Через несколько мгновений нас поразила новенькая икона царской семьи, окруженная ореолом мерцающих огней: они уже были причислены к лику святых.Ольга дрожащими руками поставила свечу и позвонила:

- Вот они!

Ее поцелуи мягко прокатывались по окрашенному краю халата и тапочкам на ногах. Я зачарованно смотрел на картину. Фигурам были приданы вытянутые формы и придворные одежды византийских святых; в тонких руках они держали белые кресты. Подаренные в венцах и нимбе, они казались иконой в печальном предчувствии скорого конца. У них были лица с такими же чертами лица, как и в инцест-клане, и все они были залиты одним и тем же янтарным светом.Исчезла или застыла вся сохранившаяся в памяти жизненная сила картин - изъяны и настроения реальной жизни. Культ святых расходится с мирским царством. Даже семена царской индивидуальности - властная красота Татьяны, сорванцовая неуклюжесть Анастасии - утонули в тумане святости.

- Скоро будет воскресение Церкви, Николай, - сказала Ольга.

- Вы имеете в виду нового царя? - Я не мог себе этого представить. Двумя годами ранее, когда претендент на престол посетил Россию с матерью, его встретили с испугом и со всеми мерами безопасности.

- Нет, я не про Царя - даже Ольга возмутилась - только небесное единство. Церковь на Земле соединится с Церковью на Небесах! Скоро, Скоро! Ее голос снова приобрел гипнотическую мелодию. - Свет для будущего человечества!

- Когда? — спросил я безучастно.

- Хоть мигом! Потому что теперь Богородица хочет поднять Россию вверх. Наша страна стремительно идет к свету! Возможно, дорога ведет через отчаяние. И тогда откроется сердце России! Новая, святая Россия!

Старая православная концепция страдания, которая расцветает в нравственном целомудрии.Из мучений истории — и даже из ежедневных чеховских разочарований — должен родиться целый новый мир. Печаль и усталость имели смысл. Страдание становилось опасно легко принять. Как будто Время могло быть излечено таким образом.

В ночь убийства труп увезли в лес за тридцать километров от города. Там их раздели догола — с корсетов девушек посыпались драгоценные камни — и бросили в затопленную шахту. На следующий вечер их снова раскопали — тела двух человек тщательно сожгли, остальных жертв столкнули в неглубокую могилу и облили кислотой.Через неделю Белая армия вошла в Екатеринбург.

Белые нашли осиротевшего спаниеля, бродившего полуживым по саду Ипатьева. Собака принадлежала цесаревичу. Они также оказались в шахтах, но не нашли тел; остались только искусственная челюсть доктора, палец царицы и медальоны с изображением Распутина, которые цари носили на шее.

Тело из наскоро устроенной могилы не было полностью эксгумировано до 1991 года. Судебно-медицинский эксперт Минздрава России собрал скелеты, личность которых подтверждена на основании исследований подагры, собранных у живых родственников.Тела Алексия и третьей дочери Марии отсутствовали.

Останки долго лежали на жестяном столе морга Екатеринбурга. Позже им было дано скромное захоронение в царской усыпальнице в Санкт-Петербурге. Церемония разделила государство и Церковь, и даже наследников Романовых. Во время церемонии имена усопших не назывались, поскольку иерархи в знак уступки Русской Православной Церкви за границей отказались признать подлинность останков. Дело о канонизации превратилось в церковно-политическое минное поле.Теперь живым покоя не будет.

За несуществующим домом Ипатьева чаща давно одичавших деревьев и кустарников. Здесь под бдительным оком стражи Николай вынес Цесаревича на улицу, усадил на стул и отправился с дочерьми на получасовую прогулку в сад. В эти последние недели запах цветов из окрестных садов стал почти невыносимым, писал царь.

Тропа вела среди деревьев - она ​​больше походила на звериную тропу, чем на протоптанную людьми.Я медленно пошел по ней и пришел к сломанной лестнице, из которой кто-то сделал мостик в кучу мусора. Моя нога попала в провода и бутылки. Насколько мне известно, здесь были замусорены остатки купеческого дома, большая часть которых оказалась на городской свалке. Однако в этом месте можно было ощутить жуткую ауру чьего-то присутствия. У кого-то вокруг деревьев стояли гирлянды хозяйственных сумок — их было двадцать или тридцать — порванных или сгнивших. Они свисали с ветвей, как дохлые летучие мыши. В бункере свалки мусор обрел прежнее назначение: сломанная плита с обломанными кастрюлями, сырой диван в комплекте со сломанным стулом, пара гниющих ботинок.И огонь горит неровно.

Сначала я подумал, что это детская игровая площадка, но потом кто-то сверху заорал:

- Иди нахуй отсюда!

Он выглядел неприметным, старым и кривым. Он шатался от слабости или переизбытка алкоголя, чуть не упал мне в ноги с деревьев, потом восстановил равновесие. Черты его лица терялись в спутанных седых волосах. Он выпрямился и внезапно открыл глаза.

- О, это ты! Я думал, что это один из тех клерков. Но это ты, его голос как будто смягчился, и он начал тарабарщину, когда был пьян.- Ты вернулся.

Мой вежливый ответ эхом отозвался на свалке:

- Мы раньше не встречались.

Он не хотел меня слушать.

- Садись!.. Не сюда, здесь мокро... Подложи себе тряпку.

Я присела на стул, а он на диване. Влага уже начала просачиваться через штаны. Всю ночь шел дождь и гремел гром; рядом с ним были остатки упавшей хижины из брезента и веток.

- Вода проникла повсюду. Он залил огонь, когда ты ушел, и я не мог спать.Он снова сосредоточил на мне свои черные глаза и понял, что не знает меня. — Я знал, что этот ублюдок не вернется, — он уткнулся носом в руки. - Я тоже уеду в сентябре. Ужасно здесь зимой. Мороз не отпускает. Если я могу посоветовать вам, осенью вы должны отправиться на юг. Он указал на меня пальцем. - Я поеду в Ростов, на Черное море.

- Один?

- Да - принял. - Ты тоже один?

- Вот так получилось.

- Жена и сын в Архангельске.Мы… это она. - Он спустился по личным делам. И тут он задал мне торжественный вопрос: - Хочешь ужинать?

Вот мы и сидели — он на пружинах, торчащих из дивана, я — в трехногом кресле, — а над огнем в ржавой миске кипела картошка. Вокруг нас было море лома и тряпья, разбитая мебель, выпотрошенные машины и горшки. Мы узнали о себе разные вещи. Он нашел банку с зеленым горошком и осторожно выковырял содержимое вилкой. Я дал ему несколько английских конфет.В какой-то момент он постучал для меня по обтрепанной подушке, полез в коробку с промокшими журналами и протянул мне номер «Православных новостей» десятилетней давности. Мы выпивали друг за друга два раза, но вполне официально.

Я спросил его о семье и работе. Он выглядел ужасно старым, поэтому я решил, что все это давно назрело. Он ответил шифром из полуправды и красноречивых предложений. Под слоем грубой тишины в нем сохранились остатки городской элегантности. Время от времени он делал долгие гортанные возгласы, которые, казалось, успокаивали его и возвращали ему равновесие.

- Должно быть, я совершила какие-то преступления во время брака, я так думаю. И теперь Бог живет с ней… одна. Он тыкал в картошку, тихо бормоча э-э-э-э. - И это так. Мы оба одиноки. В его голосе не было ни сожаления, ни удовлетворения: одиночество было просто фактом жизни, возможно, даже одним из правил, которым она управляла.

- Вы к этому привыкли? - Я спросил.

Он бездумно огляделся.

- Отец погиб на войне, я не успел с ним познакомиться.Моя мать погибла в результате несчастного случая на заводе, когда мне было тринадцать. На него упал высоковольтный кабель. Моя сестра вырастила меня. Она давно умерла: она сидела со мной, как я теперь с вами, и умерла. Это было в 1958 году, мне тогда было девятнадцать. Ошибся.

В шоке я понял, что он моего возраста. Мгновение я смотрела на его лицо, потом на его покрытые шрамами руки — с грязными, ободранными ногтями — потом снова на его лицо, только для того, чтобы в мгновение ока различить собственную смертность в этой спутанной жиже волос.Я смутился. Из стерни жнивья виднелись шаткие обломки человека. Голос у него, однако, был сильный, и морщины, расходившиеся по его щекам, казалось, не раз меняли направление, придавая глазам веселое, даже слегка презрительное выражение.

- Сколько лет вы в походах?

«Тридцать четыре», — ответил он без колебаний. - Я начинал в лихие времена, при Хрущеве.

- Но все равно было лучше, чем раньше.

- Нет, не было. При Сталине было лучше! Я видел его дачу на Черном море, где он сидел на террасе в полевой форме и курил трубку! Он вытянулся на диване и согнул свою дешевую сигарету в трубку.«Этот человек никогда не оскорблял свой народ!» Это ложь, что он превратил жизнь русских в ад. При Сталине заключенным жилось лучше, чем сейчас людям на свободе. Да и тюрьмы сегодня переполнены. Можно получить срок ни за что. - Он тыкал большим пальцем попеременно то в себя, то в меня. - Ты украдешь мою сумку и отправишься в тюрьму! На пять лет!.. Э-э-э. Я украду чью-нибудь сумку и к маме!

- Ты украл? - Я услышал собственный голос.

— Да, — продолжил он тем же тоном. - Я убежал с чужой сумкой.Я получил пять лет. Наименьшее возможное предложение, я мог бы получить десять.

Я невольно посмотрел на деревья. Поднялся ветер. Он дергал гнилые мешки на ветках, шуршал среди развевающихся над свалкой бумаг.

- Теперь у тебя есть столько, сколько ты хочешь? - Я спросил.

- Ты это имеешь в виду? О, да. Однако он сделал паузу, как будто задаваясь вопросом, почему он поместил их туда. Через некоторое время он сказал: «В этой тюрьме были многоместные камеры». Я сидел с насильниками и убийцами. Но были и те, кто ничего не делал.Он вытер зазубренную тарелку тряпкой и выудил две картофелины вилкой. - Все было как дома.

- Как твой дом?

- Негде было спать и что есть. Там было лучше. Внезапно он почувствовал себя подавленным. - Мы могли бы посмотреть телевизор. А здесь ничего нет. Здесь нужно искать еду.

- Вы смотрели телевизор в тюрьме?

- Иногда даже всю ночь. В лагере. Меня перевели в лагерь; сначала я работал на токарном станке, потом на металлическом прессе. Тогда я был в пути.Я смотрел телевизор людей через окна. Иногда мне приходилось работать, чтобы выжить. Но быть постоянно в движении — это просто нечто! Средняя Азия, Латвия, Украина. Я был везде. Но годы летят, и ноги начинают отекать.

Меня поразило, насколько наивным был первый. То есть уже в брежневское время вела цыганская жизнь, она бродила вне досягаемости чиновников, мигрировала в ритме времен года, своими путями и методами.

Он налил мне стакан водки.

- Кто-то писал, что путешествие по России напоминает посещение страны чудес.Совсем как во времена Тургенева! Я добрался до мест, где не было даже тракторов. Это были дни столетней давности. Люди жили просто, собирали грибы и ягоды.

Водка указала ему путь в рай, в идиллическое лето, которого никогда не было. Он снова налил мне стакан.

- За Тургенева! Он, пошатываясь, поднялся на ноги и перебрался через кучу мусора, чтобы порыться в развалинах лачуги, сделанной из жердей и брезента. Наконец он вырвал букет георгинов и подарил мне цветы.

- Где ты это взял?

Он пытался не видеть меня.

- Ну люди растут... а потом... приносят.

Я знал, что он свистнул из-под памятного креста.

Паломники часто оставляли там цветы. Сам он рассказывал, что по выходным молодожены складывают целые букеты, иногда даже распивают водку. Он украл цветы под покровом ночи, притаившись, как ангел судного дня.

- Вот, сказал, бери. Поставь их в своей комнате. - Он бросил цветы мне на грудь.

- Они должны были быть для царской семьи, - оцепенело ответил я.

Он подмигнул мне.

- Для семьи… их всех расстреляли, да? Он посмотрел на георгины так, словно они превратились в пепел. Он был уже очень пьян. - Они не должны были этого делать, ублюдки. Дети - цветок жизни! Он упорно давил мне букет. - Когда меня спрашивают, был ли царь хорошим человеком, я всегда говорю да, потому что он дал людям еду! Царь был великим человеком.

Водка закрыл глаза и почувствовал благодарность за все. Царь был не ровня Сталину, но стал благодетелем бедняков и бродяг.Ему все еще приносили георгины. Когда я встал, чтобы уйти, отшельник упал спиной к дивану — его борода и сигарета указывали в небо.

Мне было интересно, что ему оставить. Я привез из Англии несколько сувенирных брелоков и два солнечных калькулятора. Но этому человеку нечего было добавить или закрыть. Я положил немного денег ему на голову и пошел обратно через деревья. Через мгновение его голос эхом отозвался:

"Ты придешь завтра?" Я устрою приличный огонь! Ты придешь?

Крики эхом разносились по замусоренной земле.

- Дай Бог Вам здоровья! Хорошее здоровье!

Я пытался понять его присутствие здесь, чтобы поверить, что это не случайно. Все, что я слышал, было бездушное чириканье воробьев между мешками на ветвях, и я представил звук других шагов, доносившихся из кустов, восемьдесят лет назад.

Толпы посетителей Всемирной выставки в Париже 1900 года могли добраться до Русского павильона с изящной копией поезда, идущего по маршруту недостроенной Транссибирской магистрали.В каждом отделении для тапочек была мраморная ванная с фарфоровой ванной. Гостиные, оформленные в стиле Людовика XVI или в стиле ампир, соседствовали с курительными в китайском или мавританском стиле. Пока в вагоне-ресторане владеющие несколькими языками официанты разносили икру и борщ, за окнами медленно перемещалась диорама Сибири, написанная художниками-декораторами Парижской оперы, создавая иллюзию уединенных деревень в древнем лесу.

Большая часть этих предметов роскоши не выходила за рамки планирования. Парикмахерская из платана и система охлаждения воздуха с использованием ледяной комнаты сохранились только в памяти парижан.Сообщения от путешественников множились, что еда была плохой и раздавалась ленивыми официантами, как будто из милости, и что единственная ванна находится в багажном вагоне и используется для хранения мяса. Однако роскошные вагоны были полны роскоши и в течение четырнадцати лет после того, как в 1891 году была построена первая линия, они грохотали по путям до самого Тихого океана. Проходя почти девять тысяч километров между Уралом и Владивостоком, Транссибирская магистраль была самой длинной в мире.

Среди этих знаменитых поездов, везущих бесценный груз торговцев, дипломатов и авантюристов, другие, более важные, пути прошли почти незамеченными.Верёвки скотовозов, тянущихся примитивными паровозами на дровах, ползли через Урал и дальше в степи. В них орда перекочевывающих крестьян - забита на трех ярусах стеллажей или забита в вагоны, отмеченные знаком "40 человек или 8 лошадей". Некоторые из них превратились в передвижные фермы - когда в их путь двигались целые семьи в трех поколениях, вместе со скотом, птицей и взбесившимися собаками, облитыми до брюха экскрементами. Те немногие иностранцы, которые замечали этих людей, потом рассказывали о бледном, вшивом жире, закутанном в грязные овчины, и о экипажах, полных одиноких мужчин, голых и полудиких.

Этот внезапный наплыв странников на пороге Первой мировой войны стал кульминацией начавшегося за триста лет до этого похода на восток, которому Сибирь обязана этой чертой индивидуальности. Вслед за шайками казаков шестнадцатого века, торговавших «мягким золотом», то есть пушниной, шли будущие земледельцы и охотники, бродяги и еретики, почувствовавшие угрозу или стеснение в европейской части России. Честолюбивые и неутомимые крестьяне — иногда поощряемые, иногда сдерживаемые — устремлялись в эту бескрайнюю землю, чтобы поселиться там.Многие бежали от крепостной зависимости, другие ушли в ссылку, но в целом большинство покинуло угнетенные, иногда голодные районы на западе в поисках земли для обработки. В 1861 году, после отмены крепостного права, узкий ручей превратился в стремительный. Они продвигались на восток в течение нескольких месяцев, идя с тележками, доверху набитыми бытовой техникой и личными сувенирами. Многие погибли в пути. Железная дорога облегчила их переправу только в конце века, неся такую ​​мощную волну миграции крестьянской бедноты, что население Сибири удвоилось менее чем за двадцать лет и достигло десяти миллионов.

Так регион стал русским Диким Востоком. Он родился из оптимизма и несогласия. Власть помещичьего дворянства и православной церкви ослабла на этом огромном пространстве, из которого пришелец вырезал столько государства, сколько ему было нужно — иногда при поддержке царя — и правил в нем сам. Крепостное право здесь было запрещено. Как мы читаем в рассказе путешественника, единственный помещик, пытавшийся внедрить его силой, был тут же убит. «Бог высок, а царь далеко», — говаривали жители Сибири, родная аристократия которых состояла не из присланных из Петербурга продажных бюрократов, презрительно именуемых «писаками», а только из местных, простых, задолжавших все исключительно себе, иногда чрезвычайно богатым купцам-авантюристам.

Сибиряки обрели свободу через одиночество. Они были жесткими реалистами, за равноправие, щедрыми и независимыми людьми — совсем как американские первопроходцы, которых тоже сопровождал подобный миф. Они славились безудержным обжорством и чудовищным пьянством, а те, кому удавалось подзаработать, могли пройти через самоубийственную череду алкогольного разврата, оказавшись нищими, убийцами или их жертвами. Общество было более гибким, чем на Западе, и действительно опасным.Сибирь всегда была помойкой для изгоев, насквозь пропитанной жизненной культурой изгнанников — от салонных львов с темным прошлым до банд беглецов, притаившихся с проволочной петлей для путешественников.

Так выглядела цветущая Сибирь в начале ХХ века, мощь которой вскоре должна была ослабнуть под влиянием все более жестоких социальных сдвигов и массовых депортаций. Эта грубая демократия, предупредил премьер-министр Столыпин в 1910 году, однажды может переместиться на запад и уничтожить всех.

Следую на восток в Тюмень; более дешевые вагоны Транссиба - открытые кушетки со сложенными койками в коридоре - напоминают мне о хаосе моих прошлых путешествий. Поезд едет по исключительно широким путям, вагоны высокие и шаткие, как корабельные каюты. Вместо того, чтобы раскачиваться, они подпрыгивают в мягком, сонном ритме, оставляя путешественников в беспорядочной апатии. Сибиряки могут поселиться где угодно. Их одежда свисает со всех крючков и распорок.Их еда засоряет столы беспорядочной смесью консервированных компотов, вяленой рыбы и чая.

Лежу, как заблудший скиталец, на своей койке, в коридоре под потолком, смотрю в грязное окно. Уральские горы сползают позади нас в лесистую тень, лежащую низко за горизонтом, бестелесную. Дождь идет как туман. Западно-Сибирская низменность медленно окружает нас водными просторами, дремлющими здесь — между Арктикой и Средней Азией — со времен последнего ледникового периода. Первые жители Сибири считали, что Бог забыл об этом лоскутном одеяле из земли и воды на полпути Творения.

Но под ним самые богатые месторождения нефти в мире.

Сижу на берегу Туры, впадающей в бассейн Обу, и думаю о погибшем здесь Георге Стеллере. Деревянные особняки и церкви Тюмени — старейшего города Сибири, основанного в 1586 году казаками, — толкают меня в параде домашней суеты. Под мостом можно увидеть несколько рыбаков, а внизу наклонная глыба грубого камня поддерживает излучину реки, где течение прогрызло землю и поглотило могилу Стеллера.

Этот немецкий натуралист, недооцененный при жизни, был одним из самых талантливых вундеркиндов, которых воспитала Сибирь.Перед смертью — одинокий фанатик, измученный годами арктических путешествий на службе в русском флоте, — он открыл и классифицировал множество видов растений и невероятное разнообразие млекопитающих, птиц и рыб. Описанный им очковый баклан — неуклюжая фрикаделька с бесполезными крыльями — является вымершим видом, а загадочного морского ворона не видел никто, кроме Стеллера. Однако до сих пор живы гривистые морские львы, биргини, красивая синеголовая голубая сойка и терпуг Стеллера — мерцающая рыба из отряда скорпен.Гигантский орлан-белохвост с белыми надкрыльями, самый крупный из видов орланов-белохвостов, также не вымер. Но белоплечая морская обезьяна, которая парила вертикально над поверхностью воды, наблюдая в лунном свете за командой корабля через Берингово море, могла быть молодым самцом морского льва или каким-то другим до сих пор неизвестным животным.

В 1741 году во время великой экспедиции Беринга в Северную Америку Стеллер стал первым белым человеком, ступившим на Аляску. Вскоре после этого, когда половина экипажа умерла от цинги, а сам Беринг был погребен в промерзшей земле, Стеллер приступил к постройке лодки из выброшенного на берег дерева и записи на аккуратной латыни наблюдения за колонией животных, которых мы теперь знаем как морских коров.Эти крупные млекопитающие имели общего предка со слонами и были близкими родственниками дюгоней и других русалок. Но сохранились они лишь в дотошных описаниях Стеллера — охотники истребили их к исходу тридцати лет. Морские коровы, погруженные в водоросли, паслись прямо над морским дном, как крупный рогатый скот, сонливо отталкиваясь друг от друга передними конечностями, снабженными рудиментарными копытами. Жадность притупила их бдительность: иногда Стеллеру удавалось их даже погладить. Они были более десяти метров в длину и весили более четырех тонн, демонстрируя трогательное сходство с человеком.Во время совокупления, писал Стеллер, они обнимали друг друга, как люди, а когда изголодавшиеся члены экипажа ударяли одного из них гарпуном, остальные бросались ей на помощь, пытаясь пережевать веревку или вырвать крюк из тела хвостом.

Стеллер не дожил до славы, хотя пережившие его анатомические анализы увековечили его имя. Измученный исками обиженных им чиновников, преследуемый разъяренной женой, оставленной им в Петербурге, пристрастившийся к алкоголю, он умер в Тюмени в возрасте тридцати семи лет и был похоронен на скале у реки.Разбойники, однако, вытащили его из могилы и бросили тело волкам. Через несколько дней местные жители снова похоронили его под скалой. С годами река, прогрызая берег под моими ногами, прорвала могилу и унесла ее в Северный Ледовитый океан, где морские коровы уже вымерли.

Поймал попутку в село Покровское, менее ста километров на северо-восток. Водитель грузовика впервые в жизни увидел англичанина, поэтому прокричал что-то добродушное про Биг Бен и Шерлока Холмса.Хотя Покровское и было родиной Распутина, село казалось безлюдным. Главная улица — колея из колеи — тянулась шрамом между хижинами, утопающими в запущенных садах. Я догадывался, что встречу подобное зрелище в половине пройденных мною сел: бесформенные скопления изб, словно вытряхнутые из давящей пустоты и разбросанные по степи. У меня было ощущение, что еще одна буря сметет их с лица земли.

Водитель был здесь раньше и клялся, что в деревне живет родственник Распутина.Но вокруг не было ни души, если не считать нескольких старушек, стратегически усевшихся на скамейках на перекрестках. На вопрос о человеке, похожем на Распутина, махали в разные стороны — пока мы не встали перед разрушенным домом с закрытыми ставнями. Изнутри раздался крик:

- Виктор!

Возможно, кто-то предупредил его о нашем приезде, потому что он уже немного оделся. Когда он рванулся к нам через огород, даже водитель отшатнулся от впечатления.Я был потрясен: все фотографии Распутина, которые я знаю, ожили в его лице. Он был похож на призрачную сущность царского фаворита. Он был одет в старомодный крестьянский кафтан, завязанный вокруг талии, и сапоги с широкими голенищами, и черная борода в беспорядке спускалась по его груди. Он намеренно устроил для нас шоу. Сальные пряди доходили до плеч, расчесывались и разделялись пробором посередине головы. Запоминающееся лицо, обрамленное волосами, как черный ореол, с выдающимся носом и бледными глазами, смотревшими на нас с каким-то наивным лукавством.

- Так вы его внук? — спросил водитель.

- Официально родственников не осталось. А моя прабабушка была прислугой у Распутина. Помогала дома. В его мелодичном голосе был намек на цинизм. - Должно быть, она согрешила вместе с ним. Он коснулся своих волос и бороды. Грех Распутина стал его гордостью. - Вот почему я так выгляжу.

Он взял меня за руку с той же смущающей фамильярностью, которой был известен его предполагаемый прадед, и спросил, что он может сделать для него.

- Я ищу жилье - автоматически ответил я.

Я мысленно лишил это лицо его характерных признаков — подбородка, причудливо уложенных прядей волос — и все же увидел в нем удивительное сходство с лицом Распутина. Мужчина излучал типичные для его кумира распущенность и хитрость, которые он, вероятно, лелеял в себе, а также свою знаменитую неуловимую нежность. Однако в нем не было ничего властного.

У меня сложилось впечатление, что соседи его избегают. Водитель оставил меня в покое. Виктор жил со своей сестрой и зятем, потому что его собственный дом рухнул.Когда он пошел спросить, могу ли я остаться у них на одну ночь, я увидел разъяренного мужика, стоявшего на коленях по пояс в капусте среди ограды, и его ожесточенную жену. Мольбы Виктора вдруг прозвучали как хныканье — шурин резко оборвал их и велел ему отъебаться.

Виктор вернулся с улыбкой и обратился к трем старушкам, сидящим под успокаивающим солнечным светом. Я стоял рядом с ними, как будто они торговались за меня на рынке. Пресловутый русский младенец: коренастый, непоколебимый, как дерево, в цветочных фартуках и войлочных тапочках.Они посмотрели на меня недоверчиво. Один из них повернул ко мне гладкое детское лицо и сказал:

- Я боюсь мужчин!

Остальные расхохотались, и она пригласила меня к себе.

Но Виктор пока не собирался сдаваться. Он показал мне деревню, воспользовавшись престижем знакомства с иностранцем. Пыльная дорога протянулась под нашими ногами на двадцать метров — изрытая колеями пустота, несоразмерно большая этой горстке разбросанных лачуг.Грязные аллеи расходились от главного протока, а река Тура петляла по лугам внизу. В вечерней тишине несколько крестьян вышли за город, остальные суетились в своих огородах. Они выглядели отчаянно бедными: истощенные мужчины с седыми волосами и усталыми, отвратительно безобразными лицами, тяжелые и неумолимые женщины. Они не хотели признаваться в своем знакомстве с Виктором или вовсе не признавались. Наполовину насмехаясь, наполовину похищая личность Распутина, Виктор, казалось, взял на себя извечную роль деревенского юродива, который играл с Богом и притворялся дураком.Соседи не чувствовали себя комфортно с ним. Во времена Распутина деревня была шумнее, чем сейчас: летом река кипела жизнью, люди жили хорошо.

— Когда-то здесь было много Распутиных, — сказал Виктор. - Тридцать три семьи. Но они исчезли в начале коллективизации, в 1929 году, знаете ли, они были богатые, кулаки, и они шли конвоем в ссылку. Или они умерли. Некоторые Распутины до сих пор живут на севере… но их настоящих родственников уже нет. Время от времени он сжимал мою руку и останавливался, дыша теплым дыханием мне в лицо.С гладкой улыбкой он попытался дать мне понять, что остался один. - Видишь этот холм? Раньше там была православная церковь, самое высокое здание в селе. Его снесли после войны. Мурарка был настолько аккуратен, что на это у них ушло более трех месяцев. Вот где Распутин хотел петь.

Его голос превратился в мягкий, проникновенный бас:

Мы увидели истинный свет, Мы получили Дух с небес.

.90 000 Сложное расследование на момент совершения преступления 90 001

Волынь. 1943. Павел возвращается на родину, где поляки больше не чувствуют себя в безопасности. Он узнает об этом сам, прежде чем сойдет с поезда. На месте его ждет необычное предложение от немецкого офицера. Буйницкий многое пережил и многое повидал. Однако на этот раз ему придется провести тройное расследование. Он будет искать женщину, товары, украденные Третьим рейхом и убийцу одного из членов польской самообороны.Все это в аду волынской бойни.

Артур Баневич - автор хорошо принятого романа о приключениях Павла Буйницкого "Печь дня со свастикой" еще раз доказывает, что он мастер сенсационных преступлений и что в его книгах нет ничего очевидного. Волынский гамбит держит в напряжении от первой до последней страницы.

Совместно с издательством «Знак» мы подготовили для вас три экземпляра книги «Волынский гамбит». Чтобы получить один из них, вам нужно всего лишь ответить на вопрос конкурса.Перед этим рекомендуем прочитать отрывок из книги.

ВЫДЕРЖКА КНИГИ:

"Дворняжка, охранявшая желтый дом, оказалась менее глупой, чем думал Павел, и когда они вошли во двор, он замолчал. порог или мысль.

- Мужа нет. На работе.

- Миссис Новицкая?

- Его здесь нет. Приходите сегодня вечером.Он на работе.

`Сильный восточный акцент. Типично для волынян, но не обязательно для переселенцев из Романова.

- Но мы больше к вам. Можешь ненадолго?

- Я там ничего не покупаю. У меня нет денег. Для wi ...

- Ваша собака любит лаять на незнакомцев. Я хочу знать, лаял ли он в среду вечером. И в какие времена.

- Ночью? Я ночью сплю.

- Но он очень громко лает.

- Он меня не будит.Может быть, муж. Но это не так.

- Я знаю: на работе. У тебя есть корова? Женщине этот вопрос очень не понравился. Она тут же распахнула дверь пошире, готовая бежать и защищать ее.

- А корова? - Наконец она вспомнила, что знала Зажечного. - Что ты идешь от соседей?

- Коровы доятся рано утром. - Они не сошлись в вопросах, но бывший руководитель, вероятно, догадался, о чем бывший комиссар. — Ты мог проснуться к рассвету.

- я там ничего не знаю.

- Пани Новицкая - эстафету принял Павел - муж был в суде, когда там был убит мужчина. Если ночью или утром здесь шли незнакомцы, мы будем искать незнакомцев. А если нет, то надо смотреть на мужа. Потому что подозреваемый.

- Мой?! И какое ему дело до Купера?! Мы здесь новички, никого не знаем! Какой-то браконьер зарезал его!

- Новые? Сколько?

- Мы спускались в феврале. Но что вы спрашиваете о нас? Мы не какие-то бандиты! Мы еле спаслись от грабителей!

- Вы живете со своей семьей? Может быть, они что-то слышали?

- Владельцы арестованы немцами - Михал Новицка сдал.- Семья Новицких переехала сюда как родственники.

- У вас есть дети? Может быть, они слышали что-то в ту ночь? Женщина покачала головой. - Не слышали или...?

— У нас нет, — сердито сказала она. Потом она внезапно захлопнула дверь. Павел немного поколебался, но, наконец, развернулся и направился к воротам.

- Она нервничает, - начал объяснять Михал. - Они из Рокитно, со старой границы. Кого-то убили там, в их деревне. Они вбежали сюда, и пожалуйста.Еще один труп прямо за забором. Пока дорога не разветвлялась, Пол молчал.

- Как это представляет Кенсик? Во сколько он пришел домой?

- Я думал, тебе все равно.

- Компания веселилась до трех часов. После пяти дворецкий нашел тело. Было холодно и мокро, и кровь долго в таких условиях выглядела свежей. Ни вы, ни Адамски не врачи. Поэтому мы не знаем, когда был убит Беднарц. То ли до трех, то ли ближе к пяти. А так как мы не знаем, то и неважно, покинул Кенсик усадьбу чуть раньше или чуть позже.Это нам ничего не скажет, хотя знать было бы неплохо. Так?

- Часов нет. Но это не имеет значения. Потому что он говорит, что ушел вечером. Нет ни третьего, ни пятого. По его мнению, после десяти.

- Он знает, потому что смотрел дома на часы?

- Потому что снеговика еще не было. И я узнал, что Джадзия подставила его после десяти. Кроме того, Кенсик упоминает фортепиано. Тоже подходит. Танцевали с Адамским, Мария играла. Ада, это неправильно, ты же знаешь. Хит, так он вспомнил Кенсика.А танцоры разгорячились, пошли в снег и слепили снеговика.

- Ага... В десять Новицка может еще не уснуть. Если да, то собака лаяла, и она это слышала. С фоновой музыкой. В сельской местности после ночи можно услышать фортепиано издалека.

- Ты ему веришь? Заржечный был удивлен.

- Кто знает? Никто не заглядывал в машинное отделение?

- Нет. Кенсикам в деревне после этого не нравится их роман с большевиками. Дубровицкий нанимает, когда нужно, потому что никто лучше не знает механику.Но я думаю, это все равно, что нанять еврея немцем. Пусть делает, но где-нибудь подальше, чтобы не воняло под нос.

- Откуда ты так уверен, что это Кенсик убил его? Может, его просто не любят при дворе?

- Пойдем в магазин. Лисова лучше расскажет. Магазин был открыт и даже торговался. Две спорные украинки пропустили их сразу после того, как купили купон на холст. Для крошечного магазина - дело дня. Продавщица должна хотя бы улыбаться, когда она встречает мужчин мрачным взглядом.

- Конфеты нет. - Это для Заржечного. - Сахар тоже...

- Сестра ушла. Мы не за это. У Господа есть вопросы.

- Это что, вокзал? Информация? Эмилия Лис, урожденная Кенсиковна, пыталась быть грубой, но не очень хорошо скрывала свое беспокойство.

- Я был здесь в канун Нового года. Ты помнишь - он улыбнулся.

- Ну... помню. Им платят в злотых. Да, это было необычно.

- Не потому, что Купер приставал ко мне?

— Купер мертв, — пробормотала она.

- Ему тогда кто-то помогал. Он прошел за прилавок, посмотрел в окно с необычной точки зрения покупателя. - О, я думаю, он прятался там. За тем забором.

- Вам нельзя здесь находиться...

- Ты его видел?

- никого не видел. Ты что-нибудь покупаешь?

- Купер пригрозил, что последний застрелит меня, если я выйду за пределы магазина. Это означает, что парень способен убивать. Это означает, что, возможно, он и его друг что-то съели и порезали его. А это значит, что для твоего брата будет лучше, если мы найдем этого человека.Мы понимаем друг друга? Он не слишком быстро заменил все маркировки, так что они действительно поняли друг друга.

- Н... не знаю... У него было несколько товарищей по пьянке. Но чаще всего он встречался с Патеркой. Тоже егерь. Только...

- Потерял, я знаю. А это Патерка? Павел указал на ферму напротив. - Удобно.

- Я не говорю он! - Она покраснела. - Что ты вообще хочешь?

- Что было между вашей семьей и Купером? Просто ни хрена. Чем больше они лгут мне, тем глубже я копаю.Может быть, он ее убедил, а может, она просто не видела смысла скрывать то, о чем сплетничала половина округи.

- Он тебе не сказал? - Она бросила враждебный взгляд на Зарзжече. - Он брата нашего в могилу загнал, грязный навоз.

- Bednarz - Михал указал на всякий случай. - Стреляли как банку по забору. Для развлечения, пьяный. Великие господа егеря, черт их побери... И отстрелили ему руку. Так раскололся, что пришлось разрезать.

- В лесу? — мягко спросил Пол.

- Сказали, что в лесу. Но Фабиан умер на лугу. Но даже если в лесу, то что? Дозволено ли это делать человеку? Ничего у него не было, ни оружия, ни топора, он бы ничего не украл в этом лесу, ибо как?!

- А свидетельствовали, что он рысью? Он украл дрова?

- Кто знает, что они свидетельствовали? Полиция свидетельствовала! И это одна банда в форме! Отец пошел в жалобу и спросил, что по бумагам, его арестовали! Потому что коммунист! Мой отец! Кто получил здесь землю для войны с большевиками!

- Расслабьтесь, миссис Эмилио.

- Легко сказать: успокойся! Они покалечили Фабиана! Он собирался жениться, он ушел с дороги за цветами для своей ебаной Данусии! И всю руку, до плеча... правую вдобавок! Как человек будет зарабатывать на жизнь? Только попрошайничество!

- Купер стрелял?

- Мы не знаем, - предупредил Михал женщину.

- Вот так: не знаешь?

- Сельская, пограничная полиция, - пожал он плечами.

- Бля. Пришлось написать рапорт, было расследование...

— Они были пьяны, — тихо добавила Эмилия. - Вот что они объяснили. Что они пьяны и не помнят. Но что было написано в документах, мы не знаем. Отца посадили, Фабиана судили за кражу дров и рукоприкладство... Кто-то стрелял в тех пьяниц. Как напарник Фабиана или он сам. Поэтому они открыли ответный огонь. Но не помнят какой. И чей дробовик. Пол только покачал головой. Униформа против коммуны и сельского люмпен-пролетариата? Черт, это могло выглядеть так, даже формально, на бумаге.

- Что дальше? - Он спросил.

- Следующий? Потом его бросила невеста, и он повесился из-за стервы. Это было включено. Теперь он понял, почему Кенсик был таким. Сначала Беднарз покалечил своего брата. Потом он довел его до самоубийства. Но...

- Кто еще там был? Кроме Купера?

- Пластина и стержень.

- Три? А этот Стик... Жив? Она посмотрела на него, сначала безучастно, потом с ненавистью.

- Вы думаете, что это мы...? Она сжала кулаки. - Это было десять лет назад! Если мой отец хотел убить этих ублюдков, то прямо сейчас... Но мы же не какая-то банда!

Мы не убиваем людей!

- Десять лет? Он нахмурился, искоса взглянул на Зарзече. Другой слегка пожал плечами.

- Наследник ссыт на нас, потому что мы у него за коммунизм. А Казик присматривал за своим имением, когда пришли Советы. Его наняли дворником, за копейки, а он ночью ходил, прогнал.И украли столько же, сколько и сама большевистская власть. Что могли по закону. Налево ничего, потому что в сельсовете охраняли и Казика, и моего отца. А в тридцать девятом отец и дубровницкая милиция тоже спасли, может быть, от гибели. Здесь бродили украинские банды, охотились на людей. На этой дороге к железной дороге были убиты трое польских солдат. А в селе рядом стоит телега с гражданскими беженцами. Были люди, и они ушли, только ребенок остался после них, потеряв сознание от страха. Резали, грабили. В деревне, среди бела дня.И банда тоже пошла бы к нам, в суд, чтобы их там не гоняли, а с Ядкой был страх, что может быть... Но мой отец вызвал полицию и прогнал их, они не разрешили нам войти в деревню или на ферму.

- Дубровницкий не обвиняет вашего брата - он поддержал наследника Михала. - Мы проверяем факты, и все.

- Нет? Тогда зачем ты обыскал дом своих родителей?

- Потому что это моя работа.

- Просто проверяешь их? А почему не семья Новицких? Они живут по соседству, и бедные.Может быть, воровали, Беднарз его поймал, значит, с ножом... Павел вспомнил описание помещения тела в гроб. Быстро, тайно. Деревня явно не знала подробностей.

— Никто ничего не украл, — сообщил он Эмилии.

- Это какая-то женщина? Он подталкивал себя ко многим из них. Может быть, он толкнул слишком сильно, и один ударил его ножом.

- Это была не царапина. Кто-то резал его как можно больнее. Либо он ненавидел его, либо пытался что-то форсировать. Вы не можете понять, кто и почему? Она нахмурилась, пытаясь найти ответ.

- Может евреи?

- Какие евреи?

- Они попали в лес. А Беднарз был егерем. Может быть, он преследовал кого-то или грабил кого-то. Так они отомстили.

- И это все, что ты знаешь?

- Род, - предложил Михал, неизвестно кому.

- Спроси свою семью о Жезле, - вмешалась она. - Он переехал. Много лет назад, до войны.

- А эти женщины? — спросил Пол. - От удара ножом? Был ли он здесь? В деревне, в районе? Она помедлила, но ответила.

- Однажды он зашел сюда пьяным. Обычно мы избегали друг друга на расстоянии. Он отошел в сторону, он знал, как это раздражает его отца или братьев, они не могли этого вынести. Хотя в последнее время к нему придирались... Ходил с автоматом, пьяный, смотрел на людей, как эсэсовец на еврея. Страх перед тем, что он сделает. Ну и пошел гад в магазин. А когда ты был, она посмотрела на Заржечного, он спросил о сладостях.

- Есть ребенок? - подхватил Павел.

- Может какие сволочи. Сомневаюсь, что это для ребенка. Женщины тоже любят сладкое.И он шел к ребенку. Он истекал духами. И тогда я спрашивал людей, встречал ли кто-нибудь такого ароматного человека. И нет. Может быть, в молодости. Но это был грязный козел в течение многих лет. Потом тоже было, потому что уже не стираешь...

- Когда он пришел сюда?

- Как-то... в феврале? Ну месяц будет точно. Спрашиваю, что он тут ищет, а он тупо ухмыляется, что конфету или шоколадку, а если я хочу, то может и меня для начала... знаешь... - Скромно опустила взгляд. И мне кажется, она даже немного покраснела.Хотя это может быть от злости, а не из скромности. - Кривая свинья. Я даже испугался. Янека, мужа, не было дома; как будто сам бросился... Потому что почти расстегнулся. Но, к счастью, нет. Он просто... дразнил. Я ему сказал, что скорее буду с кабаном, а то он будет без благодати, потому что купит более городского.

- Городской? Грубоватый вздрогнул. - Что...?

- И черт его знает. Может быть, он ехал в Сарны за шлюхами. Если только, - она ​​злобно скривила губы, - он подумал об этой Новицке.Дама из Рокитно, так она утверждает, что она городская девушка.

- Не из деревни? - Это не устраивало Павла.

- Наверное да, но похоже из Варшавы. - Майкл?

- А? - Немного бессознательный взгляд. - Пожалуйста?

- Я спрашиваю, откуда на самом деле берутся эти Новицки.

- О... ну деревня точно. Возможно, Новицкий взял жену из Рокитно. В любом случае бежали, потому что украинское село, три польских семьи вдруг и на двоих какое-то несчастье.

- Или она это выдумала.- Эмилия и не думала жалеть. - Женщина лжет. Он принимает это за жалость. Она пыталась набить мне нижнее белье. Вид шелка. Он думает, что кто-то из сельской местности глуп. И пела по такой цене, что даже для шелка это было вполовину дороже. И она чуть не подняла шум, что я не выкупил его обратно.

- Здесь нет горожанок? Есть родственники...?

- Может быть, так же, как вы только что остановились на некоторое время. Но это маленькая деревня. Сорок ферм. Так что я бы слышал, если бы женщина была какой-нибудь... ну, знаете. Взгляд, который она послала Полу, показывал, что она, по крайней мере, точно знала, о каких женщинах идет речь.И, хотя он не был в этом уверен, это предполагало, что Эмилия Лис тоже хуже для них, и если он немного постарается... А может, ей просто пришло в голову, что стоит иметь сочувствующего следователя?

- Кто-то из вас в ту ночь продавал водку Беднарз. Она отказалась от соблазнов. Она испортилась.

- Есть покупатель, он продает. И не к нему, а к усадьбе.

- Но он был здесь. И ушел без бутылки. Ты должен был доставить через некоторое время. В какое время это было и кто его носил?

- не знаю какой.И я взял его. И знаешь, что? Сташек давно не было. Я отдал водку Беднарцу и заглянул в эти машины. Темный, закрытый. Потому что он давно вернулся домой. Это не он зарезал Беднарца. Он хороший мальчик. Он бы даже не смог. Впрочем, куда Сташек до Беднарза... Как курица рядом с индюком-самцом. И никакой мести в его голове. Он влюбился, этим он живет. Ты когда-нибудь влюблялся? Ей не хотелось ему верить, но на этом она остановилась и стала ждать ответа.

- Простите? - Ничего лучше он не придумал.

- Я спрашиваю, влюблялись ли вы когда-нибудь. Так глупо. Хороший руководитель, помогающий комиссару, сказал бы сейчас, что, задавая вопросы, это они, полиция. Но Заржечный смотрел на Павла не менее выжидающе, как бы в гневе.

- В ком? - К счастью, у комиссаров рефлексы лучше. - В кого твой брат так влюбился, что стал неспособен пользоваться ножом?

- У украинки. Она пожала плечами. - Я говорю это, чтобы быть глупым."

Картина

Обложка книги

.90 000 Архив устной истории - Станислав Квятковский

Станислав Квятковский "Мроз"


Меня зовут Станислав Квятковский. Мое прозвище было «Мроз», и во время Восстания я был в группе «Хробры II», в 5-й роте. Что касается довоенных историй, то я родился в больнице Младенца Иисуса на Линдлея.Я жил в Колонии Любецкого, в Охоте, на улице Мохнацкого. Отец работал в Министерстве промышленности и торговли, а мать-римлянка была переводчицей. У меня была одна сестра, братьев и сестер больше не было. Кроме того, в первый, скажем так, десяток с лишним лет я еще болел, я был ни при чем. Поэтому я даже ходил в частную гимназию, где должны были быть более светлые отношения, в Кречмар, и к моменту войны сделал свою первую гимназию. [3 сентября 1939 г.] все министерство ушло на восток, где оно должно было действовать.Конечно, это не сработало, потому что кампания закончилась.
  • Мы вот-вот подойдем к этому моменту. Как звали родителей и сестру?

Моего отца звали Станислав, как и меня. Мать Теофила, урожденная Грушецкая, и сестра Зофья.
  • Как бы Вы оценили влияние родителей на Ваше воспитание?

Я бы сказал, что они были очень хорошими родителями. Может быть, моя мать немного преувеличивала, потому что ее врач-идиот сказал, что я обязательно умру, потому что я не в форме, и поэтому она следила за мной, что ни спорт, ни гимнастика абсолютно бесполезны.Она меня так водила от страха, потому что двое моих братьев умерли в младенчестве, и она уже очень боялась меня. Но, в целом, очень хорошие родители, и влияние было, ну, было. Обе семьи, по сути, происходили из Пограничья — Бердичева, Житомира, далекого Пограничья — и я думаю, что это оказало некоторое влияние на подход к Пограничью.
  • Каким вы помните начало войны?

Начало войны было таким, что уже было большое волнение и напряжение. 1 сентября у нас сломалось радио Philips, и мы ничего не слышали о начале войны.Я пошел гулять со своей собакой и в это время начали падать бомбы, не достаточно далеко, и таким образом я узнал, что была война. Затем, 5 или 6 сентября, все сотрудники министерства с семьями сели в поезд и поехали, пока мы не добрались до Ровно, в течение нескольких дней. Собственно, я не видел никакой войны, не был ни на каких бомбежках, кроме Варшавы. Мы остановились у моей тети недалеко от Крестенца. Отец, можно сказать, стал жертвой похода, потому что умер от болезни сердца. Затем, до войны 1940-х годов, мы снова жили с другой тетей, которая была врачом в Хороще, в психиатрической больнице под Белостоком.
  • Как звали ваших теток?

Тети? Один на Волыни, где мы остановились возле Крестенца, Ядвига Трильска. Ее муж был начальником разведки всей Польши, очень стойкий Пилсудский. Вторая тетя, Анна Грушецка, сестра моей матери, была бывшим врачом, доцентом психиатрии и находилась в основном в Познани, но сбежала сначала к нам, а потом с нами, и, наконец, мы приземлились в Хороще, и в мае 1940 г. можно было обменять так называемых тредеров, или беженцев, между советской зоной и немецкой зоной, и тогда мы вернулись в Варшаву.
  • Вы точно помните, какой это был день?

Какой день? Это было в мае, но какой день я не знаю. Мы ездили в Брест, там была комиссия. Вся толпа народа вернулась к тогдашнему генерал-губернаторству. Было интересно, среди вернувшихся было много евреев. Они шли на смерть, они еще не знали, что их ждет, но предпочитали делать это, чем сидеть, потому что, ну, условия сразу под советской оккупацией были тяжелые.
  • Не могли бы вы рассказать мне об этом подробнее?

Об оккупации?
Мэм, было очень голодно и очень холодно.Топлива не было, горела торфом, было очень тяжело и, скажем так, настроение было неприятное, потому что этот городок и больница находились в ведении комиссара НКВД и, в свою очередь, начиная с директора, Польские врачи были арестованы. Так что мы даже знали, когда их арестовали, потому что было электричество, оно горело до девяти, а потом его отключили. Однако в те дни, когда кого-то брали, всегда ночью оставляли свет и это было известно. Только было неизвестно, кого они возьмут. Когда мы уезжали, это была уже очень истощенная компания.Видимо, но это непроверено, у нас были только такие сигналы, что за нами пришли в ту ночь после нашего отъезда. Мы добрались до Варшавы, в ту же квартиру, которую забрал другой чиновник, но он сразу поселился в одной комнате, а мы в других.
Это было еще так. Моя мама работала переводчиком, потому что тоже очень хорошо знала немецкий язык, потому что мы жили и продавали то, что было дома. Сестра ходила в школу Заорского, [школу] медицины, на самом деле это был университет, но под вывеской, что это была профессиональная школа.Я ходил на подготовительные курсы для ПТУ, так это называлось, и это опять же практически младшие классы. Разве что история и латынь, причем латынь совсем хромая, зарабатывались полными комплектами, а изучение всего остального в области младших классов средней школы осуществлялось на этом курсе. Так продолжалось, но я бунтовала (во всяком случае, сидеть под абажуром мне не было условий), собралась, два года занималась каждый день и пришла в какую-то форму. Кроме того, я двигался, ходил пешком, катался на байдарках и так далее.Во всяком случае, я взял себя в руки. Потом через друга на курсах, который рассказал, что был в подполье...
Его звали Ковальчик, его звали Бронек, Бронек Ковальчик. Он […] [набрал шестерых добровольцев, а затем повысил их]. Добрался до... Она называлась 2-я крупнокалиберная пулеметная рота лейтенанта "Правджича".
  • Когда именно это было?

Точно не скажу, но это был 43 год, сентябрь или октябрь.
  • Вы раньше не контактировали с подпольем?

Раньше другой друг готовил меня к зачислению в какую-то разведывательную часть, он показал мне пятерку, пистолет, который я разобрал и собрал, он начал со мной делать какие-то упражнения и должен был принять меня в свою часть.
Его звали [Збышек] Замбжицкий, но все закончилось трагически. Отношения оборвались, потому что его арестовали и он попал в Освенцим. Я не знаю, выжил он или нет. Больше я с ним не контактировал.
  • Вы знаете, за что его арестовали?

Сударыня, я не знаю, но я могу сказать вам между прочим, потому что это типично для тех времен, что у нас также были жильцы в нашей квартире. Брат и сестра, и брат, и сестра, две пары, и один из них [по имени Голах] занимался только изготовлением деревянных сабо, целыми днями просиживал дома, нигде не состоял, ни в какой организации не состоял.И однажды, когда он пошел за покупками на площадь Нарутовича (там был рынок), он пошел купить морковку, его отвели в конуру и расстреляли на улицах города в течение трех дней. Видимо, у них были те заключенные, которых еще держали, чтобы выведать из них известие и отправить на расстрел, чтобы они взяли кого попало и поручили расстрелять. Я был станковым пулеметчиком в этой роте, крупнокалиберных пулеметов не видел. Были такие [теоретические] занятия. Самым большим оружием, которое я видел, была винтовка.Были выходное пособие, приведение к присяге. Поскольку взвод крупнокалиберных пулеметов делится на так называемые винтовки, по семь человек в каждой винтовке. Были даны следующие функции: винтовка, [полоса], прицел, боеприпасы первая, вторая [вспомогательная, кучер с бедной женщиной]. Я был первым боеприпасом. Все это было чистой теорией. На самом деле наша деятельность была скромной. Однажды я подстраховывался как раз Бронек Ковальчик, у которого было оружие. Короткое ружье, пистолет. Шагов на двадцать-тридцать впереди него в шляпе.Когда я увидел жандармов, мне пришлось снять шляпу и снова надеть ее, чтобы сообщить Бронеку, что нужно изменить направление движения.
В начале апреля 44-го... Ах! И мы сделали, извините, мы сделали это [соревнование] еще раз, вся компания шла быстрым маршем. Это было также на маршруте улицы Груецкой, далеко за городом и где-то, я не знаю, шесть или семь километров по двое. Каждые несколько минут выпускали двоих, и все они шли бодрым маршем.Что ж, из пятидесяти с лишним двоек могу с гордостью сказать, что по темпу я был третьим-двушкой. Так что я уже был в какой-то физической форме. Потом, как раз к тому, что я уже начал, в апреле ко мне подошел друг из моей винтовки по прозвищу «Щор» (с черточкой) и сказал, что лопата есть и что надо всем немедленно покинуть дом, потому что был арестован командир роты лейтенант "Правджич", у которого были - что довольно скандально - именные письма с адресами всех в его роте.Ну, я должен был сказать моей матери, конечно. Я сразу же переехал к своей тете, которая в свою очередь жила в Колонии Сташич. Я сидел с ней, меня принимали без вопросов, подвергая опасности [ее], ее детей и так далее, но я жил там. Но возникла дурацкая ситуация, потому что мы встречались и встречались где-то на улице раз в несколько дней, а немцы обошли все квартиры, кроме моей, и больше никого не нашли. Сразу после ареста Правджича они лишь сразу захватили оружейный склад на Иерусалимских Аллеях.
  • Вы знаете, что потом случилось с вашим командиром?

Не знаю, но по-моему, он заслуживал расстрела за то, что держал, что делать было запрещено, список имен с адресами. Я видел его однажды на этой присяге. Он пришел, и собрание состоялось. Немного бутербродов, немного водки. Сейчас возникла дурацкая ситуация, что делать. Десятки людей были сожжены, почти необученные мальчишки и, наконец, спасаются сами, кто может. Люди переходили в другие части, но в основном по собственной инициативе, а в нашем взводе командир взвода курсант Радван объявил, что он и весь взвод скоро уйдут в лес и будут партизанами.Через какое-то время он сказал, что не со всем взводом, а выбрал десяток пацанов, чтобы они пошли с ними, а остальные останутся, но он мне отказал. Должен сказать, что тогда — мне было семнадцать — я ревел от гнева. Но это тяжело. Беспроигрышная ситуация, вот сижу и подвергаю [своих родственников] риску, никому не нужен, что делать. Именно тогда счастливо действовали друзья моей матери, госпожа Стефановская и ее сын Кшиш, которых в мемуарах Лески называют его умершим адъютантом.Кшиш Стефановский, он был в «двойке», но в любом случае сказал, что будет протестовать против того, чтобы я пошел в лес, что здесь будет офицер из леса, который придет, пойдет и возьмет меня с собой. Я был так счастлив, когда встретил этого [солдата], он был курсантом, а не офицером, Янушем Райски. Он посмотрел на меня, [заявил], что я немного худенький, но ладно. Он назначил день и время, когда я буду на вокзале и мы едем поездом в лес.
Это были последние дни апреля. Я уведомил [семью.Мне дали] разные лекарства и еду в рюкзаке [дали], что я иду в лес. Медаль повесили мне на шею. Я попрощался, я иду на войну. Но я пришел на вокзал и по его приказу купил два билета до Розпши за Петркувом, потому что это было в Петрковском. Он приходит со всей компанией и говорит: «Нет, пересадка такая, не сегодня, а завтра едем». Ладно, я вернулся с рюкзаком, спорил с немецким железнодорожником [...] о том, что на следующий день мне дадут билет, но нет. Пришлось купить второй.Вторые два. Я уже вернулся с войны, на следующий день буду прощаться, целоваться и так далее. Я собираюсь снова. Вот и я, опять та же история. Он аккомпанирует: «Нет, еще несколько дней», а я говорю: «Но я не пойду домой. Веди меня, куда хочешь, я в третий раз не попрощаюсь. Они посмеялись, забрали меня, и я хорошо провела неделю на улице Зеленой, в квартире, где все были. Народу было много, все в подполье, был склад оружия и пресса, все на месте.Очень бездуховно, можно сказать, но ужасно весело. Наконец мы подъехали к этому [лесу].
  • Можете ли вы назвать коллег, которые были с вами в то время? Или прозвища?

Коллеги, да. То есть я могу назвать тех, кто был в квартире, где я сидел. Хозяйкой была госпожа Галина Романова. Я думаю, что она была офицером связи, я думаю, я не отдам свою голову, Непокольчицкий. Вы знаете, полковника Непокульчицкого судили после войны, в основном за его более поздние [деяния].Там была ее дочь, тоже Романовна, потому что ее сын уже был расстрелян, пойман и арестован. Был Януш Райский, с которым я ходил в лес, был Кшиш Стефановский, были Мацек и Марыся Урбанове. Марыся Урбанова, «Мышка» из «Зоски», которая теперь называется Даунарович, довольно известна, она все равно получила большую награду. Были еще родные братья Кучиково, он, ученик [профессора Казуры], в восемнадцать лет был прекрасным пианистом. В любом случае он якобы был бы великим, только умер он от сердечного приступа сразу после войны.Был ранен во время восстания.
Ну мы и пошли к этому... В лесу я был в отряде "Блыскавица", командир "Пёруна". Должен сказать, со мной обращались как с таким джентльменом из города. Вернее, я не вызывал сочувствия. Короче говоря, чтобы было больше времени для Восстания, я был когда-то неучастником акции, прямо рядом с акцией, где был успешно запущен крохотный отряд немецкой жандармерии. Наше отделение не [работало], а соседнее. Я был на вахте и слышал выстрелы, и мы летели на выстрелы, но все было кончено, потому что стреляли немцы.
Потом мы были... Потом все фактически закончилось. В любом случае, марши были очень тяжелыми. Если бы у меня была, скажем, винтовка, пули, рюкзак и так далее, где-то килограммов пятнадцать-двадцать, но я получал еще и килограммов двадцать за смену, которую я нес, то у человека было около сорока [килограммов] на назад. Сначала я думал, что сразу упаду. Но потом я прошел несколько тысяч шагов до первой остановки, потому что правило было: идти час, останавливаться десять минут и так далее.Во всяком случае, только толковый, потому что это было тяжело. Я один раз собирал дамп. В этих условиях часть должна была быть постоянно в движении, чтобы не быть пойманной немцами, чтобы не попасть в окружение или еще что-нибудь, потому что если был шпион, то его донос затягивался, потому что он уже был где-то в другом месте. Оно было в постоянном движении.
Это было, сударыня ... Я сохранил его, потому что я не знал города [около Сепетницы]. Я записал это, потому что нашел это в литературе. Несколько солдат вышли на большую поляну в лесу, поставив фонарики в крест, а ночью прилетел самолет и сбросил пять-шесть капель и много контейнеров.Они были как бочки, одни меньше, якобы килограммов на пятьдесят, другие побольше, якобы килограммов на триста, - этого я не знаю, потому что я их не взвешивал, а носил. Мы погрузили все это, они взяли подводы из соседних деревень, конфисковали их, погрузили на подводы и более чем до рассвета, до позднего утра, что мы все это везли. Я даже подставился, потому что ты дал мне вожжи и: "Погоди", потому что что-то должно быть. Затем он исчез. Это был первый раз в моей жизни, когда я вел фургон, черт возьми, и у меня также был умирающий кувшин, который просто останавливался время от времени.Я должен был победить его, это было отвратительно. Мы даже собираемся, и вот здесь, как в этой комнате, по дороге. Я думаю про себя: «Но эта лошадь не подойдёт ко мне после того, как я оседлаю её и снова дам задний ход». Я остановился, но "Пиорун" прилетел с пистолетом в лапе: "Иди так, сынок, или я тебя пристрелю". Что ж, убедительный аргумент, и я схватил лошадь, мы спустились вниз, и я и несколько друзей радостно толкнули телегу вверх, и она поехала наверх. Потом мы погрузили их в канавы, уже вырытые в лесу, и они эти [пакеты] закопали.Кстати, мы немного омолодились.
  • А что именно было на этом скриншоте?

Были пулеметы, были немецкие элькаемы, даже с надписью, что это добыча в Италии на немцев нашего корпуса. Были одеяла, были пистолеты, даже несколько огромных кольтов. Какой-то шоколад, что-то, но большую часть вообще не открывал, просто сразу в канавы положил. Так что я не знаю, что там было. Некоторые из них были открыты частично против ордеров, частично вместе с ордерами.В любом случае, мы тогда сделали реставрацию. В отряде было тридцать человек, но потом был рассказ, что предстоит действие в немецкой деревне. Не скажу, потому что это покажется хвастовством.
Может быть, это было потому, что меня не особенно любили и я хотел показать себя, кто я есть. Но вышла история, что у нас был небольшой патруль из нескольких человек, [которые] пошли расстреливать приговоренного немца-жандарма в эту немецкую деревню, немного за деревней.
Мэм, я не знаю. Я могу поискать, где был аирдроп, но где была деревня, я не знаю [или] как она называлась. Я шел, потому что эти люди были местными, они все знали. Днем мы спали либо в домиках лесника, либо в избе за деревней. Чтобы нас как можно меньше видели. Я знал некоторые имена: Милеюв, Антониелов, но понятия не имел, где нахожусь. Пришлось крепко цепляться за часть, автоматически все они... И тот немец, жандарм, побежал. Было очень неприятно, что он смог ускользнуть от нас, но ведущий нас унтер-офицер подумал, что он может быть спрятан в подвале, дома.Он произнес речь, что он должен выйти, что его не убьют, что [было] неправдой, что его не убьют, чтобы он сдался и так далее. Наступила тишина и такое настроение, что люди начали верить, что в подвале действительно сидит парень. Это меня разозлило, я сказал: «Я пойду туда». Я вошел, и там никого не было, конечно, и это было хорошо. Я думаю, это было [так, что] я хотел немного показать себя, что я снова не тот паникер из города. Хорошо. С деревни собирали различную добычу, только обувь и разные вещи на двух телегах, и компания вся ушла пешком.Слишком близко для разграбленной немецкой деревни. Только подошли к какому-то домику лесника и меня тут же поставили в караул, а через два часа (смена обычно была каждые два часа дежурства) еще и сказали: «Смены не будет». Ладно, [стоя] следующие два часа, с семи до девяти, с девяти до одиннадцати. Одиннадцать часов, у меня дежурство в лесу, я пошел в домик лесничего, распластался на земле, снял пальто, рюкзак под головой. Вот сейчас прилетает парень, один из тех, кто нас поменял на вахте, потому что нас было двое.Казаки - называли их казаками, но обычно это были русские ссыльные на немецкой службе - "казаки на дороге". Вот и получился такой водоворот. Никого больше нет, я тоже гонюсь за ним. Я видел последнего, который убежал через дыру в заборе, так что следуем за ним и взрываем. Я догнал, поехали. В лесу совсем тупо, потому что ничего не видно, кроме леса, стреляют, да, ветки падают, сбиты... Наконец, мы убежали в какое-то поле из леса. Это была настоящая суета. Мы шли в какую-то атаку, никого не увидев — ты теряешься, но ты делаешь то, что делают другие, потому что это другое.Мы побежали через поле, и они сосчитали, и нас всего двенадцать, а было тридцать пять или около того. Где-то [есть] другие. Но снова начинается стрельба, яростная в лесу, из которого мы выбежали. Косуля убегает из леса. В конце концов стрельба прекратилась. Кто пойдет в патруль. Я снова вызвалась, поехали вчетвером. Нет никого. В одном месте я обнаружил лужу крови и муравьев, которые поедали кровь. Ничего нет. Пришли к домику лесника - пусто, никого нет. Мы повернули назад и шли остаток дня и всю ночь, а утром пришли к хижине, где легли спать в сарае.К утру там уже довольно много ушло. Однако это была, оказывается, та точка, где в случае рассредоточения отряда все собирались и собирались. Я имею в виду, не все из них, потому что восемь были убиты. В любом случае компания развалилась. Потом они еще были в лесу, в заговоре и так далее, но потом расстались. Просто подразделение начало самоликвидироваться. "Пиорун" сел и написал рапорт командованию о случившемся. У меня было несколько близких, скажем так, дружеских, и они уговорили меня поехать с ними, мы поедем в Петркув и что-нибудь придумаем, не это.Я махнул рукой, отдал обратно, у меня был французский лебель, винтовка, я положил ее на кучу оружия в сарае, я выписался из Пиоруна, и мы поехали.
Там, опять же, ситуация такова, что в семье моего [друга]… Могу назвать свое имя, Чеслав Сломка, очень хороший мальчик, но [было] три брата, все в лесу. Время от времени они приходили их искать, а я не мог находиться в этом доме. Я только что немного поспал на чердаке. Тогда что тут делать. Тем более, что я потерял свое удостоверение личности, так называемую Кеннкарту, в одном из амбаров.Поэтому ничего - еду в Варшаву и все. Ехал немного в страхе, потому что, когда я шел этой дорогой, в Петркув из Варшавы, ее обыскали и жандармы всех опознали, некоторых проверили и так далее. Как только я попаду, к тому же, в шинели крашеной, но военной, усыпанной соломой, со стеблями соломы, [выглядело] довольно подозрительно, без документов еще. Это был второй день Пятидесятницы, и они, должно быть, праздновали друг друга, немцы. Так что в Колюшках, Скерневицах я искал, не спрятаться ли в туалете, может быть, это спасет [меня], но никто не влез.Так я добрался до Варшавы и поехал домой. Немцев дома все время не было, так что все было нормально.
А потом я снова пошел к Кшису Стефановскому и сказал, что хотел бы быть в диверсии. А он: «Ну, погоди, здесь представитель диверсии, он тебя достанет». И назвал «Мышка», Марыся Урбанец. Ей было, может быть, я не знаю, не больше [лет], чем мне, семнадцать или около того. Вот так она выглядела с косичками, такая блондинка. Никто бы не подумал, что она диверсант.Дело в том, что [она была] в «Зоське» и протестовала против меня, а я эти два месяца — июнь и июль — был в батальоне «Зоська». Ну, на тот момент я был только в одном бескровном бою. То есть берет шины из шиномонтажа на улице Медовой. А потом были еще и тревоги и точно могу сказать первый день Восстания. До утра... Мы были просто в травмпункте на улице Гжибовской (вероятно [номер квартиры] 68 или 70, но, вероятно, 68), у матери одного из наших друзей. В основном отделение в «Зоське» было один плюс пять, но там был еще и заместитель командира отряда, бригада была из двух отделений, так что нас было семеро.И тут к нам подошел командир этой команды и сказал, что "Зоську" поделили из-за его оружия на первый и второй бросок.
  • Как звали командира?

У него было прозвище «Мись», и его имя можно было проверить в любое время. Это был командир 4-го взвода 1-й роты, но мое имя ускользнуло (у меня склероз, особенно с фамилией). Так что он подошел и сказал, что мы находимся на втором флеше и нам нужно ждать офицера связи, или если они пришлют нам оружие, тогда мы присоединимся к первому флешу.Нам совсем не понравилось, но ничего страшного, приказ есть приказ, сидим. Ну, часов в пять началась стрельба, слышны были гранаты и рывки, всякие выстрелы, а мы сидели и ждали. Нет радости. Но тут мать этого друга, наша хозяйка, накрыла на стол, еще водки, селедки, чего-то, и это несколько разрядило обстановку. Потом этот наш приятель говорит матери (это запало мне на всю жизнь): «Мама помнит, что перед кампанией 1939 года мы принимали курсантов, сколько их было».- "О да, да. Все они погибли». Умерли, ладно, бывает. Но по крайней мере, как будто по комнате прошла такая тень, как будто мы ее услышали. А на самом деле это было 1 августа, а 31 августа жили двое из нашей семерки. Вот только у этого Анджея впереди было еще два дня жизни, а я лежала на носилках на улице, а священник отправлял мне последний обряд. Так что это была какая-то [интуиция], она меня связала. Но мне повезло, что утром 2 августа... потому что тогда мы присоединились к ближайшему отделению.Это был «Хробры I», а не II, с майором «Сосна», и мы представились в качестве диверсии, поэтому он нас взял, и мы были на заставах на Гжибовской, на углу Желязны и на углу Врони, трое в каждый. Не трое, а четверо, потому что какой-то гражданский, мальчик из Лодзи, который… Двое из нас были в нелепо белых куртках, разве что умереть в первом ряду. Потому что это была белая лошадь для кавалериста, правильно - вас не обязательно видно издалека. Ну, этот мальчик из Лодзи принес какие-то темные куртки, так что эти двое переоделись, не помню кто из нас, и он «обнялся», [то есть] присоединился к нам и был уже с нами.
А утром это было просто... Ну люди там, очень эмоциональные, с большим энтузиазмом строили баррикады, но баррикады, сделанные из каких-то табуреток, бревен, конечно ничего не стоят, разве что через них все видно, но иначе он не для стрельбы.не беда. Они построили эти баррикады, и он уехал из Товаровой в Гжибовскую - я был на углу Врони - въехал танк. Ну, ударил он где-то между Вронией и Товаровой, где-то посередине и через мгновение... А у нас было довольно умеренное оружие [нам дали], то есть одна "филиппинка" (граната), и одна бутылка с зажигательной смесью.И через мгновение взрыв. До сих пор я не знаю, было ли это так, как я это воспринял. Так я понял, что лечу в воздухе. Я лечу в воздухе и падаю, и при этом как будто кто-то ударил меня палкой по спине. Эта "Филипинка" и бутылка по брусчатке катится, тут ловлю себя - ну кровь. Я ранен, меня трясет. Ну, к счастью, это была легкая рана и оригинальная, я бы сказал. А именно, какой-то осколок от того танкового снаряда, крутясь, раз пять-шесть попал мне сюда в спину [через плечо].Вот только он вырвал такие дырки от гвоздей, такие ямочки. Все они потом зажили, кроме вот этой, вот у меня одна дырка [на спине]. Во всяком случае, я не мог пошевелить этой рукой, она болела, и я был заряжен... Легкая рана, но, черт возьми, она, должно быть, спасла мне жизнь, потому что эти мои друзья отправились на Волю и в Старый город за два дня, и если бы я был с ними, то меня бы [тоже наверное] расстреляли. Все они умерли, все до единого, а я остался здесь и живу.
Потом, со 2 по 7 августа, я лежала и на седьмое утро мне было так [хорошо]… Тоже эта рука была не очень работоспособна, но я чувствовала себя так хорошо, что пошла искать, ну и дальше драться где-то.
  • Можете ли вы назвать коллег, которые были с вами в то время? Или прозвища?

Коллеги, да. То есть я могу назвать тех, кто был в квартире, где я сидел. Хозяйкой была госпожа Галина Романова. Я думаю, что она была офицером связи, я думаю, я не отдам свою голову, Непокольчицкий. Вы знаете, полковника Непокульчицкого судили после войны, в основном за его более поздние [деяния]. Там была ее дочь, тоже Романовна, потому что ее сын уже был расстрелян, пойман и арестован. Был Януш Райский, с которым я ходил в лес, был Кшиш Стефановский, были Мацек и Марыся Урбанове.Марыся Урбанова, «Мышка» из «Зоски», которая теперь называется Даунарович, довольно известна, она все равно получила большую награду. Были еще родные братья Кучиково, он, ученик [профессора Казуры], в восемнадцать лет был прекрасным пианистом. В любом случае он якобы был бы великим, только умер он от сердечного приступа сразу после войны. Был ранен во время восстания.
Ну мы и пошли к этому... В лесу я был в отряде "Блыскавица", командир "Пёруна". Должен сказать, со мной обращались как с таким джентльменом из города.Вернее, я не вызывал сочувствия. Короче говоря, чтобы было больше времени для Восстания, я был когда-то неучастником акции, прямо рядом с акцией, где был успешно запущен крохотный отряд немецкой жандармерии. Наше отделение не [работало], а соседнее. Я был на вахте и слышал выстрелы, и мы летели на выстрелы, но все было кончено, потому что стреляли немцы.
Потом мы были... Потом все фактически закончилось. В любом случае, марши были очень тяжелыми. Если бы у меня была, скажем, винтовка, пули, рюкзак и так далее, где-то килограммов пятнадцать-двадцать, но я получал еще и килограммов двадцать за смену, которую я нес, то у человека было около сорока [килограммов] на назад.Сначала я думал, что сразу упаду. Но потом я прошел несколько тысяч шагов до первой остановки, потому что правило было: идти час, останавливаться десять минут и так далее. Во всяком случае, только толковый, потому что это было тяжело. Я один раз собирал дамп. В этих условиях часть должна была быть постоянно в движении, чтобы не быть пойманной немцами, чтобы не попасть в окружение или еще что-нибудь, потому что если был шпион, то его донос затягивался, потому что он уже был где-то в другом месте. Оно было в постоянном движении.
Это было, сударыня ... Я сохранил его, потому что я не знал города [около Сепетницы].Я записал это, потому что нашел это в литературе. Несколько солдат вышли на большую поляну в лесу, поставив фонарики в крест, а ночью прилетел самолет и сбросил пять-шесть капель и много контейнеров. Они были как бочки, одни меньше, якобы килограммов на пятьдесят, другие побольше, якобы килограммов на триста, - этого я не знаю, потому что я их не взвешивал, а носил. Мы погрузили все это, они взяли подводы из соседних деревень, конфисковали их, погрузили на подводы и более чем до рассвета, до позднего утра, что мы все это везли.Я даже подставился, потому что ты дал мне вожжи и: "Погоди", потому что что-то должно быть. Затем он исчез. Это был первый раз в моей жизни, когда я вел фургон, черт возьми, и у меня также был умирающий кувшин, который просто останавливался время от времени. Я должен был победить его, это было отвратительно. Мы даже собираемся, и вот здесь, как в этой комнате, по дороге. Я думаю про себя: «Но эта лошадь не подойдёт ко мне после того, как я оседлаю её и снова дам задний ход». Я остановился, но "Пиорун" прилетел с пистолетом в лапе: "Иди так, сынок, или я тебя пристрелю".Что ж, убедительный аргумент, и я схватил лошадь, мы спустились вниз, и я и несколько друзей радостно толкнули телегу вверх, и она поехала наверх. Потом мы погрузили их в канавы, уже вырытые в лесу, и они эти [пакеты] закопали. Кстати, мы немного омолодились.
  • А что именно было на этом скриншоте?

Были пулеметы, были немецкие элькаемы, даже с надписью, что это добыча в Италии на немцев нашего корпуса. Были одеяла, были пистолеты, даже несколько огромных кольтов.Какой-то шоколад, что-то, но большую часть вообще не открывал, просто сразу в канавы положил. Так что я не знаю, что там было. Некоторые из них были открыты частично против ордеров, частично вместе с ордерами. В любом случае, мы тогда сделали реставрацию. В отряде было тридцать человек, но потом был рассказ, что предстоит действие в немецкой деревне. Не скажу, потому что это покажется хвастовством.
Может быть, это было потому, что меня не особенно любили и я хотел показать себя, кто я есть.Но вышла история, что у нас был небольшой патруль из нескольких человек, [которые] пошли расстреливать приговоренного немца-жандарма в эту немецкую деревню, немного за деревней.
Мэм, я не знаю. Я могу поискать, где был аирдроп, но где была деревня, я не знаю [или] как она называлась. Я шел, потому что эти люди были местными, они все знали. Днем мы спали либо в домиках лесника, либо в избе за деревней. Чтобы нас как можно меньше видели. Я знал некоторые имена: Милеюв, Антониелов, но понятия не имел, где нахожусь.Пришлось крепко цепляться за часть, автоматически все они... И тот немец, жандарм, побежал. Было очень неприятно, что он смог ускользнуть от нас, но ведущий нас унтер-офицер подумал, что он может быть спрятан в подвале, дома. Он произнес речь, что он должен выйти, что его не убьют, что [было] неправдой, что его не убьют, чтобы он сдался и так далее. Наступила тишина и такое настроение, что люди начали верить, что в подвале действительно сидит парень. Это меня разозлило, я сказал: «Я пойду туда».Я вошел, и там никого не было, конечно, и это было хорошо. Я думаю, это было [так, что] я хотел немного показать себя, что я снова не тот паникер из города. Хорошо. С деревни собирали различную добычу, только обувь и разные вещи на двух телегах, и компания вся ушла пешком. Слишком близко для разграбленной немецкой деревни. Только подошли к какому-то домику лесника и меня тут же поставили в караул, а через два часа (смена обычно была каждые два часа дежурства) еще и сказали: «Смены не будет».Ладно, [стоя] следующие два часа, с семи до девяти, с девяти до одиннадцати. Одиннадцать часов, у меня дежурство в лесу, я пошел в домик лесничего, распластался на земле, снял пальто, рюкзак под головой. Вот сейчас прилетает парень, один из тех, кто нас поменял на вахте, потому что нас было двое. Казаки - называли их казаками, но обычно это были русские ссыльные на немецкой службе - "казаки на дороге". Вот и получился такой водоворот. Никого больше нет, я тоже гонюсь за ним.Я видел последнего, который убежал через дыру в заборе, так что следуем за ним и взрываем. Я догнал, поехали. В лесу совсем тупо, потому что ничего не видно, кроме леса, стреляют, да, ветки падают, сбиты... Наконец, мы убежали в какое-то поле из леса. Это была настоящая суета. Мы шли в какую-то атаку, никого не увидев — ты теряешься, но ты делаешь то, что делают другие, потому что это другое. Мы побежали через поле, и они сосчитали, и нас всего двенадцать, а было тридцать пять или около того. Где-то [есть] другие.Но снова начинается стрельба, яростная в лесу, из которого мы выбежали. Косуля убегает из леса. В конце концов стрельба прекратилась. Кто пойдет в патруль. Я снова вызвалась, поехали вчетвером. Нет никого. В одном месте я обнаружил лужу крови и муравьев, которые поедали кровь. Ничего нет. Пришли к домику лесника - пусто, никого нет. Мы повернули назад и шли остаток дня и всю ночь, а утром пришли к хижине, где легли спать в сарае. К утру там уже довольно много ушло.Однако это была, оказывается, та точка, где в случае рассредоточения отряда все собирались и собирались. Я имею в виду, не все из них, потому что восемь были убиты. В любом случае компания развалилась. Потом они еще были в лесу, в заговоре и так далее, но потом расстались. Просто подразделение начало самоликвидироваться. "Пиорун" сел и написал рапорт командованию о случившемся. У меня было несколько близких, скажем так, дружеских, и они уговорили меня поехать с ними, мы поедем в Петркув и что-нибудь придумаем, не это.Я махнул рукой, отдал обратно, у меня был французский лебель, винтовка, я положил ее на кучу оружия в сарае, я выписался из Пиоруна, и мы поехали.
Там, опять же, ситуация такова, что в семье моего [друга]… Могу назвать свое имя, Чеслав Сломка, очень хороший мальчик, но [было] три брата, все в лесу. Время от времени они приходили их искать, а я не мог находиться в этом доме. Я только что немного поспал на чердаке. Тогда что тут делать. Тем более, что я потерял свое удостоверение личности, так называемую Кеннкарту, в одном из амбаров.Поэтому ничего - еду в Варшаву и все. Ехал немного в страхе, потому что, когда я шел этой дорогой, в Петркув из Варшавы, ее обыскали и жандармы всех опознали, некоторых проверили и так далее. Как только я попаду, к тому же, в шинели крашеной, но военной, усыпанной соломой, со стеблями соломы, [выглядело] довольно подозрительно, без документов еще. Это был второй день Пятидесятницы, и они, должно быть, праздновали друг друга, немцы. Так что в Колюшках, Скерневицах я искал, не спрятаться ли в туалете, может быть, это спасет [меня], но никто не влез.Так я добрался до Варшавы и поехал домой. Немцев дома все время не было, так что все было нормально.
А потом я снова пошел к Кшису Стефановскому и сказал, что хотел бы быть в диверсии. А он: «Ну, погоди, здесь представитель диверсии, он тебя достанет». И назвал «Мышка», Марыся Урбанец. Ей было, может быть, я не знаю, не больше [лет], чем мне, семнадцать или около того. Вот так она выглядела с косичками, такая блондинка. Никто бы не подумал, что она диверсант.Дело в том, что [она была] в «Зоське» и протестовала против меня, а я эти два месяца — июнь и июль — был в батальоне «Зоська». Ну, на тот момент я был только в одном бескровном бою. То есть берет шины из шиномонтажа на улице Медовой. А потом были еще и тревоги и точно могу сказать первый день Восстания. До утра... Мы были просто в травмпункте на улице Гжибовской (вероятно [номер квартиры] 68 или 70, но, вероятно, 68), у матери одного из наших друзей. В основном отделение в «Зоське» было один плюс пять, но там был еще и заместитель командира отряда, бригада была из двух отделений, так что нас было семеро.И тут к нам подошел командир этой команды и сказал, что "Зоську" поделили из-за его оружия на первый и второй бросок.
  • Как звали командира?

У него было прозвище «Мись», и его имя можно было проверить в любое время. Это был командир 4-го взвода 1-й роты, но мое имя ускользнуло (у меня склероз, особенно с фамилией). Так что он подошел и сказал, что мы находимся на втором флеше и нам нужно ждать офицера связи, или если они пришлют нам оружие, тогда мы присоединимся к первому флешу.Нам совсем не понравилось, но ничего страшного, приказ есть приказ, сидим. Ну, часов в пять началась стрельба, слышны были гранаты и рывки, всякие выстрелы, а мы сидели и ждали. Нет радости. Но тут мать этого друга, наша хозяйка, накрыла на стол, еще водки, селедки, чего-то, и это несколько разрядило обстановку. Потом этот наш приятель говорит матери (это запало мне на всю жизнь): «Мама помнит, что перед кампанией 1939 года мы принимали курсантов, сколько их было».- "О да, да. Все они погибли». Умерли, ладно, бывает. Но по крайней мере, как будто по комнате прошла такая тень, как будто мы ее услышали. А на самом деле это было 1 августа, а 31 августа жили двое из нашей семерки. Вот только у этого Анджея впереди было еще два дня жизни, а я лежала на носилках на улице, а священник отправлял мне последний обряд. Так что это была какая-то [интуиция], она меня связала. Но мне повезло, что утром 2 августа... потому что тогда мы присоединились к ближайшему отделению.Это был «Хробры I», а не II, с майором «Сосна», и мы представились в качестве диверсии, поэтому он нас взял, и мы были на заставах на Гжибовской, на углу Желязны и на углу Врони, трое в каждый. Не трое, а четверо, потому что какой-то гражданский, мальчик из Лодзи, который… Двое из нас были в нелепо белых куртках, разве что умереть в первом ряду. Потому что это была белая лошадь для кавалериста, правильно - вас не обязательно видно издалека. Ну, этот мальчик из Лодзи принес какие-то темные куртки, так что эти двое переоделись, не помню кто из нас, и он «обнялся», [то есть] присоединился к нам и был уже с нами.
А утром это было просто... Ну люди там, очень эмоциональные, с большим энтузиазмом строили баррикады, но баррикады, сделанные из каких-то табуреток, бревен, конечно ничего не стоят, разве что через них все видно, но иначе он не для стрельбы.не беда. Они построили эти баррикады, и он уехал из Товаровой в Гжибовскую - я был на углу Врони - въехал танк. Ну, ударил он где-то между Вронией и Товаровой, где-то посередине и через мгновение... А у нас было довольно умеренное оружие [нам дали], то есть одна "филиппинка" (граната), и одна бутылка с зажигательной смесью.И через мгновение взрыв. До сих пор я не знаю, было ли это так, как я это воспринял. Так я понял, что лечу в воздухе. Я лечу в воздухе и падаю, и при этом как будто кто-то ударил меня палкой по спине. Эта "Филипинка" и бутылка по брусчатке катится, тут ловлю себя - ну кровь. Я ранен, меня трясет. Ну, к счастью, это была легкая рана и оригинальная, я бы сказал. А именно, какой-то осколок от того танкового снаряда, крутясь, раз пять-шесть попал мне сюда в спину [через плечо].Вот только он вырвал такие дырки от гвоздей, такие ямочки. Все они потом зажили, кроме вот этой, вот у меня одна дырка [на спине]. Во всяком случае, я не мог пошевелить этой рукой, она болела, и я был заряжен... Легкая рана, но, черт возьми, она, должно быть, спасла мне жизнь, потому что эти мои друзья отправились на Волю и в Старый город за два дня, и если бы я был с ними, то меня бы [тоже наверное] расстреляли. Все они умерли, все до единого, а я остался здесь и живу.
Потом, со 2 по 7 августа, я лежала и на седьмое утро мне было так [хорошо]… Тоже эта рука была не очень работоспособна, но я чувствовала себя так хорошо, что пошла искать, ну и дальше драться где-то.
  • Где вы продолжали сражаться?

Это привязало меня к этой области. То есть Гжибовска, Крохмальная, этот район все время, только на разных участках Гжибовска. А там, ну это такой нормальный способ. У нас уже было... Пока потери были умеренными, но они конечно были. Подошли так называемые украинцы, то есть бывшие «красноармейцы». Они подходили туда, делали небольшие походы, мы отражали, перестреливались. Иногда кого-то задевало, но не часто.Очень мало боеприпасов.
Слушаю?
Сударыня, кроме гранат и бутылок (гранаты - это "филипинцы"), у нас в этой предполагаемой роте был один пулемет и у нас были винтовки и несколько пистолетов-пулеметов, был Бергман и какой-то стен. Но это все вместе, [то есть] во-первых, оно не было постоянным, потому что не хватало оружия, только потому, что у тебя было шесть часов работы на заставе, на перекрестке, и как ты ушел из этого смены, он сдал оружие.Оружие менялось, те, кто приходил, брали оружие и снова и снова оставались на заставе, верно. Разве что потом стало немного лучше, но все же, я бы сказал, может быть, без каких-то особых [исключительных ситуаций]. Пожалуй, я не буду здесь вдаваться в подробности, потому что это такая [бытовая] серость. В лучшем случае какие-то небольшие вылазки, какие-то отражения этих нападений. [Боеприпасов было очень мало. Иногда по пять патронов в день].
Могу здесь, потому что это, пожалуй, интереснее, рассказать о моей последней акции, которая тоже была неудачной, потому что фактически почти ликвидировала [компанию].Не слишком долго? А именно, это был конец августа, ночь с 30 на 31 августа, когда заканчивался Старый город и было это нападение со стороны Средместья. Должна была быть атака со стороны Старого города и атака с противоположной стороны, со Средместья, чтобы облегчить их переход из Старого города в Средместье - тех [Аковцев], которые еще жили в Старом городе […]. Это, конечно, не имело успеха. И вот опять в нашей [части] это был наверное 2-й батальон в "Хробрых II". Судя по воспоминаниям комбата [Вацлава Загурского], выпустившего [после войны под названием «Вихерская свобода» целиком], прорыв немецких рубежей не увенчался успехом.Хуже всего было, наверное, у нас, потому что собирали... Я именно здесь помню, должно быть, уже история [ушла], что это за оружие было. Нас [в этой операции] было тридцать восемь человек, и во всей этой роте было семь винтовок, пять автоматов — в нашем взводе, это был наш взвод — а остальные с гранатами. То есть из тридцати восьми с длинными орудиями было двенадцать. И было лучше, чем было раньше, потому что была какая-то добыча, какое-то комбинированное [оружие]. Тем не менее обстановка была такова, что наши горняки - женщины, минерки - должны были спуститься со стены на улице Крохмальной, чтобы можно было выйти за Крохмальную и продолжить путь вглубь немецких позиций.На самом деле на улице Крохмальной были немецкие бункеры, построенные тем временем, во время Восстания. И такая ситуация, которую прошли эти девушки, уволила. Судя по всему, мин было бы две, только одна выстрелила, но так это было или нет, не знаю, было сказано. И мы [собрались] в таком дворе перед улицей Крохмальной — все сгорело, конечно, одни развалины — и приказ прыгать через улицу, в эту дыру. Ну, я бегу к этим открытым воротам, а тут в это же время немцы кидают в них ручные гранаты.Перед этими воротами [гранаты] падают одна за другой, взрывы, ну не очень веселые. И вижу, что кто-то прыгает передо мной. Я не был первым, но я был вторым. Ну, я вырвался посреди улицы, на какие-то кирпичи, и этот тоже сломался, к тому же он мой друг (я не знал, что это он, но мы там застряли вместе). Он вскочил и побежал, я тоже вскакиваю (как-то [были] секунды или минуты, что был перерыв в метании гранат), бегу на другую сторону улицы Крохмальной, а дыры там нет.Сказали, что ворота будут открыты - ничего подобного. Стена около трех метров высотой и она не гудит, [некуда] двигаться. Я смотрю, откуда те немцы бросают эти гранаты, чтобы увидеть [их] […], но не знаю, откуда, ничего не вижу. А потом запустили ракету и стало совсем светло. Я смотрю, смотрю, но не вижу. Нет людей, я никого не вижу. Я вспомнил, что как будто сфотографировал, то есть всю картину этой разрушенной улицы, такой... И когда упала ракета, когда моя тень пробежала по стене рядом с ней, я все это отметил с каким-то точность, потому что я знал, что это, вероятно, закончилось.А потом столб огня и не знаю на сколько секунд я потерял сознание. И если я просыпаюсь, я сижу там. До этого я не садился, а стоял на коленях под этой стеной. Но у меня лапа свисает и я вижу, что у меня нет винтовки, потому что у меня была винтовка в правой руке и что-то с ногой. Левой рукой щупаю, что ладно, щупаю тут - кишки такие тут, без ботинка только... А правым глазом толком не вижу. Но я все еще возился с левой рукой, схватил винтовку и побежал на другую сторону, обратно к тем воротам, откуда я выскочил раньше.Я пробежал через эти [врата], ни шагу дальше. Как только я войду в ворота, дальше я не пойду. Туда меня несли, по дороге опрокинули, на этих кирпичах. И на этом моя война закончилась.
Потом я лежал по разным больницам, местами совсем засыпал, но, ну... Во всяком случае, я перестал драться. Более того, когда меня увлекло этой рукой, - здесь можно двигаться, здесь у меня еще торчит кусок кости - эти три сломанных пальца и порванные сухожилия, и прежде всего стопа.А у меня глаз зажил, только прокололи, потому что он такой маленький здесь сидит. Я весь переполнен такими маленькими жабрами, от этого. Потому что я обнаружил, что эта немецкая граната в принципе бесполезна. Если бы я получил приличную гранату, я бы остался ни с чем. Он просто должен был ударить меня. Интересно, что имевшаяся у меня на тот момент винтовка была уже русской винтовкой, которая была захвачена до и во время этого завоевания "украинцами" - потому что мы называли их украинцами, как правило, ошибочно - тоже погибла от гранаты, которую он дополнительно раздал так, чтобы вместо приклада осталась вот такая палка.Но в таком состоянии он был в употреблении, я сам его раньше снимал, на улице Гжибовской. И [винтовка] пошла к оружейнику и с красивым прикладом снова досталась мне. [Это была] русская винтовка. И теперь он снова остался с той же палкой, что и раньше. Видимо, он приносил такие несчастья или счастье. Так или иначе, меня несли туда, и я помню ощущение, что я чертовски хочу спать, но слишком больно [засыпать]. Это начало болеть, не сначала, но потом стало сильно болеть, но это не дает мне уснуть.Мне дали морфин. Должен признаться, что отныне я с большим уважением отношусь к морфию, потому что ты просто прекрасно себя чувствовал! Я имею в виду, здорово - совершенно ошеломленный, такой тусклый, но ничего не болит, это здорово. И там у меня был эпизод, когда меня посадили перед переполненной больницей, где уже не было мест. И кто-то надо мной [спрашивает], как я себя чувствую. — Ну, не совсем, не совсем. - "Так, может быть, ты признаешься?" Я думаю: «Что, черт возьми, я такой плохой?» Я не думал, что это так, но этот меня уже там помазал, а тот, он дал мне отпущение грехов и мир сразу.
  • Как гражданское население реагировало на бой? За восстание?

Мэм, сначала с необычайным энтузиазмом. Потом все изменилось, надо сказать. Я к тому, что когда я лежал на точке, где долгое время был единственным военным, а лежали только раненые гражданские, то была создана такая маленькая точка, где я лежал. Я был в шести или семи больницах, в том числе там. Я должен сказать, что они ужасно ошибались. Требование, ну, это было просто безнадежно.Восстание было запрещено, это, надо сказать, преобладало мнение. Но я не встречал никого, осуждающего Армию Крайовой и солдат.
  • А какие тогда были условия жизни в Варшаве? Как вы это помните? Еда, одежда, гигиена?

Мэм, пока я еще шел, с едой все было в порядке. Было мясо, в основном конина, и собаки. Я съел собаку, но меня удивило, что мне не сказали, что это собака. В госпиталях разные, но в этом госпитале, в котором, говорю, я лежал с гражданскими, было безнадежно.Я бы сказал хуже, чем в лагере. Просто прозрачный ломоть хлеба, а потом плюющая крупа или что-то в этом роде с тухлыми помидорами… Это было очень плохо. А что касается гигиены, то когда сломалось водоснабжение, было очень плохо. Во-первых, потому что там было все… везде были фекалии. Всего один флигель, можно сказать, один раз. Миллионы мух. Это было довольно часто - я не знаю, была ли диарея связана с этими мухами. У многих была диарея.И все больше и больше вшей. Не знаю, может, не везде было так. Так было и у нас. Кроме того, наверное... Как зовут этого англичанина, писавшего о войне в Испании? Год 19…
Какая?
Оруэлл. В связи с этой Испанией Оруэлл писал, что неразлучный спутник каждого солдата — вошь. То же самое было и в когортах Цезаря, и у крестоносцев, и у людей всех войн - все чесались, потому что у всех были вши. А сейчас кажется, что с ДДТ, наверное, покончили, а он там был... У нас в лесу были вши, как и здесь, на улице Гжибовской, у нас тоже были вши.Это какое-то… действительно, видимо [вши] хорошо [в таких условиях] себя чувствуют.
  • А какой была ваша культурная или религиозная жизнь? Вы читали подпольную прессу, участвовали в мессах?

Пришла подпольная пресса, в основном это "[Информационный] Бюллетень". Там были газеты всех видов, потому что это было все. С другой стороны, культурно... Я знаю, это вопрос, который я однажды услышал: "Как вам концерты?" Они им не нравились, потому что [я не ходил ни на какие концерты].Они были, я знаю, они были в Южном Среднеместье, но у нас не было пути. Или праздновали ли мы День солдата 15 августа. У нас была атака пехоты с танками 15 августа, и уж совсем ни о каких солдатских праздниках никто не вспоминал.
  • Посещали ли вы, например, мессу? Были ли они организованы?

Массы были, но не на передовой. Я не думаю, что когда-либо посещал Святую Мессу, потому что с нами никого не было на линии. С другой стороны, в ситуации - особенно когда эту так называемую "толстую берту" порубили, это ужасное дело - тогда в этой больнице, где я был, была сестра по имени "сестра Молитва" и она говорила ектения за ектеньей.И люди молились. Я слышал, меня там не было, но я слышал, что это было там, сзади, что эти мессы были и [были] невероятно посещаемы.
  • А как вы вообще помните немцев или врага? И были ли вы свидетелем каких-либо трагических событий? Может геноцид?

Нет. Вы знаете, перед Восстанием я слышал залпы публичных казней. Я был на месте через несколько минут после казни. Я видел кровь и мозг, да.
  • И где происходила эта казнь?

Это произошло на улице Вавельской.Это был дом справа, дом со стеной без окон, а под ним была [стрельба]. Это какой-то квадрат, я точно его помню. [Я тоже был сразу после казни] на Эмилии Плейт, наверное, Эмилия Плятер или Пий... Во всяком случае, один из первых, тоже везде были цветы и свечи. Я видел облавы с избиениями, да, мужчин и женщин.
До.
Не во время восстания. Вы знаете, я видел этих немецких военнопленных. Это была странная история, потому что руководство Армии Крайовой с самого начала Восстания - я сам это читал - приняло общее решение, что с солдатами Вермахта обращаются согласно Гаагской конвенции, нормально как с пленными, которые сидели в плену, живой.С другой стороны, эсэсовцев, железнодорожников и воюющих немецких гражданских лиц следует рассматривать как военных преступников. Это было однозначно. Но тем не менее, я помню, что после падения ПРОШЛОГО [...] я видел тех эсэсовцев во главе (несколько дней спустя), которые - и мне это не понравилось - должны были кланяться каждому солдату в шляпе [у по крайней мере] они были живы, вопреки этому постановлению. Возможно, дело было в том, что они массово сдавались в плен. Эти несколько десятков человек сразу сдались, так что, может быть, было глупо убивать эту компанию.Но что...
  • Какое у вас самое лучшее и худшее воспоминание о Восстании? Можете ли вы назвать что-то подобное?

Лучшие и худшие… На этот вопрос очень сложно ответить.
  • Может быть, есть что-то особенное, может быть, какие-то коллеги, какие-то ситуации?

Да, это. Я видел однажды... не мои друзья, а в первый день Восстания - не в первый, утром второго, прежде чем меня ранили - строили... Нет, прости, вернись! Первый, однако.Это было 1 августа. Они строили эту баррикаду на углу улиц Гжибовской и Вроня, используя различную мебель и так далее. Делали это с большим энтузиазмом и для меня это было какое-то, ну эмоциональное, когда такой горбун рвал шкаф что ли. Все кричат: «Мы все пойдем, все мы!» Конечно, ему тяжело туда идти. И кроме того… ну нет… Эти отдельные [образы], например, я разговаривал с такой медсестрой, ожидая перед последней акцией, где много людей умерло потом, когда меня уже не было.И сказала: «Ну, Мороз, все будет хорошо, плохое не пропадет». Потом она умерла в одиночестве той ночью.
  • Ты помнишь ее имя или прозвище?

Какая у нее была кличка, я помню: «Бася». Была "Бася", я не знаю, как ее звали. Я могу посмотреть здесь, потому что у меня есть книга о Храбрых, но там очень большие и.. Это не жалоба, потому что это тяжелый случай, но мои друзья вряд ли там. А "Бася" была такая... У нее была какая-то любовь, роман с курсантом, который уже умер несколькими днями ранее, и про нее говорили - ведь она такая брюнетка - должно быть, еврейка.Она покраснела, сказала: «Нет, нет». Ну, но она умерла там тогда.
Помню так же, он был такой... Какой у него был никнейм? Я тоже ушел. Но такой классный мальчик. За ними втроём следовал очень неприятный, но очень результативный, хороший для меня стрелок, и у него идиотски наложенная на ложку граната. Каким-то образом эта проволока ослабила то, что он держал, и оно взорвалось у него в животе. Ну, скажем, спокойно с ним, потому что он там пошевелил глазами несколько минут и умер, потому что без живота, а [другой] там несколько десятков утр - вся спина в клочья.И меня впечатлило, что он не издал ни одного стона, такого сильного.
  • Можете ли вы назвать несколько имен коллег, которых нет, например, в этой литературе?

В литературе? Надо бы проверить, нет ли их в литературе. Там был мой друг, тот, кто пошел первым, Весик Мариновский. Он умер через несколько дней, и неизвестно, что случилось, причем очень странным образом. Но это была история: он был сыном матросского капитана, ранее работавшего в подполье, арестованного и убитого в Майданеке.Мать была офицером связи в Главном Штабе и погибла во время Восстания. Я даже был с ним на ее могиле, потому что она в одном районе. И у него была замужняя сестра, шурин тоже умер. И он остался, и эта сестра осталась, она выжила, после войны я ее ни разу не видел. Но этот Висек был довольно странным, потому что выглядел как… Он действительно был, не знаю, если не самым смелым из всей этой компании. Он пошел на все без колебаний. Но он ушел, он ушел. И только потом пришло известие (не знаю, насколько оно было правдой, но известие пришло), что он ранен - ​​гораздо меньше, чем я - легко ранен, он шел где-то по Зеленой улице, там, наверное, был ров на Злота, и ему сказали идти в кювет, потому что он под обстрелом.И он пошел на гору вместо рва и был убит. В него попал снайпер. Я не знаю. Если это правда, то это было похоже на самоубийство, я не совсем понимаю всю эту историю. И парень был идеальным, на мой взгляд.
  • А когда ты стал старшим стрелком?

Слушаю?
  • Когда ты стал старшим стрелком?

Я, как стрелок, лег в эти семь госпиталей один за другим, а потом мне принесли весть (подтвержденную, потому что дали), что я награжден Крестом Доблести.А то, после сдачи, я уже немного прихрамывал, а там по десять долларов платили, полтинником - за пять полтинник давали. И была проблема, потому что один должен был носить его и четверо притаились, чтобы он не украл его. Итак, были эти истории, и были составлены списки и так далее, и с оценками. И был командир «Лех Гжибовский», командир нашего [батальона], я имею в виду псевдоним «Гжибовский», потому что были «Лех Желязны» и «Лех Гжибовский». Комбат помогал тем, кто записывал эти данные в таблицу, и спрашивал себя: «Какой класс?»И я сказал: «Я не знаю». Он ужасно нахмурился: «Почему ты не знаешь?» Я говорю: «Я был стрелком, но мне дали Крест Доблести и я слышал, что при получении награды меня автоматически повышают на один разряд». Ну, лицо его просветлело, он сказал: «Пиши: старше».
  • А что у вас было до мая 1945 года?

Слушаю?
  • Что произошло между капитуляцией и маем 1945 года?

В мае?
В мае я приехал, четырнадцатого мая, в Краков, потому что уже знал из переписки, что моя мать здесь.И что было [ранее]. Я сидел в лагере Цайтхайн, который, как вы понимаете, вероятно, является знакомым по счетам. Затем я отправился в Мюльберг, потому что Цайтхайн был для раненых и больных, и мне это не очень понравилось, и я пошел добровольцем, хотя у меня были незаживающие раны, но я пошел в Мюльберг и поступил правильно. Потом... Ну, не знаю, не напрасная ли это трата вашего времени, потому что прошло, наверное, сто минут... Советская армия приближалась с востока, а американская армия с запада приближалась. Мы были на Эльбе - Мюльберг-на-Эльбе.И тогда немцы впервые объявили, что кто хочет воевать за Европу, тот должен отчитываться, он будет вооружен и будет воевать с большевиками. Все русские вызвались как один. Они отправились в ад. Они боялись, потому что знали, что их там либо убьют, либо отправят в трудовые лагеря, где они тоже проживут недолго. Это не имеет значения. Во всяком случае, поляки вдруг [сообщают], что мы будем копать окопы на Эльбе. Ну и великое возмущение поляков: "Почему никакие другие национальности в этом не участвуют, а нас берут?"Нас туда забрали, мы притворились, ничего не делали, только пересыпали землю туда-сюда, чтобы ничего не пришло. Какая-то немецкая собака сказала, что мы не умеем работать! [Мы говорим] показать нам тогда. А он копал яму, все стояли с лопатами, откидывались назад, смеялись вокруг него, а он, бидака, бился. Но это между прочим. Что было интересно, так это то, что к нам в начале этой работы подошел унтер-офицер и объявил, что мы должны перекопать столько-то сантиметров в ширину, столько-то сантиметров в глубину и отбросить хорошую землю назад, а глубокую, неплодородную — вперед.И тут встал вопрос: "Где перед, а где зад?" Артиллерийские выстрелы можно было услышать и с запада, и с востока одновременно, поэтому было неизвестно, кто придет первым. Он так махнул рукой и ушел, ничего не сказав. В любом случае нас освободили... Была такая ситуация, что были вызваны все распорядители - у каждой нации, у каждой нации был свой доверенный человек, который выступал посредником между немецким командованием лагеря и пленными . Так звонили всем. [Было объявлено, что] лагерь будет занят советской армией в ближайшие дни.Кто хочет, тот на некоторое время получит там еды и может быть отведен на запад. И все приказчики, кроме польского, отказались. И польский, да. И нам объявили, что кто хочет, тот может идти на запад, а кто нет... И наступила неразбериха на свете. В то время у меня еще была беда с ногой, потому что здесь мне надоело... Вот я и пошел к такому очень деловитому сержанту, который заведовал нашей казармой, и спросил его, знает ли он, какие маршруты всего этого намечаются . Он говорит: «Ну, сорок километров»."О, сорок километров?" Я не закончу войну тем, что меня расстреляет немец и бросит в канаву, потому что я не смогу ходить, поэтому я решил остаться.
Нас оставили, нас было около 1500 человек в польском лагере, осталось каких-то 200, а потом другие показали нам: «О, это коммунисты!». Там не было ни одного. Потом у некоторых были карьеры, но в основном компания была... По разным причинам [остались]. Во всяком случае, мы все дружно пошли тащить немецкие подводы, очень хорошие такие подводы, с дышлом, тащили.Тележка с добычей и едой. Мы пошли домой пешком. Ну, там довольно важное... Вот как выглядели эти немцы после прохождения советской армии... Совершенно уникальное зрелище, я бы сказал. И мужчин уже не было, только несколько трупов. Но через несколько дней я действительно это сделал, эта нога сломалась так сильно, что я не мог ходить. Так меня сдали, друзья оставили меня в городе Шпремберг, в госпитале 2-й Народной Армии.
Ну, меня туда приняли, там были такие врачи, в основном офицеры.Не все говорили по-польски или немного, потому что они были поляками по происхождению, а поляки были. Я сказал, что я из Армии Крайовой. И тут человек из Львова, который там был, офицер, говорит: «Господи, не говори мне везде, что ты из Армии Крайовой! Ведь первый спецназовец поставит тебя к стенке». Что ж, это заставило меня немного задуматься. Я не знал, каково будет здесь, но я промочил эту ногу весь день, отдыхал, лежал и чувствовал себя намного лучше. Скажем, как-то я еще хожу.Вот я и обратился к директору всей этой больницы, такой был польский еврей. Я сказал еврею, что мне нужен пропуск куда-нибудь восточнее, в госпиталь. И он мне его подарил, даже с большим удовлетворением, потому что я проблема, что тут делать. Я вышел из той больницы и попрощался с теми знакомыми, которых [встречал]. И этот солдат стоит на страже там и мне, что я [хочу] здесь. Ну, я показал этот [проход]. Он даже читал ее вверх ногами. "Хорошо". Так я остановил первую - они назвали ее машиной - грузовик, грузовик, какой-то русский.Я остановил его, забрался на ящик, потому что он идет на восток. А я ехал один, смотрел, куда еду. Мы проехали несколько десятков километров, но он вдруг поворачивает на юг. Так я постучал в окно здесь, он остановился, я вышел, спасиба . Я продолжаю пешком. Как-то до сих пор помню - я как-то блаженно был один, не знаю, что будет, но реально весело, что я уже сбежал из этой больницы и этого...
Я приехал в какой-то городок - Рауш.Теперь это Рушув, уже в пределах Польши. Смотрю, там такой поезд с лором, такие товарные вагоны, и там много народу сидело в этом поезде. Я приближаюсь. Там все говорят по-польски, возвращаются с работы. Они сели на этот поезд, они возвращаются в деревню. Ну и я тоже, я тоже там сижу. Но ко мне пришли какие-то НКВД, а я там... Когда все ушли, я поменял форму на американскую, которую кто-то оставил. Немного потрепанный, но хороший. И я был в американской куртке, потому что штаны были другие.И этот адрес НКВД мне: А ты от куда? - Я? Из исправительно-трудового лагеря, пленный, дамой . А он мне говорит: "А в армию , а не ?" И это было 8 мая, и небо было полно ракет, которые все запускали, празднуя окончание войны. Говорю же, я ему показал: Вайна ака . А он [зарычал], оскалил зубы и ушел. Я даже задумалась, не пойти ли мне куда-нибудь еще, но я думаю, что если он встретит меня в другом месте, то подумает, что я убегаю, и поэтому я уверена.И я сел на этот поезд, он тянулся довольно долго. Там, на какой-то станции, нас остановила польская армия и все удержала, потому что там много сабли брали! У меня ничего не было, а у других с добычей. Сохранили армию и три дня колхозных работ, потому что делать некому. Меня это достаточно разозлило. Ни в какую немецкую облаву я не попадал, чтобы уж тут в польскую попался, ну! Я пошел в город. У меня было одно танго, я ничего не [носил] и нашел какую-то польскую милицию.Зашел, сказал, что я возвращаюсь из лагеря, дайте мне поужинать, и они дали. Хорошо. Я вернулся на вокзал и сел в поезд, доехал до острова Велькопольски, а потом тоже… Нет, я даже прекрасно помню это возвращение. Человек приближался к стране и…
  • Вас после войны репрессировали?

Слушаю?
  • Были ли вы жертвами после войны?

Нет. Вы знаете, я не доверял властям.У меня были довольно сильные впечатления в тридцать девятом и сороковом годах [...] от большевиков и я нигде не сообщал здесь. Я был в Кракове, потому что здесь была моя мать и родственники. Здесь жила моя мама, так что мои отношения с другими коллегами, с друзьями... Во всяком случае, почти никто не выжил, но те, кто выжил, отсидели в Варшаве и большой процент из них потом в детективе. А я нигде не отчитывался. Впрочем, здесь, в Кракове, наверное, было спокойнее, несмотря ни на что. Тоже нет.
  • Как вы оцениваете Восстание спустя годы, решение вспыхнуть?

Мэм, это очень тяжелая история, потому что я стараюсь никого не осуждать.Это была ошибка, конечно, на мой взгляд. Однако я не знаю, не было ли это неизбежной ошибкой. Просто, учитывая отношение общества, а также отношение всех лиц, принимающих решения, другого выхода, наверное, не было. Это не похоже на битву, которая определенно проиграна и сопряжена с ужасными потерями. Этого не следует делать. Ну, в этой ситуации, как тогда... Еще думали, не знаю... На Запад немного рассчитывали. Насчитали, может быть... Не знаю, по крайней мере, тяжело поддерживать, но все же... нация есть.А еще были солдаты, которые подчинялись приказам. Меня это не раз озадачивало, потому что меня такие журналисты спрашивали - не меня и не меня - я тоже слышал по телевизору вопрос к повстанцу: "Как ты решился пойти на Восстание 1 августа?" Этого вопроса не существовало. Солдат подчинился приказу. Его решение было принято, когда он записался в Армию Крайовой. Он не должен был, не было никаких обязательств. Он подписался добровольно и добровольно. С тех пор он перестал быть свободным человеком, а был лишь солдатом, выполняющим приказы.И нечего удивляться, если здесь у кого-то будет выбор. У него был выбор - либо стать дезертиром, либо остаться солдатом.
  • Что еще вы хотели бы добавить? Может ли он рассказать то, чего еще никто не сказал о Восстании?

Подробнее о восстании?
  • Не знаю, может у вас еще есть мысль, которую еще никто не высказывал? Вам есть что еще добавить к этой истории?

Будет добавлено…
  • Если вы не думаете, что мы уже упомянули большинство самых важных вещей.

Нет. Они есть, но это... Нет, они есть, но это, собственно, требует другого разговора. Есть проблемы, которые я тогда наблюдал, скажем так, я бы сказал, военной психики. Как люди себя чувствуют, как ведут себя, как проигрывают, как выигрывают, ломаются или нет. Это довольно интересная история - страх, отвага. Все боятся. Человек, который ничего не боится, ненормальный. Это история... По поводу какого-нибудь авиационного или артиллерийского обстрела все пугаются, разница только в реакции.То есть, будете ли вы сохранять хладнокровие, продолжать действовать разумно или нет. И не то ли он не боится, потому что он непременно боится. 90 311 Краков, 15 апреля 2013 г.
Интервью провела Агата Черняк 90 314 90 315 .

Богдановка. Как русские насиловали, убивали и воровали в тихом селе под Киевом

сегодня 00:23 | Анастасия Чумакова | Дамир Нигматуллин | Джаппар Лили | Алексей Ковалев

Школа в Богдановце

Жители небольшого тихого села под Киевом пережили 21 день российской оккупации настоящий ад.Они умирали на своих собственных дворах, их насиловали в собственных подвалах, они бежали, просили сохранить им жизнь, а иногда и дрались. Журналисты независимого российского сайта «Медуза» совместно с журналистами проекта «Астра» по часам реконструировали события периода с 8 по 29 марта, когда россияне дислоцировались в Богдановке под Киевом.

В начале апреля мир узнал о Буце: именно она стала символом жестокости российских солдат во время вторжения в Украину.Там русские разрушали жилые дома, а мирных жителей расстреливали, пытали и насиловали. Но то же самое произошло и в других частях Киевщины на правом берегу Днепра, находившихся под полной российской оккупацией в первые недели войны.

На противоположном берегу наступление на Киев остановилось: колонны бронетехники попали под шквальный огонь на окраине города-спутника Киева, Бровары, а затем рассеялись по окрестным селам.

Одним из населенных пунктов на востоке Киевской области, где укрылись российские солдаты после обстрела колонны танков на пути к столице, стала Богдановка, небольшой поселок в 20 км к северо-востоку от границы Киева. До войны здесь проживало 2,5 тысячи человек. люди. Село находится по дороге на Бровары, крупнейший населенный пункт Киевской области и город-спутник столицы.

Старый центр Богдановки тянется вдоль главной улицы Хмельницкого, с домами на севере и т.н. поля на восток, где постепенно строятся жилые дома киевского среднего класса. Именно туда, «в поля», как говорят местные жители, заселяется «молодежь», то есть состоятельные молодые семьи из Киева.

Надпись "Мир.Проверенный" можно найти на многих воротах в селе - он имеет сдержанный синий цвет, но достаточно большой, чтобы его было видно издалека. После обхода домов, где российские военнослужащие искали мужчин с военным опытом, солдаты оставили такие маркеры повсюду Богдановка,

Надпись «Проверено, мир» на заборе дома в Богдановке, оставленная после контроля россиян.

После вывода российских войск из Киевской области и окончания оккупации в село вошли украинские саперы, и на тех же заборах появились новые вывески: большие точки означали, что дом проверен; вопросительные знаки означали, что входить в дом может быть опасно. Вернувшиеся домой жители обнаружили в своих автомобилях и домах бомбы и мины. Они также нашли тела и свежие могилы.

Знак вопроса, оставленный украинскими инженерами на стене дома в Богдановке.

8 марта, полдень. Начало оккупации

Первая колонна российских танков прибыла в Богдановку днем ​​во вторник, 8 марта. Камеры уличного наблюдения зафиксировали его передвижение по ул. Хмельницкий около полудня (видео ниже):

Во дворы сразу свернули несколько бронемашин, в т.ч.в на ул. Крым. Солдаты прятались в недостроенных домах. - Их было 10-15 человек, - говорит Валентин, житель Богдановки. - Они сломали и разграбили магазин, а потом с мешками на плечах пришли к нам жить. Они ворвались.

37-летняя Кристина (имя изменено) живет с отцом и женой брата в восточной части Богдановки. Их дом находится «в поле», на улице Залесской: - 8 марта начались тяжелые бои [на трассе, ведущей в Киев через Бровары], мы видели, как танки проезжают через село и много дыма на трассе.Некоторым нашим соседям в тот день удалось спастись: им пришлось как-то проскочить между военной колонной, которая двигалась в сторону Киева, и той, что возвращалась из боя позже.

Кристина несколько лет работала в одной из крупнейших строительных компаний Украины, но планировала бросить работу и стать специалистом по большим данным.В начале марта она купила билеты в Париж, но не уехала.

Виктория (имя изменено) живет в доме рядом с Кристиной. Также она наблюдала за машинами в бинокль: - Ближе всего к нам находился танк с белой буквой О, это был перекресток ул. Залеска, рядом с сосновым лесом. Он заехал во двор к нашим соседям, постоял там, развернулся и уехал куда-то еще.

Виктория с мужем обычно приезжают в свой загородный дом в Богдановке в начале курортного сезона, но в этом году они решили переехать туда из Киева в конце февраля, сразу после начала войны, посчитав, что во время бомбежек там будет безопаснее столицы. Незадолго до нашествия ее муж Алексей достроил в доме камин; пар согревал ее во время оккупации.

Самый дальний, на восточной окраине Богдановки, в конце ул. Залеска, там дом 34-летней Евгении (имя изменено). - Мы видели дым только на трассе. Я повесил на ворота тряпку, чтобы сразу было видно, что в доме есть гражданские, - рассказывает он нам. Евгения видела, как по ул. Хмельницкого в сторону шоссе на Бровары, вернуться в деревню и пройти через огороды, а затем спрятаться в сосновом лесу.

Еще через несколько часов солдаты начали таскать мешки с продовольствием из разграбленного магазина по опустевшим домам, - вспоминает Кристина.

9 марта.Первые два убийства и изнасилование

9 марта в восточной части Богдановки произошло как минимум два убийства и одно изнасилование. Их совершили одни и те же солдаты. Это станет понятно, если сравнить отчеты о событиях 9 марта, собранные со всех соседей по ул. Залеска.

Утром, ул.Залеска. Дом Олега. Начало «тура» 90 020

Утром 9 марта группа российских солдат начала обход улицы Залесской. Практически сразу в руках солдат появился алкоголь: - В одной руке автомат, в другой бутылка. Он стреляет и пьет немедленно. И красные кроссовки на ногах, - говорит Олег, живущий в доме на ул. Залеска.

Российские солдаты использовали украденный красный квадроцикл, чтобы вынести вещи из кабин. - К нему прицепили автомобильный прицеп и увезли все в лес, - вспоминает Александр с соседней ул. Крым. После оккупации жители найдут в этом лесу кучу телевизоров.

Валентин смотрел "раунд" ул.Залеска из окна: - Ходили из дома в дом. Итак, вы сидели у окна и смотрели, как они идут — и вы понимали, что они сейчас идут к вам. Перед моими воротами уже стоял танк.

На видео, размещенных в социальных сетях жителями Богдановки, видно, как российская бронетехника движется по селу в поисках места для парковки, въезжая прямо во дворы.

Надпись, оставленная на ул. Залеска в Богдановке русскими солдатами. В верхней части «вот две шапки» цитата из песни «За тех, кто с нами» рэпера Басты, очень популярной в России.

Уже в полдень напряженность между российскими военными и местными жителями переросла в вооруженное противостояние.«Они вломились в дом моей свекрови, — вспоминает Олег. - Слава богу, она в этот момент была с соседкой. И я наблюдал за всем этим из своего собственного дома.

У Олега в это время были другие люди: - Моя дочь, мой друг и его девушка... Пришли 20-летние девушки. Моему сыну 16 лет. Я знал, чем все может закончиться, - вспоминает Олег.- Решение как-то пришло: у нас было охотничье ружье, и мы с моим спутником решили, что если они зайдут, то будем стрелять.

Когда солдаты перепрыгнули через забор и стали открывать ворота во двор Олега изнутри, изнутри дома раздались выстрелы (Кто стрелял, Олег говорить не хочет).- Мне кажется, они даже кого-то обидели, - говорит Олег. - Русские кричали "Триста!" [на сленге российских военных это шифр раненого]. Мы выиграли 15 минут, чтобы сбежать. Мы перелезли через забор и побежали в лес.

Сумки с вещами, украденными солдатами в домах по ул. Залеска.Русские покинули их по неизвестным причинам.

Дом Кристины

Кристина, соседка Олега, услышала выстрелы на его участке. Группа перепуганных солдат, бежавших оттуда, попыталась спрятаться у нее во дворе. Всего их было человек 10. - Сначала разбили окно и стали допрашивать, кто наш сосед. В него хотели кидать гранаты, - говорит Кристина.Но потом они расслабились и сели на террасу. Они заговорили, попросили сигарет и взяли наше пиво. Они сказали, что их поставки были очень плохими. Мы развлекали их около часа.

Лидером группы был мужчина, представившийся Михаилом Романовым. - На вид ему было лет 30, он был очень эмоционален. Он быстро стал выбирать меня, - говорит Кристина.- Он сказал: "Ах, если бы не война..." и так далее. Он танцевал вокруг меня, предлагая подружиться с ним в социальной сети ВКонтакте.

Благодаря тому, что так поступила Кристина, нам удалось найти Михаила Романова.

Знакомимся с офицером Романовым

Романову 31 год, он родился в Челябинской области.Он живет в Чебаркуле, в том же районе, где 11 воинских частей приписаны к 90-й танковой дивизии.

На основании документов налоговой инспекции [журналисты в России очень часто пользуются базами данных госконтор, которые обычно продаются на черном рынке] мы знаем, что Романов работал кассиром в магазине в 2011-2013 годах.

В декабре 2014 года Романов поехал поездом в Миллерово, город в 20 км от границы с Украиной. Там есть военный аэродром. Возможно, Романов оттуда улетел на Донбасс. В декабре 2014 года там воевала та же танковая бригада, потом переименованная в бронетанковый полк, который сейчас воевал под Богдановкой, документацию которого нашли украинские военные.

В октябре 2021 года Романов проехал от Чебаркуля до станции Желанский Свердловской области и обратно. Елански — крупнейший учебный центр Российской Армии под Екатеринбургом, куда съезжаются военные и призывники со всего Центрального военного округа для подготовки к службе по контракту. Неизвестно, что именно там делал Романов, но на его фотографиях в ВКонтакте есть характерные фото застолий с бывшими призывниками после демобилизации, которые потом служили по контракту (а в комментариях к этим фото друзья Романова желают "удачи" к «мальчикам»).

На основании данных, собранных «Медузой», мы полагаем, что Михаил Романов может служить офицером 239-го танкового полка (в/ч 89547) или 6-го танкового полка (в/ч 93992). Оба подразделения базируются в Чебаркуле, городе, где живут Романов и его семья.

Журналисты «Медузы» с помощью местных жителей нашли в Богдановке документы 80-го танкового полка (в/ч 87441, также дислоцируется в Чебаркуле). Этот полк понес большие потери под Черниговом.

Мы связались с семьей офицера Романова.Его отец Сергей Романов (его опознали по фотографиям во ВКонтакте, где он с сыном) сказал нам по телефону, что никакого Михаила не знает, и повесил трубку. В соцсети «Однокласники» прочитали сообщения корреспондента с просьбой прокомментировать возможную причастность его сына к преступлению, но тот не ответил и сразу после прочтения заблокировал журналиста.

Снова дом Кристины

Кристина и ее невестка около часа "развлекали" солдат беседой на террасе.Романов был самым старшим из мужчин, остальным было от 18 до 20 лет. Они упомянули разные города России, откуда они родом, а моя невестка вспомнила Новосибирск, Томск и Челябинск.

- Михаил сказал, что он контрактник, а все остальные призывники, и что нам повезло их найти, - говорит Кристина.«Он сказал: «Вы просто не знаете, что сейчас происходит в другом месте. Какие там зверства».

Ровно в это же время, но по ту сторону Днепра, русские убивали жителей Бучи.

Еще одним солдатом, которого хорошо запомнила Кристина, был «скромный, вежливый» парень лет 25, которого Михаил называл «Виталий».- Когда они пришли к нам домой, Виталий разбил стекло и порезал руку. Мы стали кричать на него: «Ты тоже так в свой дом заходишь?» Он все же извинился и предложил все исправить, — рассказывает Кристина. - Виталий выпил и сказал, что только что женился и очень хочет домой.

- Для всей нашей округи шум их украденного квадроцикла стал сигналом к ​​действию.Если это звучало, значит, сюда снова едут, — говорит Кристина. Михаил и Виталий приходили к ней домой в общей сложности три раза, последний раз около 21 марта 9. Они оба были очень пьяны в то время.

- После парковки Михаил подошел к дому и крикнул: "Кристинаааааа, где ты?!", потребовал, чтобы я пошла с ним - рассказывает девушка.Мама упала перед ним на колени и умоляла его никуда меня не тащить. Михаил тогда предложил пройти в спальню на первом этаже, но я уговорила его выйти на улицу покурить. Тогда он впал в истерику, выхватил пистолет и закричал: «На войне нет прав! Я могу делать с тобой, что хочу, и ничего за это не получу. Я тебя пристрелю, если ты не придешь». со мной!"

Кристина утверждает, что в ответ просто повернулась и спряталась в доме.Михаил взмыл в воздух и побежал за ней. Эту сцену подтвердила мать Кристины. Дома Михаил плакал: "Что, ты думаешь, я всего этого хочу? Я больна, я сумасшедшая. Ты сумасшедшая, плохая девочка. Почему ты ничего не боишься? Глаз!".

До того, как солдаты прибыли к дому Кристины, тактическая группа 90 человек.Танковая дивизия уже понесла серьезные потери в боях на шоссе на Бровары. Там погиб командир полка полковник Андрей Захаров. Неизвестно, когда прибудет подкрепление. Задача уцелевших бойцов заключалась в том, чтобы спрятать технику в окрестных деревнях и дождаться русских частей.

Кристина вовлекла мужчину в разговор о своей семье.Михаил назвал фамилию жены, с которой он собирался покупать дом, а также имена двух своих детей — сына и дочери. Эти имена совпадают с именами жены и детей на сайте Романовой Вконтакте.

Пьяные, Михаил и Виталий, наконец, вышли из дома, когда решили, что им нужно найти еще вина. - Как только мы легли, снаружи раздались выстрелы, - рассказывает Кристина.

В это время в 100 метрах был застрелен муж Виктории.

Вечер. Виктория Хаус

Двое российских солдат в балаклавах вошли в дом 52-летней Виктории ок.время. 21.30. - На кухне разбили стекло, стреляли из автоматов. Мы с мужем кричали, что у нас нет оружия и что в доме дети. Электричества не было, поэтому в темноте мы пытались различать звуки, — рассказывает Виктория.

Все произошло очень быстро. Солдаты один за другим светили факелами в лица домочадцев. В доме было четверо: Виктория, ее свекровь, ее муж Алексей и их 10-летняя дочь.Луч фонарика остановился на ее дочери, и более высокий солдат сказал: «Прости, детка».

Второй из них спросил: "У вас есть подвал?" - Нет, только насосная станция, - ответила Виктория.

«Это буквально дыра размером два на два метра», — говорит он.- Нам разрешили взять одеяло, солдаты стали вести нас к этой насосной станции, но муж был в ярости, что моя свекровь толстая и не сможет туда войти. Солдаты замахали на нее руками и словно забыли о ее существовании.

Вход в насосную станцию ​​во дворе дома загораживает ярко-зеленый люк. В неглубокий колодец ведет деревянная лестница.На кирпичном этаже внизу есть место для нескольких человек.

Насосная станция в доме Виктория по ул. Залеска в Богдановке

Виктория с мужем и дочерью спустились вниз. Солдаты закрыли люк, а через две минуты снова открыли его. Солдат с автоматом в руке спросил: «У вас есть сигареты?»

- Муж ответил: «Нет, я не курил четыре дня», и солдат выстрелил в нас.Пуля попала мужу в руку, — рассказывает Виктория. - Тогда тот же солдат сказал другому: «Возьмите… его», который тут же выстрелил Леше в голову. Леша напрягся и стал падать прямо на дочь, душил ее — так и умер, прямо над ней. Я держал его за руку, пока он не похолодел.

Анатолий, житель Богдановки, через три недели, 30 марта, после окончания оккупации, вывозил тело Леша из насосной станции.- Это был мой друг. Я привел украинских солдат, чтобы опознать его, они помогли мне вытащить Алексея, — говорит он. - Тело все время было там. Он был ранен в голову, все было хорошо видно.

Сосед Виктории Валентин видел, как солдаты ходили по дому с фонарями, и слышал их крики. - Солдаты не могли найти сигарет.Вот они вернулись к хозяину, открыли колодец и выстрелили.

Оставив Викторию и ее дочь с мертвым Лешем на насосной станции, солдаты стали светить факелами в окна Валентина. - У меня в подвале прятались двое 16-летних соседей, поэтому мы не дождались русских, - вспоминает Валентин. - Мы выбежали через заднюю дверь. В итоге мы спрятались у [нашего соседа] Александра.

Почему-то солдаты не вошли в дом Валентина, а пошли к последнему дому в Залеске.

Мужа Виктории, с которым разговаривал Леша, звали Алексей Руденко. В армии не служил, так как был инвалидом из-за проблем со спиной.Последние несколько лет Алексей красил дома в Киеве. «Оружия дома у нас не было, а муж ходил зимой на рыбалку, поэтому у него была военная куртка на черном меху и такие же теплые штаны», — объясняет Виктория. Куртка была в шкафу, а штаны висели на вешалке в комнате. После убийства, когда я вошел в дом, мои штаны лежали на полу, а вешалка была сломана. Видимо, все дело в этих штанах.

«Было три тридцать утра, когда мы вышли из колодца, — говорит Виктория.- Моя свекровь бродила по комнатам, плакала и не могла понять, что происходит. Мне пришлось переодеть ребенка в сухую одежду, потому что она была в папиной крови до трусиков, и я тоже промокла.

Интерьер дома Виктории на Богданке после визита русских солдат

Никто, кроме Михаила Романова и другого военного, которого сам Романов называл Виталием, и еще одного русского в черной форме, не ходил в тот вечер вокруг домов по ул.Залеска. Однако личность двух солдат, убивших ее мужа, Виктория подтвердить не может: она не могла видеть их лиц, на них были балаклавы.

Ночь. Дом Евгения 90 020

9 марта, ок.22 Михаил Романов добрался до дома Евгении, живущей дальше всех на восток, на краю «поля».

Ранее в тот же день он был там с группой призывников - прямо как у Кристины. Затем солдаты застрелили собаку, выросшую вместе с Евгенией, ее мужем Алексеем и их 4-летним сыном. Виталий тут же начал извиняться, сказав, что он тоже разводит собак дома в России - и что стрелял не он.

Романов тоже пытался здесь подружиться с хозяйкой дома. - Он был пьян, стоял на коленях, целовал мне руки, - рассказывает Евгения. - Он сказал, как сильно хочет домой, и попросил нас не бояться их. Уже тогда нам казалось, что убитая собака — это самое страшное, что случилось.

Но тут Романов увидел куртку цвета хаки в машине, припаркованной перед домом, и за секунду совершенно преобразился. Он пришел в ярость и выстрелил поверх головы ее мужа Евгении. Супругам удалось его усмирить — сказали, пейнтбольный инвентарь.

Ближе к вечеру Михаил Романов вернулся на квадроцикле — не с Виталием, а с другим мужчиной «во всей черной форме», как описывает его Евгения.

- Было совсем темно, постучали в ворота. Я спустилась в котельную, где спал мой сын, а Алексей пошел открывать дверь. Затем я услышал выстрел, а затем шаги внутри дома. Они кричали мне: «Уходи!» Я спросила: «Где мой муж?» Тогда мужчина в черной форме сказал: «У тебя больше нет мужа, он был нацистом, поэтому я его застрелил».

Евгения плакала.Мужчина в черной форме приставил пистолет к ее голове и сказал: «Если ты не заткнешься, мы возьмем ребенка и покажем ему мозг его матери, летающий по дому».

Михаил Романов приказал женщине раздеться. Как она нам рассказала, Романов и мужчина в черной форме (Михаил не назвал его по имени) попеременно изнасиловали ее в коридоре и на лестнице, а ее сын остался в котельной.- Они выходили, потом возвращались и делали то же самое. Пистолет все еще был у меня на голове. В очередной раз они вернулись такими пьяными, что не могли стоять, помочились дома и, наконец, сели на стулья, где и заснули, - описывает Евгения.

Те же подробности Евгения рассказала представителям правозащитной организации Amnesty International и журналисту британской газеты The Times.

Пока русские солдаты спали, Евгения взяла сына и бежала. Прежде чем войти в дом, она обнаружила тело мужа. - Через поле мы подбежали к первому попавшемуся дому, перелезли через забор и стали стучать. Нам повезло, потому что там еще были люди, — говорит он.

10 марта.Ночь и утро. Побег

Около полуночи в дом Кристины постучала женщина с ребенком на руках. По ее словам, двое российских солдат жестоко изнасиловали ее, а тело ее мужа лежит посреди двора.

- Это была Евгения, в тонкой спортивной куртке и брюках, без куртки и кепки, хотя на улице минусовая температура, - рассказывает Кристина.Ребенок был одет в куртку, при нем был небольшой рюкзак синего цвета (о тех же предметах одежды говорили свидетели, видевшие Евгению позже в тот же день). Кристина уложила Евгению и сына на диван в гостиной и укутала их одеялами: в доме военные разбили окна и было очень холодно.

Кристина сразу поняла, что на ул.Залеска сейчас не в безопасности - потому что утром Романов обнаружит, что Евгения сбежала, и может захотеть найти свидетелей убийства и изнасилования.

На рассвете, однако, неожиданно постучал незнакомец - Александр, сосед по ул. Крымец, бывший сотрудник МЧС Украины. Он сказал, что слышал выстрелы, «осведомлен о ситуации», и он и его семья сочли необходимым эвакуироваться.

Александровский дом стоит ближе к центру села. Ранним утром 10 марта там собралось уже человек 20: Александр привел к себе в дом всех соседей, которые еще были поблизости. Потом он также пошел за Викторией и ее дочерью.

- Я видел в бинокль с первого этажа своего дома, как их бросали в колодец, - рассказывает Александр.- Я подумал: "Там ребенок, он замерзнет". На рассвете я решил пойти за ними, как и за остальными. Русские были в разных домах, но напились до чертиков и заснули как младенцы. Я два дня скрывался, потому что стреляли по всем милиционерам, милиционерам и службам.

Александр отправился на выручку соседям не один, а со своим другом Валентием, который видел, как русские солдаты стреляли в Леша.- Когда рассвело, мы побежали к Леше и Свете проверить, жив ли кто, - вспоминает Валентин. - Представьте, что вы входите в дом, и тут ребенок открывает вам дверь и говорит: «Папу убили, потому что у него не было сигарет, но, как и у всех здесь, у него были рыбацкие штаны».

Когда соседи привели Викторию в дом Александра, то заметили, что белые туфли дочери Виктории пропитаны кровью.

Кристина связалась по телефону со своим братом, который живет в Киеве. Придумали план, как выбраться из населенного пункта: - Сначала думали прогуляться до соседнего села Великая Дымерка, т. к. машина привлекает внимание, а это 5 км по оккупированной территории, это нереально. с детьми (генпрокурор Украины позже сообщил, что именно в это время в Великой Дымерке было убито не менее 11 мирных жителей).

в В 7 утра Кристина села за руль своей машины, упаковала Евгению, Викторию и детей, а брат по телефону инструктировал ее, как водить машину. Они проезжали через огороды и бомбили грунтовые дороги на шоссе, ведущее в столицу.

Евгения сообщила об убийстве мужа и собственном изнасиловании в украинскую полицию.У него есть акт приемки.

Евгения согласилась раскрыть имя убитого мужа. Алексей Зоровец, бывший депутат города Бровары, в последние годы не занимал никаких должностей и занимался частным бизнесом. Его смерть подтвердил мэр Броваров. Советник министра внутренних дел Украины Антон Геращенко в письме «Медузе» подтвердил гибель Алексея Зоровца и изнасилование его жены, а также сообщил, что «военнослужащий российских вооруженных сил М.С. Романову заочно было предъявлено обвинение в жестоком обращении с гражданскими лицами, что является нарушением законов и обычаев войны, предусмотренных международными договорами."

После побега из Богдановки

Евгений вскоре стал получать первые сообщения из Богдановки от вернувшихся туда.Ее дом полностью сгорел, во дворе свежая могила. Русские солдаты, сменившие Михаила Романова и его товарищей по оружию, похоронили Алексея и поставили крест из деревянных палочек.

В середине апреля, когда мы были в доме Жени, тело Алексея уже было эксгумировано. - Приехали милиция и прокуратура и забрали тело, - объясняет их сосед Александр.

Сквозь оконные проемы без стекол видна только почерневшая от копоти стиральная машина. Внутри сгоревшего дома больше ничего нет, ни внутренних стен, ни мебели. Одеяла, нижнее белье, детская обувь и банки из-под огурцов валяются в саду, почерневшие от жары. Кто-то пытался открыть их, проткнув крышки чем-то острым. Часть лужайки почернела: здесь солдаты развели костер и пытались готовить.

Дом Евгении до и после российской оккупации.

Прямо за могилой большая клетка для собак. В доме больше нет домашних животных; щенок лежит на лужайке. У Евгения и Алексея родились две взрослые среднеазиатские овчарки (одну можно увидеть на фото вверху слева) и девять щенков.

Перед войной, рассказывает Евгения, они с мужем собирались закончить работы на участке - уже выкопали яму для пруда. Муж хотел отправиться в мотоэкспедицию по Западной Украине и купил снаряжение: палатки, спальники и посуду (на которой семья готовила еду во время оккупации).

- У нас была счастливая жизнь с кучей планов, а теперь я в аду с малышом, не могу собраться и понять, как с этим жить, - говорит Евгения.

Внизу во дворе дома Жени, где похоронен ее муж Алексей.

23 марта. Третье убийство

Дом Константина

Очередное убийство произошло в соседнем районе, в 2 км от ул. Залеска. Район отделен от основной части поселка густым лесом — вероятно, поэтому русские военные обнаружили дом Константина (имя изменено по просьбе героя) только 23 марта.

Очевидец убийства утверждает, что убийца был «бурятом по национальности» и закрывал лицо платком. Неизвестно, знал ли он военных, совершивших первые два убийства и изнасилование. Судя по этим событиям, «зачистка» поселка длилась до двух недель после начала оккупации.

Дом Константина – один из 17 домов в усадьбе, расположенной недалеко от центральной части Богдановки.- 23 марта, около 11.30, в нашем доме раздался стук такой настойчивый и резкий, как будто кто-то только что стучал в дверь. Я спустилась с первого этажа, мой 67-летний тесть Виктор был на первом этаже. Я выглянул в окно спальни внизу и увидел солдата в зелено-коричневой форме с автоматом. Он был один. Он постучал и минут пять молчал; мы не открывали, — говорит Константин.

Солдат ходил по дому и увидел приоткрытое окно.- Он выбил стекло из рамы и сказал: «Открой, а то я гранату брошу». Я сказал, что скоро открою, а тесть в это время вышел на улицу через котельную.

- Я открыл дверь, поднял руки и сказал, что я гражданский и у меня нет оружия. Он взял винтовку и сказал: «Отойди». Я начал пятиться, а потом он сказал: «Повернись», и я повернулся к нему спиной.

В этот момент в спальне Константина зазвонил мобильный телефон.

- Солдат открыл огонь. Я стоял к нему спиной, но смотрел на него и видел языки пламени из ствола винтовки.Я прыгнул в комнату, порвал москитную сетку и выпрыгнул в окно. Я был босиком. В этот момент я услышал, как мой тесть вошел в дом через парадную дверь. Я услышал два выстрела и понял, что он мертв.

Пулевые следы в дверях дома Константина.

Через дыру в заборе Константин босиком побежал к соседям.Когда он бежал через огород, он услышал еще как минимум шесть выстрелов. Соседи дали ему ключи от соседнего пустующего дома, где он прятался.

Вскоре из окна дома, где прятался Константин, он увидел, что во двор его дома въехал танк. Позже выяснилось, что русская армия там полностью разворовалась; Россияне забрали телефоны, зарядные устройства, алкоголь и другую технику.

Вечером в дом пришел хозяин дома, где Константин скрывался от русской армии. Вместе они решили бежать в лес, но когда стемнело, вернулись в деревню за документами, телефонами, палатками и продуктами.

- Зашел в дом и как-то увидел, что произошло.Света в деревне не было, я посветил фонариком. Мой тесть был в коридоре. Я накрыл его одеялом и начал собираться. Взял палатку и кое-какие вещи, оделся, закрыл дом. Вместе с соседями мы вернулись в лес, поставили палатку и попытались уснуть. Но, конечно, нервничали, все на адреналине, спать не могли. К вечеру было два плюсовых градуса, холодно. В три часа ночи мы начали ходить вокруг палатки, чтобы согреться.

Утром Константин и его соседи позвонили другу, который спасал людей из оккупированных деревень.Он помог им выбраться из Богдановки и отвез их в Бровары. В Пивном отделении милиции Константин написал заявление об убийстве тестя.

Константин вернулся домой 2 апреля. Он хотел похоронить тестя, но в селе уже работали следователи, забиравшие тела на вскрытие.

На следующий день, 3 апреля, заключение судебно-медицинской экспертизы было готово.Мы видели свидетельство о смерти 67-летнего Виктора (имя не называем по просьбе Константина). Причина смерти в документе: "Огнестрельное ранение головы". Обстоятельства ранений: «Травмы во время боевых действий в селе Богдановка».

Константин похоронил тестя в тот же день.

28 марта. Второе изнасилование

Дом Светланы

За несколько дней до вывода российских войск из Богдановки, 28 марта, там произошло очередное изнасилование.

До войны Светлана Пьерминова (Светлана согласилась раскрыть все свои данные) работала бухгалтером в Броварах. Однако во время российской оккупации вместе с мужем Эдуардом и беременной дочерью она уехала в свой дом на участки в Богдановке.

- Моя дочь была на девятом месяце беременности, - вспоминает Светлана.- Муж специально для нее сделал такую ​​большую кровать и поставил ее в подвале, где мы прятались. Мы боялись, что она там родит.

Обстановка в подвале — бетонные стены с ковровым покрытием, телевизор и детская кроватка чуть ниже полки с огурцами — увековечена в одном из фильмов, снятых Эдуардом в начале войны. На этих кадрах видно, как семья готовит блюдо из проса и консервированной печени; есть новости по телевизору.

20 марта дочери Пьерминовой удалось покинуть Богдановку по одному из гуманитарных коридоров. А 24 марта Эдуард уехал в соседнее село Шевченко. Светлана сама не знает почему. - Недавно он как раз собирался в армию, хотел что-то сделать, что-то изменить, - говорит он.

Эдвард не пришел домой ни 25 марта, ни на следующий день.Светлана осталась одна.

Вечером 28 марта у ее дома появились трое российских солдат, вооруженных автоматическим оружием. - Мой забор рухнул от ветра, они просто проходили мимо и увидели во дворе машину, - вспоминает Пьерминова. - Я предполагаю, что они искали машину, они, должно быть, уже знали, что им придется как-то убегать, и им нужна машина.

Русские не могли украсть машину, потому что она не работала. - Батарейки не было, - поясняет Светлана. - Так они вошли в мой подвал. Они съели всю мою еду, забрали хлеб, яйца, деньги. Меня стали спрашивать, есть ли солдаты в садах, сколько людей в домах на участках. А пенсионеров было восемь человек, одного из них совсем недавно похоронили в лесу, потому что его нельзя было хоронить на кладбище.

Пьерминова не помнит, сколько времени военные провели в ее доме: - Для меня это навсегда. Но прежде В 22 года, когда стемнело, один из них заметил в подвале большую кровать. Он указал на меня и сказал: «Смотри, что за х*йня». Я забился в угол, и они изнасиловали меня. Забрали еду, забрали деньги — ладно, это все ерунда, но меня просто изнасиловали.Мне 55 - кому я нужен?

Двое солдат по очереди насиловали Светлану, а третий смотрел и мастурбировал. «Я думала, меня собираются задушить, — вспоминает она. - Меня душили, руки на горле были, я даже не помню, но, кажется, я потерял сознание.

Солдаты не использовали свои имена.Светлана не помнит лиц насильников: - Они были славянской национальности. Милиция показала фотографии последнего [Михаила Романова], но, честно говоря, я не знаю, был ли это он.

Полиция Броваров установила все обстоятельства произошедшего со Светланой и возбудила уголовное дело. Расследование продолжается.

Вечером того же дня трое солдат взяли деньги и еду и ушли.- Хотела повеситься, сделала петлю в гараже, - вспоминает Светлана. - Моя дочь остановила меня. Я собирался повеситься, но она только что позвонила и сказала, что у нее ребенок.

О том, что случилось с Эдуардом, Светлана узнала только в середине апреля. - Его пытали, а потом расстреляли. Его тело нашли в подвале в Шевченко [село в 16 км восточнее Богдановки].Он пошел туда, и они должны были его поймать. Он рассказывал нашим армейцам про геолокацию, количество российской техники, боюсь, они все это нашли в его телефоне.

Эдуард, муж Светланы

Мэр Шевченко Владимир Йовенко в интервью «Медузе» 11 апреля рассказал о шести телах, которые полиция обнаружила в подвале частного дома в этом городе.Он добавил, что имена двух человек пока не установлены. - Потом мне сказали, что еще один человек не установлен, - вспоминает Светлана. - А оказалось, что шестым был Эдуард, проблема с идентификацией была, потому что ему отстрелили половину головы.

16 апреля Эдуарда похоронили в Броварах. Остальных убитых, обнаруженных вместе с ним в подвале, за несколько дней до этого похоронили в Шевченко.

Пьерминова убеждена, что и ее история, и другие сообщения о российской оккупации Богдановки должны быть освещены в СМИ. «Они звери, — говорит он. - А сегодня у меня нет сил держать внука на руках.

30 марта.Выпуск

Другой житель Богдановки Дмитрий рассказывает, что первые разговоры о выводе российских войск начались в селе в конце марта: - Первое предположение об отступлении российских войск прозвучало, когда две бронетехники, находившиеся там с 9 марта, выехал 29 марта. Все эти дни они ни разу не пошевелились. Русские начали упаковывать награбленное у жителей.Из-за забора я слышал, как они бросались друг на друга, я слышал, как они кричали: «Быстрее!» и «Давай!».

Окоп, подготовленный русскими солдатами в Богдановке

Дмитрий рассказывает, что 29 марта в селе было слышно, как машины едут в сторону села Шевченко: - 30 марта мы выехали в центр села, по главной дороге, а российской техники там не было.Меня больше всего впечатлил тот факт, что в тот день я увидел русского военного на велосипеде, а за ним бежали трое или четверо его подчиненных... Один из них подбежал к нам и спросил, где Россия. Мы указали. Второй вопрос, куда делась их техника, поэтому мы указали на Шевченко, и они побежали туда. Через несколько мгновений за ними последовал еще один солдат на мопеде и еще один на велосипеде.

Власти официально объявили об освобождении Киевщины 2 апреля.Тогда в регионе был введен комендантский час, запрещающий въезд и выезд из Богдановки до 10 апреля. Вскоре после этого в деревню приехали журналисты «Медузы».

67

По официальным данным на 9 апреля 2022 года.За время оккупации российской армией в селах Великодымерской территориальной громады, в которую входит село Богдановка (всего один поселок и 22 села), погибло 67 мирных жителей.

Сообщество опубликовало в Facebook список погибших. В нем только те люди, тела которых были найдены и опознаны их родственниками.Однако местные жители до сих пор присылают сообщения о новых пропавших без вести или взятых в плен.

Еда, оставленная русскими в школе в Богдановке.

При выходе из Богдановки русские заминировали территорию местной школы, где находился их штаб. Теперь, после визита инженеров, можно снова прогуляться по зданию.Школьный двор завален пакетами с армейскими пайками, неоткрытым печеньем, банками из-под энергетиков и винными бутылками.

Также есть две стиральные машины. Они были украдены из домов вокруг школы.

.

Старый замок — Wikisource, Бесплатная библиотека

[ 1 ] Нам еще очень не хватает в истории страны и родов сказаний и сказаний, нигде не написанных, цветов, выросших на могилах, увядших при сорванных равнодушной рукой или засохших в брошенном хламе. Сухой скелет жизни, бессмысленные даты, ступени лестницы — имена пустые, как дырки в орехах, более твердые дроби, которые не может переварить время, тщательно закопанные, пронумерованные и классифицированные; но то, что составляло физиономию, то, что билось кровью и краснело от жизни, могло погибнуть навсегда.- Каковы сегодня биографии наших самых выдающихся людей [ 2 ], на что похожи сегодня их фигуры, извлеченные из могилы? - раскопанному мертвецу, из чьей пергаментной кожи и разбросанных кубиков только и читается смерть и ее неотвратимая неосторожность.
Официальная, публичная часть жизни, где-то тщательно записанная, дает возможность указать, сколько часов провел человек в мире, в котором вращалась сфера, - но как мало тех, после которых человек выразительный, живой, значительный черта останется и позволит человеку угадать, полюбить или удивиться? И так быстро забывается, все стирается, что в третьем поколении внуки уже ничего не знают о дедушках и бабушках, и приходится их угадывать.Иногда случайно что-то утаишь и спрячешь искру духа, семя жизни, но как это мало!
Перелистываешь страницы истории, предстают перед глазами фигуры, от которых осталась только слава имени - ты бы с удовольствием назвал их и подружился бы с ними, но тень ускользает и сухо высовывается скелет, чей рот скованный, не может ничего произнести.
И ты ходишь в этих великих развалинах, по заросшему кладбищу, ища, с кем можно поговорить, хотя бы голосом призрака? ты ступаешь по немым костям и пеплу - счастлив, если хоть капля жизни, одна слеза, один вздох, одна неопределенная часть говорит с тобой на вразумительном языке.
Тщетно стремится человек оторвать прошлое от вечного забвения, к которому он предназначен, - эта борьба с природой, поглощающей вчера и на ее гибель, которая постоянно позволяет расцветать новому завтра, - бесплодна борьба.
Акт, только что завершившийся в момент превращения преображается, умирает и рассеивается в какой-то частице... запах ду [ 3 ] ча улетучивается в мгновение ока... наследник становится не тем, кем был на самом деле , но с учетом их меры, концепции и сердца.. Везде, где герой становится недовольным, история беспощадно обрезает его... История - лишь вечный фон, на котором новые поколения рисуют свои образы, крестя их именем сверхпрадедов. В этих рамках, в свою очередь, каждая эпоха олицетворяет себя, взывая к истине и находя доказательства своей слабости.
Каждый век по-своему объясняет свое прошлое, возрождает его, отдает в бессмертные жертвы, а то и выбирает в герои других, и по очереди поднимает и отталкивает великое и малое - ведь противоречие тысячи состоит из великого и печальная разруха.
Напрасные наши старания: будучи бессмертными где-то в другом месте, здесь все должно умереть, люди и мысли, строения и дела... , в портретную комнату с разбитыми глазами, в могилы у церкви, и - спросим, ​​кто были эти мужья ?
Их имена ни о чем нам не скажут, - и кости неугомонных магнатов так же мирно спят в своих жестяных гробах, как кости смиренного монаха! Гамлет, расспрашивающий черепа на кладбище об их прошлой истории, — тип исследователя прошлого.Каждый из них задает себе вопрос и должен ответить сам себе. Улетел дух и прах умолк, - и от тех тысяч прежних веков есть надгробная надпись в двух словах:

"Pulvis et umbra!"

[ 4 ] Есть что-то ужасающее в этом безмолвии смерти, в этой мертвенности трупов, которую не могут растворить никакие чары уст, - в этом почти забвении, тяготеющем над миром.
Через сто лет история мёртвых влезает, как их кости, дела одних людей называют другими, имена общие, события соединяются, и громче люди включают в себя всё, что ещё летает в мире нежити.
И да, мы не знаем прошлого; будущее ничего о нас не узнает - вместо нашей жизни нам потом создадут какую-то другую на вкус с тем, что захотят в нее заглянуть, - следующий исследователь перевернет это здание из карточек, другой восстановит опять же, пока материалы не сотрутся в прах, и от всего останется горсть его пыли и мертвых слов - щепотка пепла... и ветры подуют...
Historya, в свою очередь, сухой регистр или романтика не забавная, спор и тема, заимствующая жизни тех, кто ее интерпретирует, питаемая дыханием различных грудей, украшенная тряпками разных цветов, сшитая, как платье арлекина, - она ​​в конце концов будет погребена, как та несчастная Труп Сичинского, который изобрел «Liberum veto», что дети бродили вокруг него по улицам, грызли голодных коз, а сегодня гробы были заперты в чулане... в вечную память .......


Эти грустные мысли приходили мне в голову, пока я гулял по старинному замку, бывшие владельцы которого вместе с их именем были похоронены в могилах соседней церкви.
Это имя, еще недавно очень громкое и красивое, сегодня вместе с последним щитом на похоронах было разбито и исчезло. Последний его потомок умер где-то далеко в чужой стране, в добровольном изгнании, даже не вздыхая о кубке земли, которым управляла его семья, такая могущественная и гордая, такая забытая сегодня.
Из этой длинной череды поколений, жизнь которых была полна красок и огня, на генеалогическом древе осталось несколько десятков имён, повешенных рукой не слишком прилежного исторографа, среди дат, которые дети старшего возраста часто составляют от своих отцов - дюжина гробов в могилах и пустой замок, в котором Еврей занимается сельским хозяйством, шьет ткани и восхваляет защиту Иеговы над избранным Израилем.
Проезжая через город у подножия горы, на которой стоял замок, я не мог не увидеть руины... сегодня уважение к сувенирам составляет то, что считается среди благотворительных дел, которым посвящен христианин - так мало людей чтят их, и так много их уничтожают! Далекое здание имело чрезвычайно живописную физиономию и просило карандаша... тысячи воспоминаний, прилепившихся, как зеленый плющ, к его стенам, делали его еще ярче... совершенно сухие, почерневшие стены старого замка, еще покрытые крышами, с лесом труб и уродливых фронтонов, с величественными воротами у моста, ныне замененного убогой плотиной, с замковой церковью, от которой крест говорил, что там не Бог жил, а только пустота и разруха.
С сжавшимся сердцем я медленно шел к развалинам, расспрашивая каждую горсть земли о ее прошлой истории; а меня устраивали стебли полыни, сухой травы, кола [ 6 ] да чертополоха только... Ибо на земле никогда не было человека; она знала только о рождающихся детях, о растениях, умирающих каждый год, чтобы возрождаться каждый год.
Пруд с густой плесенью и плесенью, залитый водой, наполовину заросший камышом, наполовину без дренажа, превратившийся в ил, был уже крошечным изображением того, во что сегодня превратился замок.Растительность, буйная от берегов, напирала все дальше и дальше, пила воду и покрывала большую часть некогда чистой поверхности, в которой отражались стены замка. Стаи комаров кружили над лужей, кричали армии союзных лягушек, словно пытаясь штурмовать пустоту. Где когда-то из этой чащи грязи, листьев, тварей и грязной воды вышла старая, толстая дубовая куча, труп старого моста, и груда кирпичей, остаток какой-то упавшей аркады. Но все это съедали мхи и плесень, съедали воду, даже воздух...На месте моста, который когда-то должен был быть величественным, для удобства последних владельцев была возведена дамба – отличный признак для сравнения двух эпох. Эта дамба, горизонтальная, убогая, наполовину грязь, наполовину земля и навоз, мульча и щебень, кривая, сломанная, дырявая, спряталась в аире и камыше: так совестно было, что ее туда положили, она крутилась она вертелась чтобы избежать ее взгляда.
Посередине его остроумный экономист соорудил карикатуру на мост с кривыми перилами, на нескольких тонких кольях, на осевые мосты, кривые, горбатые, непоследовательно, но приличествующие дамбе - одно стоило другого.
Мимо моста, среди более плотных свай и щебня, дорога немного поднималась вверх, но была ненамного счастливее дамбы. Ямы на нем были засыпаны дровами и кирпичами, которые плавали в никогда не просыхающих лужах; Колеса разорвали железную дорогу повсюду, повредив ее по [ 7 ] глиняному откосу остатками вскопанной насыпи, а у некоторых подземных стен своды торчали к живым порванным.
У тех же ворот, оборванных с обеих сторон, как бы веткой для новых поколений, стены несли следы телег и машин: изорванные и замазанные грязью, большие ворота с гербами наследников на лбах стоял совершенно пустой, хотя это было довольно большое здание, в котором наверху располагались бывшие комнаты начальника замковой стражи, а внизу — гауптвахта придворного ополчения.Сегодня еврейская корова стоит по периметру в загоне из деревянных досок и палок; а грязь, навалившаяся на окно, доказывала, что этот скот давно обдумывал суету человеческих гауптвахт.
У ворот с калиткой речи нет; огромные железные крюки, оставшиеся от них, жадный до железа спекулянт вырубил некоторые из них внизу, проделав, вероятно, немалое усилие, большие дыры, ибо его кирпич и известь опоздали; - К счастью, до более высоких он не дотянулся, а те еще грозно торчали над головой.
Широкий полуутоптанный и пустынный двор, где когда-то росли крошечные бурьяны и сорняки, способные противостоять человеческому произволу; - тем страшнее убегала от него трава на набережные, где было свободнее. Великое здание с великолепным фасьятом, на котором среди котлов, барабанов и знамен находились совмещенные гербы самых знатных фамилий нашей страны, выглядевшие даже величественно своими колоннами, достигающими двух этажей; но кое-где обвалилась штукатурка, глубокие царапины возвещали, что скоро встанут огромные столбы.Справа и слева длинные окна, подъезды, переходы, камбузы, их не везде было видно, к жилым помещениям были прибиты фекалии. Кое-где их резали пиломатериалами, обкладывали старым кирпичом, набивали соломой, засыпали снизу навозом, уменьшали в размерах и безжалостно сбивали с ног. Даже на крышах росли травы и кусты, стена трещала и безобразно текла; и длинные черные полосы плесени отметили его смертельной гангреной. Справа невыносимая часть здания, занятая евреем как фабрика, контрастировала с величием этих развалин, еще более величественной, несмотря на свою заброшенность и смертоносную физиономию.Здесь стена побелена и свежеоштукатурена, одета в снеговика, неприятного этим цветом, который ошеломляет глаза и заставляет их отдыхать на себе, делая их нетерпеливыми и раздражающими. Окна все поменяли новой формы, не спросив, как они будут выглядеть снаружи, в них вставили большие и грязные стекла, через несколько из них торчали горловины отвратительных жестяных каминов, от которых он исцарапал черные потеки на своем еврейском нижнем белье. Веревка с засохшими тряпками и платьями, деревянная экипировка какой-то израильской семьи, устроившаяся, как воробей в орлином гнезде, завершала картину с этой стороны, к сожалению живописно!
Мне все еще было жалко смотреть налево, где уединенно стояла старинная замковая часовня, еще не оскверненная руками человеческими, но уже охваченная равнодушием.Ее заколоченные двери и окна без стекол, крыша, лишенная черепицы и местами просвечивающая, много говорили о сегодняшнем приюте. Тут копошились тучи воробьев и ворон, шумно хозяйничая и занимая беззащитные позиции, ласточки, прилепившиеся к стенам своими гнёздами кругом, невнимательный аист на краю стены развил широкое гнездо, в пороге выросла бледная берёзка, тщедушная, старый, лишенный коры, и дюжина едва желтых листьев, подающих признаки жизни или, вернее, умирающих.
[ 9 ] Правивший здесь еврей как раз стоял на пороге большого замка и смотрел на меня издалека с довольно кислым и презрительным выражением лица, как будто ему не хотелось приходить в гости.Он больше не был старым израильтянином, одетым в традиционный жупан и соболиную шапку, с руками на черном поясе; но дворняга, остаток большой разрозненной семьи, пытающийся превратиться в робигроша-космополита. Видно было, что он готов отказаться даже от лука ради имени европейца. Одетый очень элегантно, он курил гаванскую сигару puro , и по его нацарапанному и лакированному подбородку было видно, что он предпочитает Вроцлав и Лейпциг упоминанию об Иерусалиме и, возможно, даже читал Моисея Мендельсона... и, вероятно, не верил ни во что, кроме злотого.
Когда я вежливо подошел к наследнику воеводы и попросил у него разрешения посмотреть замок, он насмешливо рассмеялся, вынимая изо рта сигару.
- Что здесь до свидания? Он пренебрежительно спросил: «Какой-нибудь щебень?» Мой завод и мастерские новой системы, которые я привез из Англии, были бы интереснее.
- Вы сделали! - с улыбкой сказал я, - у всех есть свои слабости: у вас к цехам новой системы, у меня к руинам и руинам старой системы... но это не повредит вам.
"Дайте, что хотите, - сказал он, - я даже дам старого слугу, чтобы он вас показывал и показывал"; чем это мне повредит? Меня только удивляет, что вы, господа, можете его жалеть и жалеть... которое правильно упало.
- Я поднял трубку, с любопытством посмотрел на него.
- Верно? - Я спросил.
"Возможно", сказал он. - Первое, что ты заслуживаешь, это падение... alles vas ist, ist vernünftig . А что такое замки на сегодняшний день? чем же они были прежде? они были за угнетение [ 10 ] более слабых, за господство гордыни!.. Блаженный миг, когда в них завопит трудоемкое колесо...
Я пришел к этому восклицательному знаку, что еврей, кроме Мендельсона, готов читать если не Гегеля, то Розенкранца; Я начал подозревать, что новая немецкая литература ему не чужда, — и мне не хотелось с ним спорить; мы будем расходиться во мнениях через двадцать пять лет. Я знал, кроме того, априори , что слишком красиво, чтобы играть в этой теме о прогрессе, цивилизации, духе времени, важности труда, феодализма, свободы и т. д.д. и т. д. Я только улыбнулся dictum acerbum , и подняв шапку, попросил обещанный гайд.
- Хорошо! ну, а потом, пожалуйста, зайдите и ко мне, сказал вежливый хозяин, что вы найдете своего проводника в подвале слева, в самом углу.
Представитель сегодняшней цивилизации исчез из моих глаз наконец, и я перевел дух, спустившись немного вниз с собой, освободившись от дисгармоничного контраста, в присутствии руин, у двери в землю, упавшую, дубовую, густо кованые проходы, которые, казалось, вели в подвалы.Ключ в замке с прикрепленным к нему деревянным навесным замком сказал мне, что я найду старого слугу, который будет моим проводником. Я вошел, медленно отворив дверь, и перед окном, зарешеченным решеткой, увидел старика с большой книгой на коленях, благочестивой формы и типографии, как я догадался. - Это была крохотная фигурка, худенькая, с пергаментным лицом, покрытым седыми волосами, с небритым в течение нескольких недель подбородком, с выражением умиротворения, печали и всепроникающей покорности. Этот человек упал на эти руины, на комнату, на все, что его окружало, он был так создан для фона, на котором он был помещен, что художник использовал бы его [ 11 ], чтобы использовать их в каждом виде этих руин , потому что он чудесным образом дополнял их.Он один, хранитель гробницы, остался в руинах, верный руинам и смерти.
Медленно, увидев меня, он закрыл книгу, догадываясь, что принес путник, и не торопился вставать, ожидая, что я ему скажу.
- У меня есть разрешение посмотреть замок, - сказал я, уважая седину старого сироты, - не будете ли вы так добры, помогите мне посмотреть, что здесь интересного?
- А! Старик сказал, кладя свой рентген на стол рядом с распятием, - ты точно издалека? путешественник?
- Прохожие...
- А этот красивый замок вызвал у вас любопытство?
- Да, сэр, - но сначала позвольте спросить, как звать Впану.
- Я? - Петр.... Петр Здуньский, - сказал он, ища ключи на полке.
- Так вы не откажетесь, мистер Пьетра?
- Поехали! мы идем! - вздохнул он, одевая карманы и подпорку, - Еврей разрешил?
- Он разрешил!
- Еврей! - засмеялся Петр - еврей! хозяин нашего замка! и! дамы! не метаболизирует это сердце?.. ты видел как оно дует? почему бы не плакать кровавыми слезами?
- Видел, видел, мистер Пьетра! но дело не в том, еврей он или татарин... печально, что чужой, чужой, что скупщик земли, чего нельзя уважать...
- Враг! враг! Закричал Петр - враг, милорд! Вы не знаете, что я с ним тут терплю... все наверстывают! Я вижу руку Божью мстительную в беде нашей, а в благоденствии своем топчут священное прошлое своей гордой ногой и с несчастным насмешкой плюют на него... посмотреть на это, мистер Пьетра?
- Я! и! потому что это мой рот мыши! ибо мне негде держать голову, ибо я служил последнему владыке этого рода, и не смог бы я жить где-нибудь еще от тоски! За этот угол и разрешение земляной ямы я служу еврею и подметаю его двор...Бог возьмет за грехи... А! но бывают моменты, когда терпение кончается и хочется их задушить... фу! Боже, отпусти!
Разговаривая так, мы вышли из комнаты, и старик со вздохом направился к главному входу, для которого подбирал всем известный ключ.
- Бог на страже, - сказал, что они еще не перебрались сюда, в сам дворец, а разместили свои дьявольские машины в более приличном боковом флигеле. Новыми крышами крыть не захотели, а она везде течет. Пусть капает и гниет, пусть рушится и падает на шеи этих неверных, лучше, чем должно быть осквернено.
Пока он говорил это, холод стен окутал нас, и мы оказались в величественном коридоре, из которого широкие подъемы вели вверх двумя медленными рядами каменных ступеней. Этот вестибюль достойно соответствовал дворцу: - большой, светлый, пышный, - на его стенах сохранились остатки росписей, изображающих какие-то сады Армиды, с мифологическими статуями, галерами, храмами, - несколько разбитых каменных ваз, одна из которых была опрокинута. и вдребезги, украшавшие поручни подъездов, - по стенам, дождь лил длинными полосами на каменные полы и царапал стены, и сухие лужи замерзали под каждой из тех зловещих полос, вокруг которых росла зеленая плесень.
В торжественном молчании мы поднялись наверх к огромной двери с мраморной рамой с гербами, - [ 13 ] с убого навесным замком и неуклюже прибитой скобой. В этой пустоте осталось мало следов жизни, и все же она поразила меня величием своего характера, чем-то величественным и могучим. Зал был больше многих нынешних гостиных и был завален сваленными в кучу сломанными предметами мебели, среди которых на зазубренных аксамитах и ​​бело-золотых лакированных диванах лежало несколько пустых кисетов, облупившиеся еврейские некулы, груда картофеля и мешок свеклы.
Дверь с трещиной и одна державшаяся на петле вели нас в комнаты чередой сменяющих друг друга, среди которых, снова мокрых, снова широко распространились следы дождя и серой плесени. Кое-где, однако, были известны остатки былого величия: - рамы зеркал, которые невозможно было вырвать из стен, росписи на стенах и в нишах, надписи, каменные и мраморные дымоходы, мраморные колонны с бронзовыми капителями, свидетельствовало великолепие, с которым было возведено это здание. Словно для посмешища среди чудес мертвецов, раскидал еврей свою крохотную прозаическую мебель.Там были сломанные кровати, сломанные мастерские, безногие кабацкие столы, сломанные купола и я не знаю, что за безымянный хлам старой бедности.
Старик указывал на него и вздыхал... больно им гнить вместе, твоему изобилию и твоей еврейской скупости.
Так прошли мы с ним большие залы, предназначенные для торжественных приемов и празднеств, большой, в котором присутствие короля недавно обозначал мрамор, обращенный евреем, чтобы сделать стол для кухни, - о чем старик говорил в ужасе, - другой, с которого были сорваны дорогие полы, оставив полные пыли и истлевшего дерева, - даже спальные комнаты, пустая библиотека, среди которых несколько карт, вырванных из семнадцатого века [ 14 ] , архив с опрокинутыми сосновыми полками, столовые, шкаф и не знаю сколько комнат и коридоров и камер.Это было посвящение отсеков, востоков, востоков, переходов, подвалов, тайников, огромных зданий и узких комнат, ободранных и лишенных всего, руин, ожидающих дня с печальным терпением мученика. Было известно, что это здание, которому более поздняя рука придала внешне однородный внешний вид, медленно возводилось на протяжении столетий; что он был задуман в четырнадцатом веке, может быть, со скромной, толстой стеной, в пятнадцатом более смело расширен, в шестнадцатом очерчен в более серьезном масштабе, в семнадцатом веке внезапно и роскошно раскинулся, в восемнадцатом веке допьеро из Замок превратился во дворец, а в девятнадцатом веке превратился в полуруину, в полуфабрику.- На голых стенах можно было прочитать жизнь тех веков, которые были одновременно героическими, трудолюбивыми, простыми, полными привычек, иногда обходительными и избалованными... имена от населявших их людей, от происходивших в них происшествий лет тому назад, - но он стыдливо разлился с горем и ропотом, которыми был полон, и сдерживал их, как мог. Он тяжело вздохнул и тихо помолился.. иногда он отводил взгляд... несколько раз уже он как бы разжимал рот, но замолкал, как будто вспоминая, что слова его могут упасть не в теплое сердце, а на холодную скалу.
В одной из комнат я вдруг остановился, ошарашенный, над огромной кучей каких-то полотен, сделанных из картин и битых рам, нещадно сваленных в кучу. Где когда-то из этого хаоса смотрело дико и грустно заплесневелое и пыльное лицо гетмана - там торчала рука с саблей [ 15 ], юбка была покрыта горностаем, лоб женщины был покрыт вдовьим покрывалом...
- Что это? - спросил я Петра.
- Это! это старые портреты, сказал он; - Я их сложила в кучу и раздавила, чтобы они быстрее сгнили, потому что здесь они текут лучше всего... и они меня хорошенько заморозили...
- Пожалей! почему ты их не спасаешь?
- Для кого? за что? что евреи будут издеваться над ними или торговать с продавцами? что немая Сара будет сбивать экраны, как они уже пытались заставить эти честные лица смотреть на свои безобразные шабаши?.. Нет! Я не позволю, чтобы их распяли неверующие, пусть они сгниют и погибнут... нет! то сожгу их.. дым пойдет во славу Божию как в ветхозаветной жертве Авеля.
- Но - не могли бы вы отдать их кому?
- Купил еврей, это его собственность! он может их сгноить, но не вернет.. они его рабы...
- А если заплатят?
- Кто за этот хлам три гроша даст?... Где сегодня, дамы, - прибавил он, умилившись, - уважение к прошлому, где тот дух, что оживлял нас в прошлом? Всякий лорд предпочтет любую аксамитовую куртку и лошадь, чем старую тряпку, на которой каракули, на которых какие-то каракули выразили неизвестное лицо с более странными петлями, которому вот сто лет и умереть не может....Турки, барыни, имеют резон, что портреты почти почти...
Пошли дальше - там был и театр, там были и более великолепные расписанные внизу апартаменты, фрески которых, совсем свежесохранившиеся, поразили меня своей необыкновенной красотой. Конечно, это не были шедевры, но тот, кто их нарисовал, оказался в них незаурядным художником. Его не вдохновляли посторонние предметы, навязанная ему история, будущее, которого он не понимал, - он плакал и не молился, рисуя, но яростно и ярко швырял о стену благородные исторические фигуры, которым суждено было пережить наследников этого имени. .
После этого в нашей стране я однажды увидел историю использования дома как предмета для украшения стен жилых комнат. Видно было, что эта мысль пришла кому-то в конце XVII века и что ее осуществление было поручено незнакомому человеку. Художник был итальянец, немного маньяк, очень искусный в своем искусстве и человек не без таланта; но он не понимал польского прошлого ... Его работа соответствовала характеру здания, физиономии всего дворца. В широком кадре здесь был прием короля в замке, с интересным видом на это сооружение, каким оно было в 17 веке до окончательного благоустройства.Эта торжественная сцена, соответствующая таланту живописца, была совсем не интересна, лица были изображены зримо. Дальнейшая перерисовка свадьбы немецкой принцессы воеводой Потоцким в Гданьске. Далей въезд в Рим посланника и царские похороны, на которых - один из предков изображал фигуру царя... скачущего вслед за луками на коне. Каждая из этих великих картин имела историческую и художественную ценность, а смысл их значения не занимал много времени, ведь вверху картушей в позолоченных орнаментальных росчерках, латинских надписях, датах и ​​основных именах людей.
Я пробыл здесь дольше, чем где бы то ни было: ибо комнаты внизу были более уважаемы, в них было более старое оборудование, и ничто в них еще не нарушало господства евреев. Несколько столов с причудливой резьбой, стулья и диваны, рамы стен и дверные рамы, великолепные из черного шведского мрамора, можно было справедливо догадаться, как красиво это должно было быть, когда оно было целым и в нем была жизнь. [ 17 ] Небольшой овальный кабинет, примыкающий к этим величественным зданиям, привлек меня картиной на стене под открытым небом, по-видимому, той же петли, что и предыдущие.Картина была меньше, бледнее, несколько свободнее или быстрее написана, а в картуше над ней вместо года и надписи была только трупная голова, две кости, сложенные крест-накрест, и отработанные песочные часы….. Это были опять похороны, но странные: лица всех сопровождавших его фигур были скрыты; только двое на всей картине были так ориентированы, что их можно было четко идентифицировать. Остальные фигуры живописец расположил так искусно и искусственно, свесив их головы капюшонами различных братств, спрятав одна за другой, что ничего не было видно, кроме покойника в непокрытом гробу, да одного рыцаря прямо за ним. ее.Это было чрезвычайно поразительно: что покойник и рыцарь были так похожи друг на друга, как будто они были только удвоены, а один был человеком, как будто родились братья, как тень и реальность... рыцарь, едущий на коне позади катафалк, удивление, страх, неуверенность, какая-то толпа, растерянность, странные чувства.
Зная о сходстве черт лица двух фигур, художник недаром пожертвовал всеми остальными лицами людей, следующих за похоронами, ради впечатления, которое он хотел произвести, намеренно прикрывая и заслоняя их.Даже одежда рыцаря и покойника были совершенно одинаковыми, можно сказать, один и тот же человек в гробу. Но что это должно было означать? или просто спотыкание, которое в прошлом ставили на похоронах, где героя изображал тот, кто всегда умирал? Была ли это какая-то семейная традиционная [ 18 ] история, которую он мог вспомнить или вообразить?
Я долго стоял перед картиной, хотя Петр звенел ключами и в нетерпении напрасно проходил к другой двери, ведущей дальше; - Наконец, я спросил его:
- Что это означает?
- А! — Это длинная и неинтересная история, — ответил ключник. - а я ее плохо знаю....разное говорят, это же похороны... Бог его знает! Но нам не до погребов и часовни... пойдем лучше.
Обрадовавшись неудовольствию, напрасно спрашивая, я должен был выслушать и позволить провести себя после восхода солнца в магазины под замком, которые действительно заслуживали посещения. Это было второе подземное здание, в два этажа, с тысячью ходов, комнат, подвалов, потаенных уголков, разорванных стен и лавок, усыпанных грудами битого стекла, с каменными шарами и бронзой, валявшейся в земле с незапамятных времен.Пути оттуда, как говорили старые, должны были вести через реку, но теперь, когда их разбили, они кончались обломками и кирпичами.
Наше путешествие по этим величественным подземельям, как и сам замок, кроме чувства тоски и восхищения этой гигантской работой, которая сегодня бесполезна, ничему меня не научило. Словно для того, чтобы стереть воспоминания об этом погребальном образе, о котором я ему все время упоминал, он довольно бойко рассказал мне об огромных бочках с многовековым медом, которые висели здесь на цепях, и о приключении каких-то солдат из 1812 года. , которые, попав в подвалы тех, через несколько дней мертвые трупы оттуда вытащили, заснув, выпив на века смертоносный напиток.Раньше этот мед подавали в стаканах размером с наперсток.
[ 19 ] Наконец мы вышли из подполья, неожиданно на дневной свет, шеей напротив часовни, через дверь, от которой у Петра были ключи. - Воздух, которым я дышал, казался мне восхитительным, небо чудного света, мир в праздничных одеждах... но, несмотря на ощущения и необходимость освежиться после них, я не мог покинуть часовню. Петр предвидел это требование и, миновав заколоченную дверь, искал ключ от маленького бокового входа через ризницу.
Здесь - разорение дома Божия было еще страшнее, чем жилища человеческого, и, глядя на него, скорбело больше, ибо оно напоминало слова Писания, грозившие отнять пастухов и опрокинуть алтари. Тысячу лет человеческое ничтожество говорило в замке повсюду в один голос: здесь Божья кара и грехи словно отвоевывали своим голосом из этой заброшенной церкви. Небольшой, он был построен с величайшей тщательностью и утонченностью благочестивыми предками этого дома. Они не пожалели строителя, смело взметнувшего свод вверх, резчиков по дереву, вырезавших дверные и оконные рамы из камня, гробницы и алтари, искусно вырезанные из мрамора....но сегодня холодный ветер дул через разбитую часовню наверху, живя здесь одиноко...
Зубчатый свод страшно висел, грозя обрушиться, рваный пол пропускал крапиву, червей и коровяк, птицы и лягушки размножались в скинии молитвы. На стенах еще были видны следы росписей той же руки, что украшали замок, ангелы и святые в облаках, над алтарями в экстазе, молящиеся и грустные фигуры - и царствующие их в своде многие. алтаря, крест с Христом на нем, подвешенный в воздухе... Но не было ни одной росписи целиком, на [ 20 ] разрушения были выгравированы на каждом этаже; - Сам Христос остался только целым и торжествующим; и у ног Его Богородица, во чреве Ее в небесных одеждах, ласточка устроила Себе гнездо.
Великого Алтаря был только фундамент, лишенный мраморных плит; за ним две большие родовые гробницы, черные каменные гробницы с лежащими рыцарями и женщинами, спящими вечным сном, со странным строгим и печальным видом.Рыцарь опирался на руку, в доспехах, со шлемом у ног и гербом, матрона в монашеских одеждах. Потому что в то время брак был еще законом - с четками в руках и собачкой у ног...
Но все это было припылено пылью, треснуло, разбито, разрушено... лежало в окружении венка цветов , а вдобавок к безобразной смерти с косой улыбающимися белыми зубами - их пощадили чуть лучше, потому что их прикрыл выживший.От боковых алтарей тоже остались только обломки, а у их ног были свалены сломанные скамьи, разбитые подсвечники и разбитые гробницы.
Петр стоял с непокрытой головой и говорил ангелус, я опустилась на колени рядом с ним униженная - молитва нас соединила.
- А! - сказал он, когда мы ее кончили, - сейчас я покажу тебе и могилы... ты будешь уважать их... я не люблю туда ходить, потому что боюсь, что евреи зададут им вопросы: готов сказать что эти кости были проданы им. Давай сначала закроем дверь...
Петр запер ризницу, провел меня в сокровищницу, снял доски, оставленные стеной, и, обнаружив потайную дверь, лежавшую плашмя, медленно поднял ее... После [ 21 ] довольно удобного востока мы спустились в подвал.
Чтобы полюбоваться, здесь было светло, тихо, чисто и даже относительно свежо: знаете, божья рука и сердце охраняли эти гробницы. Подземелья были красивые, сухие, полные песка, и образовывали подземную церковь формой, соответствующей верхней... Даже в глубине, лицом к большому алтарю, стоял деревянный алтарь с крестом и подсвечниками, покрытый бедная ткань, наполовину гнилая и пыльная.По обеим сторонам дороги, ведущей к нему, у низких столбов, на которые опирались своды, стояли в ряд гробы, подпертые кирпичом и деревом. Некоторые немного поскользнулись, но пока ни один не развалился. А их было много, и они были разные, начиная от не очень старых аксамитовых обитых и позолоченных, от оловянных аугсбургских, искусно вырезанных и на головах ангелов, до оловянных, дубовых и просмоленных бревен, похожих на неправильные корыта.
С первого взгляда угадываешь в них рыцарей, женщин и детей, молодые надежды, похороненные в расцвете сил, и стариков, до дна испивших горькую чашу жизни.Эти безмолвные ряды, сжатые, были красноречивы... они как бы преклоняли колени у алтаря Бога, чтобы просить прощения для своей семьи и своих потомков... они как бы молились и просили... Снова мы преклонили колени со старыми человек.
Когда я встал, у меня была слеза на глазах, но мир в сердце... Я с благоговением смотрел на молящихся после смерти предков вымершего рода, чью последнюю книгу книги унесло ветром куда-то за океан и брошенный в страну изгнания.
— Это, — сказал Петр, не спрашивая, начиная с алтаря и бесформенных гробов старейших, — это тот, кто отправился в Палестину....убив своего брата...потом он был в Риме [ 22 ] за прощением и Папа Римский растворил его от крови...он основал в городе монастырь...И здесь он был убит и его жена …
Поднял одну крышку, которая торчала сама по себе, а в глубине налившейся смолы дупла я увидела халатик, пылинку, крупинку почерневшей кости, и побрякушки, среди которых была прямая бронзовый крест.
«Эта, — продолжил он, — немая голова» (на самом деле ее не хватало скелету). - Его тело было выкуплено из турецкого плена, но голова была отрублена где-то на воротах султанского сераля, и достать ее было невозможно... Этот труп был оплачен на вес золота.
А этот гроб был простой, деревянный, хотя останки в нем стоили столько же, сколько великий ключ на Руси, который семья продала за выкуп. Рядом с ней рядом стояли другая верная жена и двое младших детей, двое преждевременно умерших.
- Он воевода, он кастелян, - продолжал мой проводник; - первого назвали кроликом, другого монахом. Тот построил замок; он велел похоронить в облачении св. Франциска, но у него в ногах сабля.
Мы переходили ко все более и более богато украшенным гробам; когда по дороге меня поразила одна очень сложная штука, оловянная, по-видимому, нарочно сделанная где-то в Германии, где для нас часто делали подобное оборудование и привозили через Гданьск. Он стоял, опираясь на крылья четырех ангелов и львиные ноги, в верхушках окна был врезан масляный портрет; по бокам в медальонах богачей изображались сражения и рыцарские дела. Работа, хотя и красивая, возможно, не озадачила бы меня, если бы не этот портрет, странно напоминающий рыцаря на картине в кабинете после похорон.
[ 23 ] Начал искать надпись, но нигде не нашел.
- Кто это? - спросил я Петра.
— А это, — ответил он с видимым смущением, — и это... а! э! э! это господин губернатор.
- То же, что и наверху в замке?.. добавлено вживую.
- И то же, то же, - сказал Петр, медленно отступая назад, как будто собираясь промолчать или ответить. Но я взглянул на него умоляющим взглядом с молчаливой мольбой такой красноречивой, что старик остановился на дороге, помедлил и прибавил:
- Это воевода кто....который потом умер как брат в семье Камальдолез под Краковом...
- Вы уже знаете, что означает эта картинка... с головой трупа наверху, вы наверняка что-то слышали об этом: скажите, пожалуйста. .. Я никогда никому этого там не говорю, - прошептал старик, пожимая плечами, - потому что видишь... смеются, насмехаются, а Бог может думать больше, чем может думать человек, и это все истинный!
Эти слова пробудили во мне еще большее любопытство, я стал настаивать, и мы сели в восточной части подвала, лицом к алтарю, глядя на гробы издалека, - медленно начал рассказ Петр:
- Этого губернского губернатора звали Жегота, - когда Далипан был жив, я не могу вам сказать, но где-то на гробу будет год смерти, тогда и пойдете к нему - все равно, и неважно.Какое отношение годы имеют к истории? неважно, когда это произошло, вчера или вчера; достаточно, если я скажу - святая истина. У нас это все знают. По тогдашнему обыкновению отец воеводы послал молодого барина с кем-то за границу по церковным делам, в Германию, во Францию, и не знаю куда. Молодой мастер пришел в ярость; пока в первом немецком городе сразу не умер один из двух учителей, которые были с ним. Ибо вы должны знать, что, когда он посылал барина, старый джентльмен дал ему поляка, который был уже немолод, человека, который, хотя и не знал ничего, кроме латинских молитв, был также рассудителен и строг, и в некоторой мудрости он был Человек Германии или Палач знает, что солдат, который должен был только учить, но сам не справился, а только сделал то, что сказал ему старый приказчик.
Ну, случилось, что в самом начале своего заграничного путешествия отданный под надзор вельможа заболел какой-то лихорадкой, которую ходят в этих странах чуть ли не каждый год; а оттого, что нечем было его лечить, ни травами такими, как наши, ни воздухом и водой нашей - как же немцы стали его лечить, давать его залитие, кровь "своевременно из него выкатывать, обливать лекарствами - Бог дал дух Господу Богу. Оставшийся немец остановился прямо в том городке и дал знать старому воеводе, что должен был отозвать сына домой, пока у него не осталось для него другого наставника, как-то не подумав, что ли, он отпустил барина в путь дальше.Я не могу сказать вам, куда и как они пошли; только слыхал, что путешествовали по свету из города в город, осматривая крепости и замки, потому что воевода желал быть военным, и длилось это несколько лет. Везде - так как он был человек с большим именем и сговором, его чтили князья, даже монархи, которым он имел достаточно писем из страны. Но барин, раз с этим немцем, с военными, потом с придворными, как был еще молод, так и в горячей крови, так [ 25 ] совсем взбесился и остервенел.Немец, если бы он остановил его, льстил ему, что он с ним пил, играл с ним, рвал свою копейку и велел покупать все, о чем он думает, и хорошо ему быть с этим негодяем, - закрывая свою глаза, он отпустил воеводу. Вдобавок - старый воевода как-то быстро умер, а слабая мать единственного ребенка тащила домой, когда тот написал, что ничему другому он там не научился, она пустила его дальше и дольше, не жалея денег.
Когда воеводы не были в беде, дело шло все хуже и хуже, и бывало, что лошадей, кареты и бриллианты клали в карты, влезали в долги, держали в городах за неуплаченные суммы - а что было с женщин, с монахинями, с горожанами разного калибра, даже на воловьей коже он не писал.Как только вы отпустили его, не было больше ни советов, ни ограничений; лорд оказался при дворе француженки и заболел там. Там был такой воздух, я слышу, что ангелы бы испортили, если бы он не убежал, и что хорошего было в лорде, который и так имел жилку на разврат... застрял в нем.
Что там случилось, я не могу сказать; но были времена, когда старый господин, наш последний отец, стал говорить об этом молчании, волосы на голове встают и понять невозможно... Он соблазнил какую-то француженку с француженкой и, похитив ее, бежал с ней в Испанию. Муж погнался за ними, тот убил его на дуэли, а тандем на третьей станции и тут же накалился на эту кортесанку, бросил ее. Xiężna вернулся во Францию, а он, так как он уже был, отправился в Испанию, он пошел дальше ради любопытства. И не доехав до столицы, по дороге [ 26 ] показал, что не так. Где-то опять похитили из монастыря пятнадцатилетнюю девушку, изуродовали двух ее братьев, он влюбился, потом выиграл замок в кости, и еще бог знает что, потому что я не Запомни.Достаточно того, что он год скитался по этой стране, суетясь, распоряжаясь своим немецким, потому что за слово, безразличное к дереву, привязанному к дереву, бросил медом свое лицо, вымазав его лучше мухами. - И он был так счастлив в своем безумии, что ему все удавалось: он одной шпагой брался на целые банды погонщиков мулов и разбойников и выходил живым, бил себя и не получал шишки, брился и дрался, а потом выздоравливал три раз больше, чем он проиграл. Довольно того, что это неслыханное счастье так овладело им, что он стал смеяться над всем, даже над Богом....и не верил.
Итак, скитаясь по свету, я не знаю, какой город в этой Испании; а так как при всех этих вещах был любопытный и добрый человек, то нигде он не проходил, чтобы не видеть его особенностей, и как-то случилось, что его привели в собор.
Какой-то монах привел его туда, показывая ему различные картины и статуи, которых я могу слышать там полно, потому что они лучше всех знают эти искусства; и воевода это хорошо знал и любил в живописцах - просто за ребяческую легкость.Видели разные странности, замысловатые распятия, скрижали, алтари, пришли с этим монахом на своеобразную картину, изображающую похороны точно такие же, как здесь, на которых во гробе и за гробом должен быть один человек. Увидев это, он спросил губернатора провинции, что бы это значило? и монах добросовестно начал ему рассказывать, как он был один великий блудник и страшный слишком много, Бог знает, сколько бед он сделал в [ 27 ], когда он играл, пил и недостойно употреблял свою жизнь, пока однажды, когда он вернулся ночью, когда он вошел в город, он встретил похороны...
«Смеясь тогда и распевая светскую песню, — сказал ему монах, — он скакал верхом, пронзая толпу до тех пор, пока гроб, который несли туда по обычаю этой страны, не обнаружил, — и когда он хотел пренебрежительно поклониться покойнику, смотрит... и сам увидел себя лежащим на телеге... Оттого сердце его тотчас же раскаялось, и видя в нем благодатное предостережение Божие, он вошел в монастырь, где умер Бог в страхе».
Когда монах рассказывал эту историю воеводе, монах, хотя и был в церкви, начал громко хохотать, держась за бока, что все бывшие там в это время возмутились.Священник бросил его тотчас же, а губернский воевода избегал суматохи, потому что народ стал очень на него посматривать, он чесался из монастыря, а вскоре из постоялого двора и города, потому что собирались побить его камнями, как еретика. .
Этот случай был забыт так же, как и многие другие; пока наш господин, наконец, не возместил хорошую сделку, когда его пенни был изменен, его мать умерла, а деньги из дома не были отправлены за беспорядок, он должен был вернуться в страну, которую он ненавидел.
Теперь, когда он вернулся в этот замок, не было в нем никого из тех, кого он бросил, ни отца, ни матери, ни братьев, ни сестер, все они были мертвы.И дяди, которых он ненавидел, стали учиться потихоньку, пока он не заглянул неожиданно.
Но в мыслях он должен был только прийти, пошляться, продать, что сможет, собрать копейку и уйти: потому что такой кутеж, какой был в других странах, у нас [ 28 ] не практиковался в крупнейших города. Уже молодость ее сошла с ума, она взбесилась, не один что-то царапал, но вскоре все были в руках, и меч и доспехи, конь и воин быстро выбили чушь из головы - не до перебендых ...
Воеводзич, при входе в монастырь, сразу почувствовал, как будто попал в монастырь, что он увидит, так это суровые лица, серьезные слова, и ни взгляда на этих шустрых женщин, ни от женщин, я думаю через церковь дверь - о плохом и не думать об этом. Раз или два пробовал по-французски, но когда кости его от Польши раздробились, а русский месяц затянулся, тяга к чужому и фехтованию отпала. В кости играть было некому, надо было соблюдать приличия, а он что-то сказал против чести божьей или своих святых, дворяне с саблями налетели на него и тут же подали в суд на него за криминальную историю.
Некуда было, значит, радовался он на один час свободен, стал товар продавать, копейку собирать, да в дорогу паковать; но тамошнего купца и замка не было, и деньги от других товаров, которыми он обрадовался, он тут же рассеял в народе, потому что он привез с собой из-за границы таких превосходных мастеров, что не заметил, как наполнились его карманы. очищенный. В конце концов, когда он собирался в дорогу, а ключ продать было невозможно, он понял, что у него почти ничего нет, и немцы вскоре пробрались в его логово, спасаясь от него... и он один остался.
От этой скуки и боязливости он начал одурачивать вдову, как бы притворяясь, что женится на ней; она не оттолкнула его, последний прильнул к нему от изнеможения и истощения. Опять же потом, история давняя, родственники узнали, и когда воевода бежал в Краков, те, кто гнался за ним, уже не вызывали его на пути на сабли, а хотели ранить его [ 29 ] с палочки [ 29 ]. Пришлось встать в отчаянии, и, видимо, он там раздвоился, и вдова в монастыре умерла...
То, что они были какой-то семьей, надо было как можно быстрее покинуть страну.По пути нельзя было ему миновать Краков, где ожидали пройти последний ключ и последний замок; что он срочный, бросив службу и двор на последнюю ночь, может быть, ради невежества, он уже к ночи подошел к городу... моя голова встает и по коже бегут мурашки, но я не могу опишите это так.
Послушайте, вы просто знаете, как это произошло. Губернатор подъехал к Кракову верхом и уже миновал Флорианские ворота, когда услышал на улице полуночный стук в Деву Марию...Ночь была хоть глаза темные, утро темное, город пустой, нигде не было огней в окнах, живая душа на улице. Господин был очень удивлен, потому что знал Краков, что там с утра до утра, в течение дня и ночи, он постоянно кипел в котелке... бьется и бьется без конца, - каждые двенадцать кончает, начинает секунда... Не зная, почему голос башенных часов наполнил его некоторым страхом, в этом случае он воспринимает великолепие и видит скользящее против него похоронное.
В этот час никогда не бывает ни вывоза, ни похорон: он был поражен этим, он был удивлен, но он был рад, что встретил людей и втиснулся в тянущую его за собой толпу, ибо были такие толпы, что проникнуть в них было невозможно. Он сразу ничего не увидел, кроме клобуков на [ 30 ] лицах и потеков, но, проходя дальше, взглянув им обоим в лицо, побледнел... : деды, прадеды, прадеды -бабушки, воеводы, давно умершие, которых я знал по картинам, так живо похожим на картины, как будто он их с них взял... Воеводзич сразу онемел. Сначала ему показалось, что глаза у него двоятся; но кто пригляделся повнимательнее, тут тот яснее увидел, что в ряду и годах, начиная с первопредка, все они были его родственниками...
Шли и плакали, молились и били себя в грудь, и громко читали молитвы за душу Жеготы...
Он двигался среди них воевод, желая пройти это неприятное видение, все дальше и дальше, пока не пришел к отцу и матери, идя прямо за гробом, возимым на высокой телеге, и так горько плача , так жестоко, так мучительно стонали, что их голос говорил с его очерствевшей душой.
В то же время, взглянув на открытый гроб, он увидел себя, стоящего в нем, в той же одежде, лежащего на носилках со сложенными руками. Так у него совершенно пропало желание смеяться и шутить, и он, весь в холодном поту, еле ехал живой за своим гробом, ничего не слыша, только свои родительские жалобы, только одну великую молитву за душу свою... и боялся даже взгляни на его спину, потому что он не смел второй раз встретиться глазами с отцом и матерью, которых стыдился, как дитя, - великая скорбь охватила его сердце, он совсем окостенел.
Говорят, что это шествие длилось так долго, что черные волосы губернатора поседели на виске за это время, [ 31 ] поседели, и постарели в эти часы больше, чем за десять лет разврата и роскоши...
траурная процессия прошла через весь город, проскользнула в пустые поля, вдаль, и воевода, забившись в толпу, не зная, что делает, ехал за гробом, не в силах вернуться назад или взглянуть на него. Они проехали всю дорогу до камальдолезской церкви и монастыря в Белянах.
Вдали уже светилось во все его окна, и виднелась процессия, выходящая с огнями навстречу покойнику.Вскоре явились жрецы, но и сами мертвые - потому что ноги их не касались земли, а светились в воздухе, а в руках они держали не факелы и не свечи, а горящие сердца, обвитые шипами. Во главе их стоял св. Ромуальд, седобородый старик в одежде отшельника.
Жегот не знал, как он попал в церковь, как слез с лошади, и когда он стал на колени на холодном мраморном полу, он наклонился над могильными камнями и потерял сознание.
Когда на следующий день он открыл глаза, он был в руках священников, которые протрезвили его и разбудили, но проснулся он совсем другим человеком...
Вчерашнее видение осталось лишь как бы воспоминанием о сне, разбитом солнечными лучами; Он знал, что ночью пробирался к церковным дверям, а на катафалке в центре видел пустой гроб для завтрашней службы...
Так и не вышел: - ночное видение тронуло его глубоко, изменило землю и обратил свою душу к Богу; - на следующий день он поступил в послушничество, надел свою монашескую одежду и в том же году, побывав в противнике этого видения, совершил жизнь покаяния и покаяния.Говорят, что ему было еще одно видение всего его святого семейства у его постели, встречающего его с пальмами и огненными галереями в руке, на пороге новой жизни... он рассказал об этом сознательному священнику, готовившему его на смерть.
Ну, вся история выражена в картине, - добавил Петр, вставая, - но мы разговаривали, а тут так стемнело и поздно, что нужно было сейчас уйти... выйти с повязкой на глазах, потому что хоть Снаружи были остатки дня, в подземелье была уже темная ночь...
С помощью старика, знавшего вход и восток, мы добрались до верхней церкви, сквозь которую зубчатые развалины восходящей луны бросали полосы белесого света, причудливо одевая его.
- Пошли, пошли! - схватил меня за руку и дернул почти силой, дергая почти неистово - еврей наверное где-то охраняет нас и будет смеяться, что эта история нас так долго здесь задержала... и вот ночь!... И от замок в город, у ворот или на дыре в дамбе можно где-нибудь подтянуть ногу.
При этом рассказе и виде щебня и кладбищенских памятников я опьянела, наконец очутилась, выйдя из боковой двери церкви во двор, - и Петр исчез, как призрак, на повороте дорожки, я оделся в его, как и куда он мог пойти. Я искал его, желая отблагодарить за рассказ и работу небольшим пожертвованием, когда передо мной неожиданно встал еврей, хозяин с сигарой во рту.
Легко себе представить, как мне казалось по тем картинкам, у которых голова была полна, глаза полны и сердце полно.
[ 33 ] - Как вам было весело! Он насмешливо сказал: «Если это можно назвать игрой».
- Извините, если злоупотребили лицензией, но....
- Что мне больно! - ответил он, пожав плечами, - ведь развалина неплоха... привести хотя бы мысль маляра написать ее мне, пока она не рухнула... Такого щебня не много и не много на Рейне.. .можно ли это показать за билетами? хм?
И он улыбнулся.
- Если бы не завод! - сказал я, не в силах удержаться, - ведь ты мне не скажешь, что военные штаты добавляют шарма.
Ортодоксальный еврей презрительно сплюнул.
- Если бы в ней не было заводов, - холодно ответил он, - я бы давно ее разобрал и продал за кирпич, ибо на что годится эта старая дрянь?... в ней гнездятся только сказки и заблуждения! !
Мы поклонились далеко, и, вздохнув, я выскользнул из замка, и слова смерти невольно сорвались с моих губ...

"Pulvis et umbra!"

г. 20 мая 1856 г.

Романов-Подляски.


.

Смотрите также

Адрес: м.Таганская, м.Радиальная ул. Большие каменщики д.1 б этаж, 609 кабинет. Адрес мастера в Подольске: г. Подольск, ул. Академика